Восьмой детектив - Алекс Павези

Грант шумно сглотнул.

– Да, действительно много.

– Так вы по-прежнему отрицаете связь вашей книги с Белым убийством?

Он долго обдумывал свой ответ, будто что-то просчитывая.

– Не думаю, что это поможет. Вы меня раскусили. Все это отсылки к Белому убийству. – На его лице возникло страдальческое выражение. – Но я не помню, как я это делал. Я имею в виду, как вставлял эти отсылки.

– Едва ли вы могли забыть. Учитывая их количество, это потребовало не только умысла, но и большой аккуратности.

– Да, пожалуй.

– И должно было занять много времени.

– Я не помню.

Джулия будто смотрела сквозь него.

– Грант, мне становится все труднее верить тому, что вы говорите.

Он постучал ботинками по камню.

– Мне нечего сказать.

Порыв ветра поднял облако пыли и листьев и закружил его над поляной, внезапно стало очень шумно. Джулия подождала, пока ветер утихнет.

– Я и не жду, что вы что-то скажете. Я вообще от вас ничего не жду, потому что я не верю, что вы написали эти рассказы.

На поляне воцарилось молчание.

Амфитеатр напоминал причудливый трон, на котором, не в силах двинуться, Грант сидел словно король, которому объявили шах и мат.

– Что за чепуха! – Его голос надломился, и он закашлялся. – Как вы можете говорить такое?

– Но ведь это правда, не так ли? Вы не писали эти рассказы. Вы не Грант Макаллистер. Вы другой человек.

Он побледнел.

– Конечно, нет, это неправда. Как вам такое в голову пришло?

– Не сомневаюсь, что вам интересно. – Джулия шагнула к нему. – Что ж, я расскажу. Я с самого начала заподозрила, что что-то не так. Мне доводилось видеть авторов, которые стесняются своих ранних работ, и авторов, которые упрямо гордятся ими. Но ни разу мне не встретился автор, который настолько отстраненно говорит о своих произведениях. – Она ходила из стороны в сторону, подняв указательный палец. – Вы подробно объяснили мне математическую часть. Но почти ничего не сказали о самих рассказах. Как они были написаны, почему вы принимали те или иные решения.

– Я писал их много лет назад.

– Грант родился и вырос в Шотландии, но у вас нет шотландского акцента. А еще Грант должен быть старше вас лет на десять.

– Я вырос рядом с границей. Я выгляжу моложе своего возраста.

Джулия остановилась посреди поляны.

– И вы попались в мою ловушку.

Грант тревожно огляделся, словно решил, что его жизнь в опасности. Но после мгновения паники он расслабился и под тяжелым взглядом Джулии будто впал в состояние стоической отрешенности.

– В какую ловушку? – спросил он.

– Все началось с первой истории. Я просто ошиблась, когда читала концовку. От жары у меня кружилась голова, и перед глазами все плыло. Несколько последних строчек были обведены красной ручкой – я хотела предложить вам кое-что поменять. Но когда я читала вам рассказ, я полностью упустила их из вида. Я прочитала только половину последнего абзаца. А вы даже не заметили.

– Всего несколько строчек, ничего особенного.

– Всего несколько строчек, – повторила Джулия. – Однако они все меняют. Помните, в рассказе Меган и Генри спорят, кто из них убил их друга Банни? Он лежит наверху на кровати с ножом в спине. Они застряли в его доме в ужасно жаркий день и пытаются понять, что им теперь делать. Они знают, что один из них убийца, но ни один не желает признаваться.

– Да, я помню.

– Время идет, а они топчутся на месте, поэтому решают выпить. Меган берет стакан, который ей дает Генри, держит его около минуты, а затем возвращает обратно. Генри отпивает из него. Спустя несколько минут ему становится плохо. Ясно, что его отравили, и Меган фактически признается в этом. Вы посчитали, что она виновна и в смерти Банни.

– Конечно, – подтвердил Грант. – А вы считаете иначе?

– Следующие строки противоречат этой идее. Вы помните, что говорит Меган после того, как Генри падает на пол?

Грант покачал головой.

– В этом вся суть лжи, Генри. – Она встала с кресла, нависая над ним. – Однажды начав, уже невозможно остановиться. Куда бы ни вела эта дорога, приходится идти по ней до конца. – Меган допила свое виски. – Что ж, больше я не собираюсь выслушивать твое вранье. Я знаю, что ты убил Банни, и ты знаешь, что я знаю. Будь я проклята, если позволю тебе убить и меня.

– Так она убила Генри для самозащиты? – изумился Грант.

– Да, – ответила Джулия, – потому что Генри убил Банни. Я не сразу обнаружила, что пропустила строчки, которые полностью меняют дело. А вы не уловили разницы. Неужели вы могли забыть то, что явно тщательно продумали?

Он повысил голос:

– Спустя двадцать лет? Конечно, я мог забыть!

– Я тоже так предположила, – сказала Джулия. – Поэтому я оставила свое открытие при себе и решила устроить вам проверку. К сожалению, вы ее не прошли.

Он закрыл глаза.

– Что вы имеете в виду?

– Моя оплошность с первым рассказом натолкнула меня на мысль. Тем вечером мы читали второй рассказ. Его действие происходит в приморском городке под названием Чеверетт.

Грант кивнул.

– Продолжайте.

– Мужчина по имени Гордон Фойл обвиняется в том, что столкнул с обрыва Ванессу Аллен. Но он утверждает, что это был несчастный случай. Точно известно лишь одно: они двигались навстречу друг другу и в какой-то момент сошлись. Детектив – мистер Браун, персонаж с трезвым взглядом на вещи.

– Грузный мужчина в черном, я помню.

– В кустах недалеко от обрыва он находит скомканный женский шарф. На нем отпечаток резинового сапога.

– И он приходит к выводу, что жертву, должно быть, волочили по земле, чтобы сбросить со скалы.

Джулия кивнула.

– Но это как раз единственное, что я изменила. И еще концовку.

Грант вопросительно уставился на нее.

– Вы изменили концовку?

– И несколько деталей, которые к ней ведут. На сей раз я сделала это намеренно, пока вы гуляли. Я слегка подправила рассказ. Как я уже говорила, это была проверка. Посмотреть, заметите вы или нет. Я ожидала замешательства. Готовилась выслушать гневную отповедь. Думала, что смогу как-то объясниться и на этом все закончится. Но вы ничего не заметили.

– Вы меня обманули? – Грант в досаде швырнул шляпу на землю. – А я искренне пытался вам помочь!

– Вы мне лгали.

– Я старый человек и многое забываю. Разве можно меня за это винить?

– Не настолько старый, – сказала Джулия, подняла шляпу и вернула ее хозяину.