Матрица Manolo - Джулия Кеннер

Затаив дыхание, Девлин наблюдал, как Дженн закрыла глаза и проглотила капсулу. Она застыла без движения, и Девлин вдруг понял, что у него перестало биться сердце. Он взял ее за руку.

— Дженн! Проклятье, Дженн! Скажи что-нибудь!

— Мм, — пробормотала она. — Со вкусом вишни.

А потом открыла глаза и улыбнулась ему с лукавым видом.

— Черт побери! Я уже подумал…

Он схватил ее за плечи и притянул к себе.

Она обняла его, и он позволил себе забыть обо всем на свете на одно короткое мгновение, когда жизнь вдруг начала казаться ему прекрасной. И настоящей. Наконец он отодвинулся, продолжая держать ее за руки, чтобы хорошенько рассмотреть.

— Ты в порядке? — спросил он. — Действительно в порядке?

— Думаю, да. В капсуле запросто мог быть какой-нибудь хитроумный яд замедленного действия. Но я чувствую себя прекрасно.

Девлин ничего не мог с собой поделать. Он снова обнял ее и прижал к себе.

— О Девлин, я и не знала, что так тебе нравлюсь.

В ее голосе прозвучали шутливые нотки, но под кажущейся легкостью скрывался вопрос. Вопрос, на который он почувствовал себя обязанным ответить.

— Ты мне нравишься, — сказал он. — Очень нравишься.

На этот раз Дженн сама отодвинулась и принялась изучать его лицо своими зелеными глазами. Судя по всему, то, что она увидела, ее удовлетворило, потому что она лишь коротко кивнула.

— Она чуть не всадила пулю тебе в голову.

— Я знаю, — сказал он. — Спасибо тебе.

— Я всего лишь делаю свою работу.

— Ты отличный Защитник, — заявил он.

— А мне казалось, что ты не нуждаешься в защите.

После этих слов он не мог смотреть на нее. Когда вчера она ворвалась в его жизнь, он и в самом деле считал, что будет лучше, если его настигнет пуля Убийцы. Но теперь…

Что ж, теперь все изменилось. В какой-то момент их метаний по Манхэттену он начал оживать. Дженн, конечно, спасла его от пули, но самое главное — она вернула его из страны мертвых. Да, вначале он всего лишь собирался помочь ей, но сейчас ему снова хотелось жить. Он знал, что сделает все, чтобы спасти ее и себя. А еще он мечтал о мести. Ему не терпелось расплатиться с сукиным сыном, который дергает за веревочки.

Однако Девлин не знал, как ей все это объяснить, поэтому просто сказал:

— Я передумал.

Он продолжал смотреть в окно, но чувствовал, что Дженн наблюдает за ним. Она придвинулась к нему, так что их бедра соприкоснулись, и взяла его за руку.

— Хорошо. Слушай, Девлин, мы ведь вернемся и заберем те туфли?

— Конечно, черт подери, — ответил он. — Выбросить на ветер такие деньги — настоящее безумие.

— Здорово.

Он услышал в ее голосе облегчение и едва сдержался, чтобы не фыркнуть.

— С другой стороны, — проговорил он, чтобы немного ее подразнить, — ты не сама их выбирала. Может, они тебе и не нравятся вовсе. Тогда черт с ними.

Она быстро повернулась к нему.

— Думай, что говоришь, Девлин! Это же «Маноло». Разумеется, они мне нравятся.

— Все?

— Каждая великолепная, роскошная, прекрасная пара.

— Господи, как это по-женски.

— А я и есть женщина.

Девлин демонстративно принялся ее разглядывать, наслаждаясь тем, как румянец заливает ее щеки.

— Да, я заметил, — проговорил он наконец. Если она и хотела сказать в ответ что-нибудь очень умное или, наоборот, очень легкомысленное, то не успела, потому что они приехали на Таймс-сквер.

— Где здесь остановиться? — спросил водитель.

— У Эмпайр-стейт-билдинг, — ответил Девлин.

— Послушай, приятель! Ты говорил, что я должен доставить вас сюда.

— Чем ты недоволен? Я ведь плачу деньги.

— Дерьмо, — пробормотал водитель, но поехал дальше.

— Куда это мы? — спросила Дженн.

— Сейчас мы просто стараемся не стоять на месте. Нам нужно подумать. Если мы будем двигаться, она не сможет нас найти.

— А что ты имел в виду, когда сказал, что она подсунула тебе «жучка»?

— Видимо, она что-то успела на меня нацепить. В бумажник или на ботинки. Вряд ли на одежду, потому что как она могла узнать, что я надену?

— Я не понимаю, о чем ты? — спросила Дженн. — И как? Ради всех святых, как она могла подобраться к твоим вещам и оставить «жучка»?

Он не ответил. Не мог заставить себя сказать это вслух. Не хотел открывать правду — ни себе, ни тем более Дженн.

— Девлин? — не отставала она.

Когда он наконец ответил, в его голосе прозвучало отвращение к самому себе.

— За пару ночей до того, как я тебя встретил, я снял ее в баре. И переспал с ней.