Тихий человек - Джеймс Кэрол

– Напишу вам, когда вернусь в машину, – сказал Паско. – Нам всем нет смысла находиться на улице, если появится Гифорд. Можем его спугнуть.

Он вышел и вернулся точно так же, как и пришел. Через две минуты от него пришла СМС. Андертон завела двигатель, немного проехала вперед и включила поворотник, поворачивая на улицу, где жила Дилейни. Машины Паско не было. Вероятно, он мог уехать через противоположный выезд.

Дом Дилейни находился ближе к концу улицы, и, судя по всему, там никого не было. Свет не горел, а перед домом отсутствовал красный «Понтиак Фаерберд». Дом был небольшой и аккуратный – Уинтер ожидал увидеть что-то более претенциозное, похожее на машину. Либо Дилейни не проводила дома много времени, либо тележурналисты получали меньше, чем он предполагал. Отсюда до офиса «Глобал» было всего пять минут езды, и это тоже объясняло выбор дома. Возможно, ей просто было удобно здесь жить. Ни больше, ни меньше.

Андертон проехала на сто метров дальше и остановилась у тротуара, заглушив двигатель. Обзор был прекрасный. Им будет видно всех, кто приблизится к дому Дилейни. Сами они при этом находились достаточно далеко и могли остаться незамеченными. Солнце еще стояло высоко, осложняя маскировку. Следить за кем-то лучше всего в темноте, поглубже вжавшись в кресло и прячась в тени.

Солнце зашло в 20:45. Точно по расписанию. Голубое небо стало сначала фиолетово-оранжевым, а затем и черным. В 21:00 включились уличные лампы. «Мерседес» стоял в темноте ровно между двумя соседними светофорами. Ночное небо было чистым, но звезд все равно видно не было из-за обилия городского освещения в этой части Барнаби. На севере висела луна – белая, яркая и зловещая.

Слежки сводили Уинтера с ума, и так было всегда. Это слишком пассивное и бездеятельное времяпрепровождение. Район был очень тихий. За все время они увидели всего две машины. Первая заехала в один из домов ближе к противоположному краю улицы. Им пришлось нагнуться, когда фары просветили салон мерседеса, но водитель свернул, не доезжая до них, и проблем, казалось, не возникло. Вторая машина приехала с их стороны и остановилась у дома Дилейни. Они сразу же насторожились, но это был не Гифорд. Водитель вышел и пошел к двери соседнего дома, вошел в него, зажег свет. Андертон глубоко вздохнула, и они снова погрузились в ожидание.

Десять. Одиннадцать.

Ровно в 23:30 телефон Уинтера завибрировал. Как и в 23:00, в 22:30 и в 22:00. Сообщение от Паско содержало всего одно слово, как и все предыдущие разы: «Чисто». Ответ Уинтера тоже сводился к одному слову, как и все предыдущие разы: «Чисто».

– Все еще думаете, что 50 на 50? – спросила Андертон.

– Он может приехать рано утром, когда она спит. Как в случае с Майрой.

– А если Дилейни не приедет домой ночевать? Может, у нее есть мужчина, и она останется ночевать у него?

– Нам это будет даже на руку. Вы же волновались за Дилейни? Если она останется у мужчины, то будет в полной безопасности. Еще лучше то, что ее отсутствие никак не повлияет на планы Гифорда. Если он приедет рано утром и увидит, что света нет, то подумает, что она спит, и будет действовать по плану.

Андертон достала мобильный и стала искать чей-то номер.

– Джефериз?

Она кивнула и подняла вверх ладонь, прося тишины. Звонок длился целых десять секунд.

– В «Шангри-Ла» нет следов присутствия Гифорда, – сказала она.

Уинтер посмотрел на дом Дилейни. Все было тихо и спокойно. Прошло еще несколько минут. Вдруг зеркало заднего вида озарилось светом фар. Уинтер посмотрел в боковое зеркало и увидел силуэт «Понтиака». Машина проехала под лампой, и он смог увидеть цвет – красный. Мотор звучал низко и гортанно. Не ревел, но очень близко к этому. В машине были двое. В темноте рассмотреть лица было невозможно, но за рулем можно было предположить Дилейни. Вряд ли владелец такого автомобиля захочет пустить кого-то на свое место. Рядом мог сидеть мужчина, но невозможно было сказать наверняка. Может, это был ее возлюбленный. Или возлюбленная, чего тоже нельзя было исключить.

Машина подъехала к дому, двигатель затих, фары погасли. Первым вышел пассажир. Лица видно не было, но, судя по размеру, фигуре и движениям, это был мужчина. В руках у него была небольшая сумка, в которой, скорее всего, были его личные вещи. Наверное, он планировал остаться. Еще один хлопок двери – вышла Дилейни и повела его за собой. Она отперла входную дверь, и они вошли внутрь. Через секунду дверь закрылась, и снова стало тихо.

– С ней ее мужчина. Это все осложняет, – проговорила Андертон.

Уинтер еще раз прокрутил в голове все, что увидел за последние тридцать секунд, и покачал головой.

– Это не ее мужчина, Андертон. Заметили, как медленно она ехала?

– Это жилая улица, и уже поздно. Понятно, почему она ехала медленно.

– Вы явно никогда не водили мощную машину. Садишься за руль – и все, ты в ее власти. Как будто читаешь роман Стивена Кинга. Хочется только жать педаль и ехать со скоростью сто шестьдесят. Именно так Дилейни и ехала, когда я в первый раз увидел ее за рулем. Паркуясь, она так дала по тормозам, что трехметровый след оставила на дороге.

– Если с ней был Гифорд, он должен держать ее под прицелом, – задумчиво сказала Андертон. – В темноте плохо видно, но ничего такого не было, насколько я заметила.

– Пистолеты – это не его. Он по бомбам.

– Это на него не похоже, – нахмурилась она. – До этого момента он всегда нападал внутри дома.

– Он катится по наклонной плоскости. В этом состоянии его поведение все менее предсказуемо. Все ранее выдвинутые мною гипотезы теряют силу. Вспомните, насколько по-новому он действовал у Майры. Проник к ней в дом, пока она спала. Подошел к Коуди в парке. Его понесло. И это только начало.

– Доложу об этом. Нам нужно подкрепление.

– Не спорю, – кивнул Уинтер. – Но нам нужно попасть внутрь. И быстро. Сейчас мы можем задействовать фактор внезапности, но, если будем дожидаться подмоги, мы можем упустить момент. Сейчас Гифорд осваивается на местности. Нельзя давать ему возможность это сделать. Это опасно для Дилейни.

– Согласна.

Андертон достала мобильный и набрала Фримена. В это время Уинтер писал Паско, информируя его о происходящем. Андертон говорила недолго, Уинтер только успел нажать на кнопку «отправить».

– Вы готовы? – спросил он.

– Как никогда.

63

Они вышли из машины, перешли улицу и двинулись по тротуару, стараясь укрыться за деревьями, заграждениями и заборами. Около дома их скрыла темнота. Внешнего освещения не было. Стекла на входной двери были темные. Уинтер вытащил отмычки и приступил к работе – медленно, без резких движений, ощущая работу механизмов. Наконец, последний штифт поддался его усилиям, и он приоткрыл дверь на несколько сантиметров, чтобы она не закрылась.

Тем временем Уинтер убрал отмычки и достал пистолет. Андертон уже держала наготове свой «Глок». Он толкнул дверь внутрь. Она шла без скрипа, демонстрируя плавный ход хорошо смазанных петель. Уинтер подождал, пока глаза привыкнут к темноте, в которой понемногу проступала обстановка холла – перила лестницы, картины, форма стола. В глубине дома слышались голоса. Уинтер прислушался. Не голоса, а голос. Гифорда. Он посмотрел на Андертон и жестом позвал следовать за ним.