Соседский ребенок - Шалини Боланд

Я не намерена сейчас отвечать на его вопросы. Спешу к Паркфилдам, чтобы убедиться, что с Ханной все в порядке. Мартин следует за мной, как навязчивая тень.

– Как ты мог? – кричит своему мужу Лорна. – Я доверяла тебе! Она же ребенок! Ребенок!

Наконец я добегаю до Ханны. Она тянет мать за руку, а полицейские успокаивают ее.

– Миссис Паркфилд, мы знаем, как вы расстроены, но так вы ничего не добьетесь, – говорит сержант Каллахан.

– Мне плевать, – отмахивается от нее Лорна. – Я просто хочу, чтобы этот ублюдок заплатил за все, что он сделал с моей девочкой. Убедиться, что ему не выкрутиться.

– Что здесь происходит? – спрашивает Мартин, подходя ко мне. Я делаю шаг к Ханне, чтобы увеличить расстояние между мной и им, всем сердцем желая, чтобы он оставил меня в покое. Поворачиваюсь в надежде, что он понял намек.

Замечаю, что Клиффорды тоже вышли из дома и стоят на дорожке, наблюдая за происходящим с нескрываемым интересом. Роза ловит мой взгляд и вопросительно изгибает брови, однако я не намерена идти к ней и все объяснять. Я не вправе распространять сплетни. К ним присоединяется Мел, и они оживленно что-то обсуждают и, наверное, строят домыслы.

Паркфилд расправляет плечи и сердито смотрит на жену.

– Лорна, да что с тобой такое, черт побери? Ты сошла с ума? Иди в дом. Уведи Ханну. Полиция приехала, чтобы задать мне несколько вопросов, вот и все. – Он вдруг замечает меня и мрачнеет, а его лицо искажает презрительная гримаса. – Так и знал, что без тебя тут не обошлось! Что ты наговорила моей жене? Наверняка опять распускаешь свою мерзкую ложь. – Он обращается к Каллахан: – Офицеры, я очень сожалею, я знаю, что вы ненавидите ложные вызовы, что вам претит, когда люди зря тратят время полиции.

– Миссис Ролингз, – говорит Каллахан, – возможно, было бы лучше, если бы вы прошли к себе домой.

– Да, миссис Ролингз, – пренебрежительно хмыкает Паркфилд, – бегите-ка домой.

Я не собираюсь никуда уходить, пока Ханна там. Не исключено, что им с Лорной может понадобиться моя поддержка, поэтому я игнорирую совет сержанта и колкость Паркфилда.

Он снова обращается к Каллахан, расслабляя галстук:

– Я директор школы Сент-Джордж, а Кирсти Ролингз – моя подчиненная и член педагогического коллектива. Она сейчас в отпуске по уходу за ребенком, но складывается впечатление, что у нее развились признаки психического заболевания…

– Давайте не будем выдвигать безосновательные обвинения, – перебивает его Каллахан.

– Ханна! – Я оборачиваюсь и вижу, что к нам от стройки бежит Каллум, а за ним – его отец.

Ханна тоже оборачивается, но при виде Каллума качает головой и снова поворачивается к матери.

– Ханна, ты в порядке? – Каллум задыхается от бега.

Отец, придерживая сына за плечо, останавливает его и не дает подойти ближе. Один из офицеров в форме подходит к ним.

– Прошу вас, джентльмены, отойти в сторону. Происходящее вас не касается. – Он поворачивается к Мартину. – И вас тоже, сэр.

Мартин что-то бормочет себе под нос и отходит к своей калитке, а Карсон уводит упирающегося Каллума. Однако они останавливаются у шестого дома и наблюдают.

Глядя Каллахан в глаза, Паркфилд указывает на меня пальцем.

– От этой женщины одни проблемы! – кричит он. – Кирсти Ролингз обвинила мою семью в страшных вещах! Она психованная! Вы не должны доверять ни единому ее слову! В эти выходные она напилась на вечеринке у наших соседей. Напилась до такой степени, что упала и выронила своего ребенка. Удивительно, что никто не позвонил в органы опеки. Есть же масса свидетелей. Спросите любого…

– Да, – обрывает его Каллахан, – я рада, что вы упомянули тот случай. Мы также намерены опросить вас на основании заявления об оскорблении действием миссис Ролингз…

– Что?!

– …касательно инцидента на том мероприятии, где, как она утверждает, в ее напиток было что-то подмешано по вашему требованию.

– Абсолютная чушь! – вопит Паркфилд, становясь пунцовым. – Давайте поступим так, – продолжает он, тщетно силясь изобразить вежливую улыбку. Его лоб покрывает испарина. – Я пройду в дом, приму душ и переоденусь, а потом с радостью приеду в отделение полиции и разъясню вам недоразумение касательно миссис Ролингз. – Он бросает взгляд на часы. – Скажем, в семь, договорились? – Он переводит дух. – Спасибо, сержант. – Он коротко кивает, поворачивает и идет к своему дому.

Каллахан подает знак своим коллегам. Те обгоняют его и преграждают ему путь.

– Стивен Паркфилд, – говорит Каллахан, – я арестую вас по подозрению в изнасиловании и сексуальных действиях в отношении несовершеннолетней, а также в нападении с намерением причинения тяжких телесных повреждений. Вы имеете право хранить молчание, но вашей защите может повредить, если, отвечая на вопросы, вы умолчите о том, что способно помочь вашему адвокату. Все, что вы скажете, может быть использовано против вас.

– Что вы несете? – взрывается Паркфилд. – Я же сказал вам, что все это чушь. Я попозже приеду к вам, и мы поговорим. Неужели не можете подождать пару часов! Возмутительно. Лорна, скажи им!

Но Лорна молчит.

На продолжающего возмущаться Паркфилда надевают наручники и ведут его к полицейской машине.

Ханне хотелось посмотреть, как будут арестовывать ее отчима, но теперь я вижу, что ее всю трясет. Шок слишком силен. Я обнимаю ее за плечи и говорю, какая она храбрая.

На глазах у всех соседей полицейские усаживают белого как мел Паркфилда на заднее сиденье.

– Как ты, Ханна? – спрашиваю я.

– В порядке, – дрожащим голосом отвечает она. – Вот теперь я в порядке.