Жена моего мужа - Джейн Корри

Иногда фраза звучит резче: «Как можно быть такой никудышной женой? И перестань третировать Тома!»

В последние недели во мне крепнет ощущение, что я ей не нравлюсь, хотя Карла по-прежнему заботливо принимает у меня пальто и каждый вечер готовит ужин (по собственной инициативе). Она не одобряет, что Том не живет с нами.

– Разве вам не жаль уезжать от него каждое воскресенье? – не раз говорила она.

– Жаль, конечно. Но у Тома особые потребности, которые его школа в состоянии удовлетворить лучше, чем мы.

Эти вопросы задает не только Карла. Только родители такого же ребенка, как наш, могут понять нестерпимую боль от невозможности что-то улучшить и искреннее желание поступить правильно.

Эд ни разу меня не поддержал, молчаливо соглашаясь с Карлой. Хотя Том отлично обжился на пятидневке и инцидентов с нападением на учителей больше не случалось, мужу не нравится, что его сын всю неделю находится, по его выражению, в «казарме».

Но ведь это совсем не так – я видела уютную комнату с прекрасными кроватями и гордо выставленными напоказ плюшевыми мишками (один из одноклассников Тома наотрез отказался ехать в интернат без своих игрушек, хотя парню почти тринадцать. Он бредит плюшевыми мишками и усаживает их на кровати вдоль стены. Не дай бог их тронуть – у мальчика начинается форменная истерика). Обостренная реакция Эда берет начало в его детских переживаниях, когда он тоже учился в интернате и очень тосковал по дому.

Неодобрение Карлы вызывает у меня иронию, учитывая, сколько я для нее сделала.

– Карле нужен контракт на профессиональное обучение, она уже заканчивает курс, – заявил муж однажды за ужином. – Я обещал, что ты поможешь.

Мы ели итальянское блюдо – вкуснейшую смесь белой фасоли и салата, которая обычно похожа на кукурузную кашу, но в руках Карлы превратилась во что-то необыкновенное. Я помогу?! Пусть я один из партнеров фирмы, но разве что мой муж может нафантазировать, будто я в состоянии повлиять на подбор стажера: у меня целая страница имейлов от желающих.

– У нас очень много заявлений, – сдержанно ответила я, – но я посмотрю, что можно сделать.

Это будет нелегко – в последнее время мою работу блестящей не назовешь. За год я проиграла не меньше трети дел, причем как те, с которыми выступала в суде сама, так и те, где только готовила защиту. Очень хочется свалить вину на барристеров, но это неправда. Если я не предоставлю адвокату нужную информацию или достаточно доказательств, ему не с чем будет выступать в суде.

Я убеждаю себя, что снижение результатов не связано с анонимными подсказками, которые я получаю по почте и продолжаю игнорировать. Я стараюсь даже не смотреть на них, но не могу не проверить, от него письмо или нет. Послания Джо Томаса неизменно заканчиваются вопросом: «Как там Том?.

Сколь бы полезными ни были его сведения, я отправляю их в шредер, говоря себе, что обойдусь и без Джо Томаса. Не хочу знать, как он добывает свои улики, но мне интересно, откуда он все знает. С кем из секретарей он встречается? Или это ложь и информацию ему сливает кто-то другой? От мысли, что Джо следит за мной, мне не по себе.

Поэтому, когда Эд пригласил Карлу в Девон на выходные, а она отказалась, я ощутила немалое облегчение: это возможность побыть вдвоем с мужем, снова привлечь Эда на свою сторону.