Тьма на ладони - Иори Фудзивара

Две вертикальные стойки «Изи хангера» были самыми увесистыми. Я достал из коробки широкий скотч, что успел купить в лавке на станции. И принялся наматывать его на один конец трубы до толщины рукоятки обычного деревянного меча. «Изи хангер» оказался чуть легче того, к чему я привык, но в целом Майк угадал: теперь в моей руке было кое-что повнушительней, чем палочка от барабана.

За все это время ни одной фигуры у входа в «Ёсинагу» я не заметил. Однако не успел я оборвать ленту скотча, как зазвенел мобильник. От «Ёсинаги» было достаточно далеко, чтобы говорить в полный голос, и я нажал кнопку «прием». Поднося телефон к уху, я ощутил холодок в животе. А что, если это…

– Господин Хориэ? – послышался мужской голос. – Меня зовут Охара.

– А! Муж Мари Охары? – сообразил я. – Очень рад!

– Мне тоже очень приятно… Времени мало, давайте сразу к делу. Я проверил то, о чем просила Мари. Действительно, в избирательном округе, от которого баллотировался генсек Партии реформаторов Норио Сато, есть городок под названием Ёсинага. Очень маленький, вдали от больших магистралей, так что в Токио о нем почти никто не слыхал. Население – сорок тысяч человек…

От образа робкого парнишки, каким я запомнил его при первой встрече, не осталось и следа. Уверенный голос, отточенные формулировки. Судя по голосу, взрослый мужчина, который знает, чего хочет от жизни.

– Снимаю шляпу перед профессионалом, – сказал я. – Скорости у вас просто поразительные!

– Ну, что вы! Это мы тут поражаемся вашей интуиции. Вчера я просматривал документы «Ёсинаги», но мне даже в голову не пришло…

– В любом случае оперативности вам не занимать. И трех часов не прошло!

– На самом деле Мари просила, чтобы я успел до восьми. Пришлось очень крепко оседлать телефон, и вышло немного дольше…

– И как же вы действовали?

– Ну, пришлось сблефовать немного, у журналистов свои приемчики. Даже директору местной школы пару раз позвонил… Оказалось, что Хидэки Кацунума родился в городке Ёсинага. Сейчас ему пятьдесят восемь. А Норио Сато – его земляк, на два года младше. Они закончили одну школу.

– Ого. Чего только не узнаешь по обычному телефону! Вот уж не думал, что где-то в этой стране еще плюют на законы о неразглашении информации…

Он рассмеялся:

– А что вы хотите? Городишко тихий, провинциальный, никакой столичной нервозности. Перед центральными СМИ только что навытяжку не встают… В общем, отношения у этой парочки давние и очень тесные.

– Да уж, – согласился я. – Старший товарищ, младший товарищ? Представляю, что там за отношения…[42]

– Об их прошлом подробностей нет, поэтому сказать трудно. Но на сегодняшний день их связывает совершенно конкретная взаимная выгода.

– Выгода?

– Сценарий довольно обычный. Кацунума вложил очень крупные средства в капитальное строительство вокруг родного города. И параллельно финансировал предвыборную кампанию Сато. Не напрямую, конечно, – но стрелки указывают на него. Вы еще не в курсе, что в Палате советников Норио Сато – член Комиссии по строительству? Поэтому любые проекты по развитию инфраструктуры его избирательного округа получают зеленый свет… В общем, о чистой и бескорыстной дружбе тут, конечно, говорить не приходится. Зато становится ясно, кто кому чего должен.

Мне стало не на шутку интересно.

– И вы столько успели узнать всего за три часа?!

Его голос ни капельки не изменился.

– На самом деле, не только я. Вчера вечером Мари рассказала мне о вашей догадке насчет «семейственности» в «Ёсинаге». Я позвонил своему коллеге, эксперту по связям с якудзой, и зачитал ему все фамилии из списка учредителей фирмы. Уже к утру он проверил что мог. И хотя ужасно извинялся, что много узнать не удалось, сообщил весьма любопытные факты. А именно – кое-что из личного дела Кацунумы.

Я прижал ухо к трубке и затаил дыхание.

– До сих пор Кацунума кичится тем, что в молодости его «учил жизни» сам Тэцуо Саэки. Тот самый Саэки из префектуры Тиба, он же – отец Киэ Саэки. Якобы они были настолько близки, что Кацунума считает себя чуть ли не членом его семьи. Хотя существует версия, что все это – миф, который Кацунума выдумал для пущей авторитетности…

– Но постойте! – перебил его я. – В том мире насчет подобных вещей не бывает никаких версий. Все связи между семьями известны точно, даже если прошло очень много лет…

– Даже не знаю, что на это сказать. Я просто передаю вам то, что услышал.

– Да-да, конечно. Продолжайте, пожалуйста.

– Ну, позицию Кацунумы в клане вы, наверное, знаете?

«Давненько не проверял», – чуть было не сказал я, но сдержался.

– Не знаю…

– Тогда, возможно, это вам пригодится. До сих пор банда Кацунумы считалась одним из лидеров клана Минамото. Но в последнее время против них набирает силу оппозиция.

– Оппозиция?

– На совете клана обсуждается сценарий, по которому власть над бандой должна перейти в руки лидера клана Дайго Сакадзаки. Такой план назревал уже очень давно. Дескать, если именно Сакадзаки возглавит банду, управление кланом станет эффективней и проще. И хотя внешне Кацунума держит себя как паинька, многие внутри банды убеждены, что его внешняя покладистость – не более чем камуфляж.

– Вот оно что… – хмыкнул я.

– Официально капиталами «Ёсинаги» вертят Сугино и Омия. Считается, что оба «завязали» с преступным миром. Однако в свое время Кацунума называл их своими «правой и левой рукой». Иначе говоря, на сегодняшний день эта парочка – марионетки Кацунумы в мире легального бизнеса.

– Ого! Вы даже их успели проверить?

– Как раз это у моего коллеги времени не заняло. В том мире главный принцип – «рука руку моет». Любой бизнес строится только на личных знакомствах… Ну, и последнее – личность профессора Ёды. Уникальная личность, должен сказать…

– Вот уж действительно: муж и жена – одна сатана!

– В каком смысле?

– У вашей супруги такая же привычка. В любом разговоре главное блюдо на десерт оставляет…

Он опять рассмеялся.

– Вы не поверите, но факты – упрямая вещь: Ёсиюки Ёда закончил ту же школу, что и Сато с Кацунумой. Директор их школы – на редкость болтливый старичок. О Кацунуме особо не распространялся – зато о Ёде все уши мне прожужжал. Уж очень гордился, что их маленькая школа выпустила в мир аж две знаменитости. Понятное дело, Кацунуму он в их компанию не включал… О Ёде старикан помнит все, поскольку сам его учил. Говорит, за всю его практику школа не знала другого школьника с такой блестящей успеваемостью. Тем не менее, по возрасту Ёда был гораздо младше этих двоих. А точнее, вообще из другого поколения. Все, что их объединяет, – это название школы в биографии и, понятно, место рождения. И тогда я решил проверить все напрямую.