Смертельно опасные решения - Кэти Райх

Не прошло и часа, как мы закончили и стали рассматривать результат. Никаких сомнений больше не оставалось. Парнем с пряжкой, бесспорно, был не кто иной, как Ив Дежарден, Чероки.

Но какие выводы следовало сделать?

Первым заговорил Клодель:

– Итак, Чероки знал эту девушку, Оспрей.

– Получается, что так, – согласилась я.

– А убил его Дорси. – Клодель не спрашивал моего мнения, просто размышлял вслух. – Что, по-вашему, Дорси хотел нам предложить?

– Может, Чероки убил Саванну, и Дорси знал об этом?

– Есть ли вероятность, что туда она приехала с ним? – Снова мысли вслух, не беседа.

Я вспомнила озадаченное маленькое личико, широко распахнутые глаза, смотрящие на мир сквозь огромные линзы-циферблаты. Я задумчиво покачала головой:

– Если и так, то не по своей воле.

– Видимо, он убил ее в Миртл-Бич, после чего перевез тело в Квебек. – На сей раз, Клодель обращался ко мне.

– Но зачем было тащить ее так далеко?

– Меньше вероятности, что обнаружат.

– По-вашему, это в духе таких парней?

– Нет. – В его глазах мелькнуло замешательство. И злость.

– А где в таком случае остальные части скелета? – не отставала я.

– Возможно, он отрезал голову.

– А ноги?

– Вопрос не ко мне. – Он смахнул с рукава невидимую ворсинку, затем поправил галстук.

– Каким образом ее останки оказались закопанными рядом с Гейтли и Мартино?

Клодель не ответил.

– А чей тогда скелет обнаружили в Миртл-Бич?

– Лучше вам спросить об этом у своих друзей из ШБР.

В кои-то веки Клодель проявил небывалую разговорчивость, поэтому я решила воспользоваться такой возможностью. Я переключилась на новую тему:

– Возможно, убийство Чероки не было делом рук байкеров, решивших отомстить.

– Мне непонятно, к чему вы клоните.

– Может, его убрали в связи с недавним обнаружением могилы Саванны.

– Может, и так. – Он бросил взгляд на часы, затем встал. – А также, вполне возможно, меня пригласят войти в состав «Дикси чикс». Но пока этого не случилось, займусь-ка я лучше плохими парнями.

Что, выходит, он и попсу слушает?

После ухода Клоделя я сохранила оригинальный снимок с Миртл-Бич и все внесенные изменения на компакт-диск. Затем добавила туда выборочно отсканированные фотографии из коллекции Кейт, рассудив, что дома смогу заняться ими.

Вернувшись в кабинет, позвонила в отдел ДНК-исследований. Ответ мне был уже известен, но надо было чем-нибудь заняться, потому что еще один экскурс в счастливую эпопею байкерских похождений, навечно запечатленных фотокамерой, я бы просто не выдержала.

Я не ошиблась. Гане выразил сожаление, что запрошенные мной анализы пока не закончены. Я должна понимать, что дело, датирующееся 1984 годом, не столь уж срочное, но они возьмутся за него, как только смогут.

Что ж, достаточно справедливо. Я положила трубку и потянулась за лабораторным халатом. По крайней мере, препараты-то должны быть готовы.

Я нашла Дениса в гистологической лаборатории: он заносил информацию в компьютерную базу данных. Подождала, пока он прочитает ярлык на пластмассовом сосуде, в котором плавали в формальдегиде образцы сердца, почки, селезенки, легкого и других органов. Он набрал несколько слов на клавиатуре, затем вернул контейнер к остальным сосудам, выстроившимся на тележке.

После того как я сообщила цель моего прихода, он прошел к столу и принес мне белую пластиковую коробочку. Я поблагодарила Дениса и забрала коробку с собой, чтобы изучить ее содержимое под микроскопом в своей лаборатории.

Денис приготовил микроскопические препараты из образцов кости, привезенных мной из Роли. Я поместила срез с большой берцовой кости под линзу, отрегулировала освещение и наклонилась над окуляром. Через два часа я уже знала ответ.

Образцы, взятые мной из большеберцовой и малоберцовой костей хранившегося у Кейт неустановленного скелета, с точки зрения гистологии ничем не отличались от тех, которые я изъяла из бедра Саванны. Каждый микроскопический срез подтверждал предварительные данные, согласующиеся с возрастом Саванны на момент ее исчезновения.

Согласующийся. Излюбленное словечко свидетелей-экспертов.

«Можете ли вы утверждать с приемлемой степенью научной достоверности, что обнаруженные в Миртл-Бич кости принадлежат Саванне-Клер Оспрей?»

«Нет, не могу».

«Понятно. В таком случае можете ли вы утверждать, что обнаруженные в Миртл-Бич кости принадлежат человеку, чей возраст идентичен возрасту Саваины-Клер Оспрей?»

«Нет, не могу».

«Понятно. Что вы вообще можете сообщить присутствующим на этом судебном заседании, доктор Бреннан?»

«Обнаруженные в Миртл-Бич кости, поданным гистологии, согласуются в возрасте и микроструктуре с другими костями, принадлежащими, как удалось установить, Саванне-Клер Оспрей».

Я выключила свет и поместила полиэтиленовый чехол на микроскоп.

Так все и началось.

Расправившись за обедом с вегетарианской пиццей и порцией сливочного мороженого «Мистер Биг», я отправилась с отчетом в штаб-квартиру «росомах». Морен уже закончил вскрытие и занимался передачей тела Дорси. Жак Рой назначил совещание, чтобы обсудить меры безопасности на период похорон, и попросил меня там присутствовать.

Дорси был родом из квартала, расположенного к юго-востоку от Сентервилля. Это район узких улочек и компактных переулков, густонаселенных квартир, оснащенных крутыми лестницами и крошечными балкончиками. На западе пролегает автомагистраль, на востоке находится Хошелага-Мезоннев, повидавшая на своем веку немало кровавых разборок в разворачивающейся войне гангстерских синдикатов. На долю этого района приходится большая часть случаев угона автотранспорта в городе. В отличие от большинства других городских кварталов этот не имеет официального названия.

Но знает его каждый житель Монреаля. Это место – заповедная территория «Рок-машины», но также оно дало приют управлению полиции Квебека. Я часто брожу взглядом по улицам, спортплощадкам, берегам реки и единственному мосту этого неблагополучного места, так как судебно-медицинская лаборатория разместилась в самом его сердце.

Похороны Дорси должны были состояться не далее чем в шести кварталах от нашей двери. В связи с этим, а также с учетом того факта, что на улицы выползет вся местная шпана, полиция решила не рисковать.

Рой воспользовался картой острова, чтобы объяснить схему размещения сотрудников. Служба начнется в восемь утра, в пятницу, в семейном приходе в Фуллум-Ларивьер. После обедни похоронная процессия двинется на север от Фуллума к улице Мон-Руаялъ, затем свернет на запад и поднимется в гору к кладбищу Нотр-Дам-де-Неж.