Не обещай ничего - Линвуд Баркли

Прежде чем войти в больничную палату, Агнесса легонько постучала в дверь.

Марла сидела на кровати и потягивала чай из чашки на подносе с завтраком.

– До сих пор не унесли? – спросила Агнесса.

– Приходили забрать, но я сказала, что еще не кончила, – ответила дочь. – Чай остыл, но это ничего.

– Сейчас позвоню, скажу, чтобы принесли горячего.

– Нет, мама, пожалуйста, не надо. Я знаю, стоит тебе сказать, сюда примчатся и все сделают, но я хочу, чтобы ко мне относились как ко всем остальным больным.

Агнесса улыбнулась:

– Ты не все больные, ты моя дочь. Это тот случай, когда я не буду стесняться пользоваться своим авторитетом. – Она дотронулась до руки Марлы на несколько дюймов выше забинтованного запястья. – Но я забираю тебя домой. Дома тебе будет уютнее. Это хорошая больница. Нет, великолепная больница, что бы ни твердили всякие клеветники. Однако с нами тебе все равно будет лучше.

– Здорово, – слабо проговорила Марла.

– Как ты себя чувствуешь?

– Нормально. Недавно приходил осматривать врач. Не доктор Стерджес, а другой, психиатр. Собирается мне что-то прописать.

– Знаю. Уже разобралась. Ты не выкинешь снова чего-нибудь подобного?

Марла покачала головой:

– Нет, не выкину. Понимаешь, меня так потрясло, что произошло в тот момент. Но лекарство ведь поможет? – Она положила ладонь поверх руки матери. – Правда, не выкину.

– Обещаешь?

– Обещаю.

– Тогда все в порядке, – осторожно проговорила Агнесса. – Я рада.

– Кэрол забегала меня навестить, – сказала Марла. – Она мне очень нравится.

– Мне повезло, что у меня такая помощница. Она утром призналась, что очень за тебя беспокоится.

Марла кивнула:

– Мне тоже говорила. Мы и виделись-то с ней всего несколько раз, а вот ведь, переживает за меня.

– Что доктор Стерджес? Приходил проведать?

Дочь покачала головой:

– Целый день его не видела.

– Уверена? Может, задремала или отключилась?

– Точно. Я хоть и клевала носом, но не сомневаюсь, что его здесь не было.

Агнесса достала мобильный телефон, выбрала нужное имя из списка контактов и нажала клавишу набора номера.

– Я всегда считала, что в больнице запрещено пользоваться мобильниками, – удивилась Марла.

– Моя больница. Что хочу, то и делаю, – ответила мать. – Черт! Предлагает оставить сообщение. – Сообщение оставлять Агнесса не захотела и убрала трубку. – Я на секунду.

Она вышла из палаты и направилась на пост медсестер.

– Доктор Стерджес к вам заглядывал?

Оказалось, что его никто не видел.

Агнесса вернулась в палату Марлы.

– Что ж, давай одеваться.

– Расскажи мне снова о том, – сонно попросила дочь.

– О, дорогая, нет!

– Пожалуйста. Мне так трудно удерживать в памяти. И очень помогает, когда ты рассказываешь.

– Дорогая, это слишком печальная история. Я просто не могу. – Глаза Агнессы наполнились слезами.

Марла, сидя на кровати, откинула голову на подушку и смотрела в потолок, но ее взгляд ни на чем не останавливался.

– Печальная, знаю. Но суть в том, что у меня все-таки был ребенок. Красивая маленькая девочка. Она девять месяцев жила во мне. Я любила ее и верю, что она любила меня. Я оплакиваю ее каждый день и хочу помнить все немногие моменты, когда она была со мной. Но память иногда меня подводит.

– Марла, любимая…

– Ну, пожалуйста, мама. Знаю, иногда тебе говорить об этом тяжелее, чем мне, но пойми, мне очень хочется послушать.

Агнесса глубоко втянула носом воздух.

– Ладно. Только мне кажется, что сейчас не самое подходящее время.

Марла ждала, когда мать начнет.

– После того как младенец появился на свет, мы с врачом, хотя знали его состояние…

– Ее.

– Извини, не поняла?

– Ее. Состояние Агаты Беатрис Пикенс. Она не просто младенец.

Агнесса сжала руку дочери.

– Конечно, не просто младенец. Мы обмыли Агату и плотно завернули в одеяло. Затем подложили тебе под спину подушки, чтобы ты могла сидеть прямо, и доктор Стерджес дал тебе в руки твою дочь, чтобы ты подержала ее несколько мгновений.

– Расскажи, что я тогда сделала? – попросила Марла.

– Ты… – Агнесса отвернулась, но руки не отняла. Тяжело вздохнула, собралась с духом и продолжала: – Ты посмотрела Агате в лицо и сказала, какая она красивая.

– Еще бы.

– Сказала, что она самая красивая из всех младенцев, каких ты видела.

– А потом? Потом я ее поцеловала?