Соседский ребенок - Шалини Боланд

– А что, если она набросится на Стивена и он изобьет ее? Или изобьет мою сестру? – Ханна проходит в дальний конец кухни, разворачивается и идет обратно.

– Ничего он ей не сделает, – говорю я, пытаясь поймать ее взгляд, пытаясь заставить ее поверить мне, – потому что мы положим конец всему этому, ясно? Мы остановим его. Сегодня же.

Но Ханна продолжает расхаживать взад-вперед и грызет ноготь.

– Я понимаю, как тебе страшно, – гну свое я, – но если мы хотим остановить его, нам придется все рассказать твоей маме. Ты и так уже проявила невероятную отвагу, придя ко мне и рассказав все. Продержись еще немного, пока мы с этим не покончим.

– А как же он? Стивен? – Она останавливается на середине кухни и поворачивается ко мне. – Что будет с ним?

– Будем надеяться, что его посадят в тюрьму и выбросят ключи от камеры, – говорю я, хотя на самом деле считаю, что он заслуживает худшего.

– Можно мне побыть здесь, пока вы будете разговаривать с мамой? – спрашивает Ханна. – Просто… я не уверена, что у меня получится. Я не смогу рассказать ей.

– Конечно, – отвечаю. – Конечно, можно.

Ханна кивает несколько раз и устремляет взгляд куда-то вдаль. Мне трудно представить, через что ей пришлось пройти.

С Дейзи на руках я иду к соседям. Понимаю, что будет нелегко. Мне предстоит разбить вдребезги все иллюзии Лорны. Я еще не решила, каким образом донести до нее печальную весть.

Она открывает дверь с обычным хмурым видом. Но за недовольством я вижу боль и усталость. За последние годы она, вероятно, порвала со всеми друзьями.

– Привет, Лорна. Мы можем поговорить?

– Кирсти, тебе мало скандалов за одну неделю? Ханна заболела и слегла, и за это я виню тебя. О чем ты только думала, когда заявилась сюда и обвинила ее в таких ужасных вещах? Она заверила меня, что даже не смотрела на Доминика, и я верю ей. Мне жаль твоего мужа.

– Ты права, Лорна, – говорю я. – Я ошибалась насчет Ханны и Доминика. Все из-за того, что так рассказал мне Каллум, но и он, как выясняется, не знал всей ситуации.

Она вздыхает.

– Вы с Каллумом раньше времени загоните меня в гроб. Если ты пришла извиняться, замечательно, извинения приняты. Ты оказала бы мне огромную услугу, если бы не стала рассказывать о Лео. Мы пытаемся защитить репутацию Стивена и не запустить школьный станок сплетен.

«Поздновато для этого». Я в ответ произношу ни к чему не обязывающую фразу.

– А теперь прошу меня простить… – говорит Лорна и собирается закрыть дверь.

Я выставляю руку, мешая ей закрыть створку у меня перед носом.

– Подожди! Есть еще кое-что…

– Господи, дай мне силы, – еле слышно бормочет Лорна.

– Я могу войти? О таких вещах не стоит говорить на крыльце. – Я пристально гляжу на нее.

– Ладно, заходи, – говорит она, снова распахивая дверь. – Все думают, что мне нечего делать, а мне еще пятьдесят коробок надо упаковать.

Я вслед за Лорной иду в гостиную. Она жестом предлагает мне сесть на диван. Я сажусь, устраиваю Дейзи у себя на коленях. Лорна вопросительно изгибает бровь, ожидая, когда я приступлю к объяснению.

– Сожалею, Лорна. Мне нелегко говорить о том, о чем я собираюсь сказать. Может, будет лучше, если ты тоже присядешь.

Она недовольно фыркает и садится на подлокотник дивана. Ее левая нога начинает раскачиваться взад-вперед – нервный тик, наверное.

– Сегодня утром ко мне пришла Ханна, – начинаю я.

– Ханна? Нет, этого не может быть. Она наверху. Я уже сказала, что она заболела.

– Она не заболела, – говорю я. – Она так сказала, чтобы сегодня остаться дома.

– Подожди-ка минутку. – Лорна выходит из комнаты, и я слышу ее шаги на лестнице. Через несколько секунд она возвращается, озадаченная, но и разгневанная. – Где она?

– У меня, и она очень расстроена. Она хочет, чтобы ты кое о чем узнала, но боится рассказывать тебе, поэтому я предложила ей говорить с тобой от ее имени.

Лорна сползает с подлокотника на сиденье, весь ее вид свидетельствует о покорности судьбе.

– Что она теперь натворила?

– Она ничего не натворила. Проблема в том, что натворили по отношению к ней.

Краска отливает от ее лица.

– Кирсти, ты пугаешь меня. Пожалуйста, не тяни.

– Лорна. – Я пытаюсь говорить как можно спокойнее и четче. – Стивен уже длительное время насилует Ханну. Он отец Лео.

Лорна вцепляется в подлокотник с такой силой, что у нее белеют костяшки пальцев.

– Ты лжешь. – Ее глаза гневно блестят. – Я уже говорила в прошлый раз, когда ты приходила: ты бредишь.

– Знаю, что тебе тяжело слышать такое, но я говорю тебе правду.

– Где она? Где моя дочь? Что ты с ней сделала? – вопит она, вскакивая.

В этот момент сверху раздается звук. Недовольный детский плач.

– Черт побери, – бормочет Лорна. По ее щеке скатывается слеза, и она вытирает ее пальцами. – Где Ханна? У тебя? – Я киваю. – Мне надо ее видеть.

– Только не кричи на нее. Она сейчас очень уязвима.

– Не учи меня, как мне разговаривать с собственной дочерью! Естественно, я не буду на нее кричать. Думаешь, я плохая мать?

Я не отвечаю.