Экзорцисты - Джон Сирлз

Теперь ее там не было.

А была ли она там, когда я уходила на кухню? Я не знала. Пока я перебирала возможные варианты, мой разум подсказал очевидное решение: как и в случае с лошадками, сестра надо мной подшучивает. Я представила, как она крадется вниз, чтобы посмотреть телевизор, понимает, что я здесь делаю, и решает перенести куклу в другое место, чтобы меня напугать. Я тихонько обошла комнату, заглянула под диван и за шторы, а также во все места, которые Роуз и я использовали, чтобы что-то спрятать. Но мне так и не удалось обнаружить Пенни. Я прекратила поиски, выключила телевизор, поставила свой стул на место и стала подниматься вверх по лестнице.

Дверь в спальню Роуз в конце коридора была закрыта. Однако дверь в комнату родителей была приотворена, и я осторожно заглянула туда. В зеленом сиянии будильника – единственном источнике света в спальне – я увидела их неподвижные фигуры. Я подумала о молчании, которое наступило между ними перед тем, как они отправились спать. Родители очень редко ссорились – неужели они уснули, продолжая сердиться друг на друга? От этой мысли мне стало грустно.

Утром я проснулась рано. Оказалось, что дверь в спальню моей сестры все еще закрыта, а родители продолжают спать. Внизу кукла сидела в кресле так, словно никуда не исчезала. Я подошла поближе и посмотрела на пятна вокруг ее шеи и браслет на запястье. Это лицо – такое мог бы нарисовать цветным карандашом ребенок – представляло собой пару глаз, треугольный нос и изогнутую косую черту, заменяющую улыбку. И все же, глядя на нее, я испытала ужас. Я стояла, не в силах пошевелиться: неужели мне привиделось ее исчезновение вчера ночью? – и тут в моих ушах зазвучал голос официантки.

Это всего лишь Тряпичная Энни. По десять центов за штуку. Но ваша кажется совсем другой…

– Девочки, я вижу, вы болтаете с утра пораньше?

Голос меня напугал, я резко обернулась и увидела спускающуюся по лестнице Роуз, которая успела принять душ и одеться.

«Скажи что-нибудь, – пыталась убедить я себя. – Скажи что-нибудь о кукле. И о лошадках».

Но я лишь стояла, глядя, как Роуз идет по коридору к кухне. Потом открылась и закрылась дверца холодильника, за ним шкафчик, и я услышала, как хлопья сыплются в тарелку.

– Что с тобой случилось? – спросила она, возвращаясь в гостиную с завтраком в руках.

– Ничего. – Я снова отвернулась от улыбающегося лица Пенни и посмотрела на посерьезневшую сестру. – Куда ты собираешься?

– Не хочется портить тебе настроение, Сильви, но есть такое заведение – оно называется средняя школа, – где мне очень скоро следует быть. Кстати, тебе также пора двигаться в том же направлении. Странно, что такое яйцеголовое существо, как ты, могло об этом забыть.

У нас над головами заскрипел пол. Родители готовились начать новый день. Роуз закатила глаза.

– Сейчас я уйду из дома с удовольствием, – сказала она. – Все, что угодно, чтобы убраться отсюда хотя бы на время.

По утрам Роуз уходила из дома первой, потому что автобус приезжал за ней раньше, чем за мной. Но я предложила проводить ее, рассчитывая, что сумею выбрать момент и спросить об играх, в которые она со мной играет. Я поспешно оделась, собрала книги, и мы вместе направились к двери. По дороге Роуз поднимала камни и бросала их в основания фундаментов, стараясь попасть в ржавые трубы. Если ей сопутствовал успех, раздавался звон, и она радостно восклицала:

– Да!

Когда мы отошли подальше от дома, она вытащила из носка сигарету, как тогда, в мрачном парке на Очард-серкл, сделала глубокую затяжку и выдохнула облако дыма в утренний воздух, а я услышала, как грохочет двигатель приближающейся машины или автобуса.

– Мне не кажется смешным то, что ты делаешь, – выпалила я, опасаясь, что это автобус.

Роуз закатила глаза и простонала:

– О, пожалуйста, Сильви. Сейчас мне не нужны твои лекции о вреде курения. Я выслушала достаточно от мамы и папы.

– Я говорю не о курении. Речь о моих лошадях и…

– Твоих лошадях? Ты снова о них? Я же тебе говорила, это не моя работа.

– Я тебе не верю. – Мимо нас промчался грузовик, а не автобус. Но я продолжала настаивать на своем: – С чего мне тебе верить?

– С чего? Я не знаю. Во-первых, ты единственная в нашей семье относишься ко мне как к человеку. Во-вторых, я знаю, что ты любишь своих лошадей. Я не стала бы их ломать. Более того, если хочешь, можешь взять моих. Они лежат под кроватью. Когда я на них смотрю, то вспоминаю Хоуи, а мне это совсем не хочется делать.

– Я думала, тебе нравится дядя Хоуи.

– Нравился. Прошедшее время.

– И что изменилось?

– Что изменилось? Я позвонила и спросила, могу ли я приехать и жить с ним.

– В Тампе?

– Насколько мне известно, он живет именно там, глупая твоя голова.

Мысль о том, что Роуз может уйти из дома, вызвала у меня тоску, я еще не была готова ее потерять.

– Но зачем тебе уезжать?

– Зачем? Сильви, открой глаза. Если ты сама не заметила, то скажу: события развиваются для меня далеко не самым приятным образом в этом аду трясунов[54]. И я подумала, что будет лучше, если я поживу с ним. Ну, ты понимаешь, закончу там школу, а потом решу, что делать дальше.

Пока мы разговаривали, Роуз держала палец на колесике зажигалки. Изредка она нажимала чуть сильнее, и тогда вверх вырывалось пламя. Она сделала еще одну затяжку.

– Ну, мне твоя идея не нравится, – сказала я.

– И почему же?

– Потому что я буду по тебе скучать. – Я почувствовала себя глупой, когда произносила эти слова.

Сестра отвернулась от меня, посмотрела на старые фундаменты, где мы с ней не раз играли, и снова на мен-я.

– И я буду по тебе скучать, сестричка. Но это не имеет значения. Наш дорогой дядя послал меня. Он сказал, что не знает, сколько времени еще пробудет в Тампе, потому что не определился с дальнейшими планами.

– Какими планами?

– Несбыточные мечты. Он винит папу за то, что тот постоянно ему мешал все прошедшие годы. В любом случае, кого это интересует? Важно то, что я не в восторге от Хоуи. Так что ты можешь взять всех лошадей, которые валяются в моей комнате.

– А Пенни?

– Ты о кукле? Ну, ты можешь и ее взять. Но сначала следует спросить у ее новых родителей. Я имею в виду маму и папу.

Я сказала Роуз, что спрашиваю совсем о другом, а потом вдохнула побольше воздуха и рассказала, что произошло вчера поздно вечером. Как только я закончила, Роуз ответила:

– «Трое – это компания», да? Скучный сериал. Хотя я бы не отказалась жить рядом с пляжем в Калифорнии.