Ноктэ - Кортни Коул

Она шумно дышит, и я слышу, как Деэр подходит к ней сзади, но он следует её примеру и не произносит ни слова.

— Это и есть жизнь, — говорит она. — Это жизнь, ведь я люблю тебя. Ради тебя я сделаю всё что угодно. Ты часть меня, а я — часть тебя, и именно так и должно быть. Пожалуйста, боже, пожалуйста… не делай этого, Финн! Не делай этого!

Она начинает плакать, дрожа на ветру от слёз, но я ощущаю такое облегчение, какое не испытывал целую вечность. Недели. Месяцы.

— Всё будет хорошо, Калла, — уверяю её. — Скоро всё закончится.

Я улыбаюсь и поднимаю лицо к небу.

Солнце приятно согревает кожу.

Тепло = Жизнь.

— Нет! — кричит Калла, бросаясь ко мне, но я делаю шаг назад.

— Не приближайся, — велю ей. — Или я сделаю это прямо сейчас.

— Зачем ты это делаешь? — всхлипывает она, её огненно-рыжие волосы развеваются на ветру. — Почему, Финн?

— Потому что всё должно происходить по порядку, — отвечаю ей как можно спокойнее, но получается, будто я кричу. — Ты двигалась в неправильной последовательности. Мне пришлось заставить тебя. Вот как я заставляю тебя. Моя тайна. Я помогаю тебе, ты просто этого не видишь.

— Какая у тебя тайна? — кричит она, слёзы капают ей на нос, рот, рубашку. — Расскажи мне, и я помогу тебе, Финн. Спаси меня, и я спасу тебя, помнишь? Позволь мне спасти тебя!

Она рыдает, и я вместе с ней, и я уже больше не могу отличить нас друг от друга.

СделайЭтоСделайЭтоСделайЭто! — напевают голоса. — ПрыгайПрыгайПрыгайПрыгай. Покажи ей покажи ей покажи ей.

— Заткнитесь! — кричу я, закрывая уши. — Я пытался, Калла. Я пытался. Но больше не могу. Даже ради тебя.

Я мысленно представляю свой список, поскольку это единственное, что заглушает голоса. Это чистая страница, без единого пятнышка или помарки. Я старательно записываю в уме слова, а затем зачёркиваю их, потому что собираюсь выполнить этот пункт. Наконец-то.

Закончить всё сейчас.

— Я люблю тебя, — говорю я сестре. И делаю шаг назад.

— Нее-е-т!

Резкий крик прорывается сквозь мою сосредоточенность, и я замираю на краю, ветер обдувает меня со всех сторон, поскольку голос принадлежит не Калле. А Деэру.

В замешательстве я поднимаю глаза и вижу Деэра, стоящего как раз на том месте, где только что находилась Калла.

Вокруг моих плеч развеваются рыжие волосы, а края обуви балансируют на краю.

Розовые кеды.

Они же должны быть чёрными.

— Калла, отойди от края, — умоляет Деэр. — Пожалуйста.

Калла, отойди от края.

Какого чёрта?

Я таращусь на Деэра, с трудом удерживая равновесие, и в безумных обрывках мыслей пытаюсь разобраться в происходящем. Кусочки разлетаются, кружатся и снова сходятся вместе, образуя частично связанные мысли. Но даже несмотря на всё это, мне становится ясно одно.

Финна здесь нет.

Я стою на краю, где только что был Финн. В панике и замешательстве я резко разворачиваюсь, ища глазами брата, но уже в глубине души кое-что понимая.

Я наконец-то знаю тайну Финна.

Его здесь нет.

И никогда не было.

41

QUADRAGINTA UNUS

Калла

Растерянная и напуганная, я в панике смотрю на Деэра, ветер треплет мои волосы вокруг лица.

Нет. Это неправильно. Этого не может быть.

Образы, воспоминания и картинки проносятся в моей голове с молниеносной скоростью, складываясь вместе, распадаясь, образуя коллаж, а потом ещё один, и ещё.

Воспоминания.

Моя жизнь.

Всё.

Я изо всех сил пытаюсь подобрать слова, но не могу и вместо этого начинаю рыдать, отступая от края и опускаясь на землю. Деэр обнимает меня за плечи и тянет в безопасное место.

— Я сумасшедшая, — слышу я свой плачущий голос, цепляясь за Деэра.

Его голос хриплый и спокойный.

— Нет, — не соглашается он. — Ты не сумасшедшая.

— Где Финн? — мой голос срывается, поскольку в глубине души я знаю, где Финн. Знаю сердцем, знаю это в душе. Всё это время я скрывала от себя.

Деэр остаётся молчаливым, его большие руки поглаживают меня по спине, призывая успокоиться.

Я должна знать. Должна увидеть.

Вырвавшись из объятий Деэра, я вскакиваю на ноги и бросаюсь к дому. Распахиваю двери и бегу по тёмному дому, перепрыгивая через две ступени за раз, пока не оказываюсь перед дверью спальни Финна.

Я смотрю на деревянную поверхность, на её текстуру, на углубления, на ручку. Мне не хочется открывать её, потому что я знаю, что за ней найду.

Но я должна. Должна это увидеть.

Наклонившись, я поворачиваю ручку.

Дверь со скрипом отворяется, открывая взору то, что сердцем знала, я найду.

Пустую комнату.

Кровать стоит всё там же, аккуратно застелённая. Постеры Финна по-прежнему висят на стене — группы «Quid Quo Pro» и «The Cure». Его чёрные конверсы стоят возле двери, будто он собирается их снова надеть, но это не так. Грязное бельё всё ещё лежит в корзине. Книги расставлены на полках. Любимая подушка всё так же ждёт Финна, его компакт-диски, телефон. Все его вещи.

Но он не вернётся.

Рука Деэра ложится мне на спину, утешая. Я ничего не чувствую.

Я вхожу и сажусь на кровать, прислушиваясь к брату.

Ни звука.

Я обхватываю руками колени, и волна за волной ко мне возвращаются воспоминания.

Моя реальность не была реальной.

— Финн погиб вместе с мамой, — вслух произношу я, и от боли переворачиваются сердце, кости, душа. Мысленно я вижу образы, мелькающие вместе, образуя сцены.

Я вижу, как он садится в свой красный автомобиль. Машину, которую мы никогда не делили, ведь у каждого из нас была своя.

— Финн собирался на концерт «Quid Pro Quo». Он спускался с горы, направляясь туда, когда я позвонила маме. Она как раз пересекла центральную линию на пути в гору. Мама спешила, потому что опаздывала, и столкнулась с ним лоб в лоб на повороте.

Я не могу вынести боли.

Она ослепляет меня, оглушает, превращая всё в рёв.

Я не могу слышать. Не могу видеть.

— Мама ехала слишком быстро, — безжизненным голосом продолжаю я, а мои воспоминания, словно фильм, разворачиваются в голове. — Она отвлеклась, потому что разговаривала со мной по телефону. Я убила маму и брата. Финна. Боже.