Все это правда - Лиджия Дей Пенафлор

– Когда я нашла книгу, я не знала, что мне делать. Я уехала. Потом некоторое время сидела в машине. Вспомнила, что Южный Карлайл упоминали в новостях, поэтому стала искать #ЮжныйКарлайл и выяснила, что вечером там будет вечеринка.

– Ого.

– Кто-то запостил адрес, поэтому я вбила его в навигатор и поехала. (Вытирает глаза.)

– Понятно.

– Навигатор сбрендил. Терпеть не могу, когда такое происходит: все водил меня кругами. Я раньше никогда не ездила на южное побережье и пользовалась только местными дорогами. Мне нужно было ехать по Южной магистрали. Я не знала, как с нее съехать. Некоторые выезды оказались и на юг и на север, какие-то только на север, какие-то только на юг. Я совсем запуталась. Не знаю как, но в конце концов я доехала. (Делает глубокий вдох.) Я смотрела, как ребята ходят то в дом, то из дома, так странно наблюдать за ними. Я скучаю по тем временам, когда мы устраивали вечеринки. Может, они были не очень-то интеллектуальными, ну и пусть. Да, я неглубокая и бездуховная, но мне так лучше. (Вздыхает.)

– И что дальше?

– Я посмотрела по хэштэгу #ЮКпати, фотографии с вечеринки – все как обычно: парни и девушки пьют, танцуют, целуются по углам. Мне было неудобно заходить внутрь, ведь я никого там не знала. Я как-то больше привыкла быть хозяйкой, а не гостьей. А потом я увидела фотки ребят в куртках бейсбольной команды Южного Карлайла – они позировали с бильярдными киями и пластиковыми стаканчиками. Я подумала: а вдруг они знают Джону?

– Логично.

– Я вышла из машины и вошла в дом. Я сразу узнала ребят с фотографии: одного звали Джон, второго Гарри, а третьего Мэтт, их имена были написаны на куртках. Я прошла на кухню, налила себе газировки, посмотрела фотографии на стенах. Стремно, когда никого вокруг не знаешь. Но через несколько минут я начала сердиться. Если бы на моем месте была Солейл, вокруг нее уже увивалась бы толпа парней. А когда Джона только пришел к нам, все спрашивали: «Эй, кто этот новенький». Это бесит.

– Отлично тебя понимаю.

– Я подумала, как вела бы себя Фатима, ведь она может разговаривать с кем угодно и о чем угодно. Это помогло мне успокоиться.

– Так…

– В общем, я пошла в гостиную и заговорила с бейсболистами и их девушками.

– Что ты им сказала?

– Они спросили меня, с кем я пришла, а я не знала, что сказать. Поэтому ответила: «С Майком», потому что в любой компании обязательно найдется какой-нибудь Майк.

– Умный ход.

– А потом я спросила, знают ли они Джону Николлса.

(Молчание.)

– Все вдруг замолчали и повернулись ко мне. Бейсболисты и все, кто был в гостиной, смотрели на меня, словно я привидение. Одна девушка сказала: «Ты говоришь про Николаса Джонну?»

– О, господи.

– Я стояла, хлопала глазами, а потом до меня дошло – Джона поменял имя. Я не понимала, зачем ему это понадобилось, но он его поменял. Солейл, когда только познакомилась с ним, искала информацию о нем по неверному имени.

– Ничего себе…

– Ну, я постаралась выкрутиться. «Да-да, конечно, я имею в виду Николаса Джонну». Тогда Мэтт сказал мне. «Знаешь, я скажу тебе вежливо, так как ты девочка, только мы уже по горло сыты всякими левыми чуваками, которые суют нос в наши дела, потому что насмотрелись всякого дерьма по телику. И к твоему сведению, мы не хотим вспоминать об этом извращенце».

– Бог ты мой.

– Гарри сказал: «В спортивном лагере этот урод жил в комнате напротив нашей. Он издевался над нашим другом Дэниелом. Он забрался на комод, назвал себя мастером церемоний и подстрекал остальных, чтобы они травили и мучили Дэниела. Из-за него секцию по борьбе закрыли. Девять месяцев в центре для несовершеннолетних преступников – слишком мягкое наказание». А третий парень, Джон, сказал: «Заткнитесь вы все. Мы договорились, что больше не будем говорить об этом говнюке. НИКОГДА. Особенно с посторонними».

– И что ты сделала?

– Я убежала. Села в машину и… и поехала прямо к Фатиме. (Закрывает лицо руками.) Я же не знала, что все так обернется, честное слово. Я не хотела, чтобы с ним случилось что-нибудь плохое. (Рыдает.)

«Искупление Брэди Стивенсона»

ФАТИМА РОУ

(отрывок)