Самые темные дороги - Лорет Энн Уайт

ДНК из женского скелета проанализируют и сравнят с ДНК, извлеченной из младенческого зуба Уитни, добровольно выданного ее матерью. ДНК останков плода тоже отправят на анализ и сравнят с образцом Эша для подтверждения его отцовства. Эти анализы, по словам Грейс, будут проведены в ускоренном порядке, учитывая, что убийца или убийцы могут до сих пор находиться на свободе.

Группа также ожидала результатов баллистической экспертизы пули Хатфилда и пуль, извлеченных из автомобиля Ребекки. Грейс была воодушевлена находкой еще не идентифицированных частичных скрытых отпечатков, которые криминалистам удалось снять с оружейного сейфа Ноя Норда.

Грейс Паркер раскрыла свой блокнот и возобновила допрос Эша.

– Где тело Тревора Бьючемпа? – спросила она.

– Я уже сказал вам, что последний раз видел Уитни и Тревора на автобусной остановке Renegade Lines в воскресенье, двадцать седьмого сентября.

– Вы точно помните дату?

– Да, точно.

– Почему?

Эш отпил воды из пластикового стаканчика.

– Потому что тогда я бы освободился для продолжения моих отношений с Ребеккой Норд. – Небольшая пауза. – Это много значило для меня.

К горлу Ребекки подкатил тугой комок. Она чувствовала, что полицейский, стоявший рядом, смотрит на нее.

– И вы получили травму позже в тот же день?

– Да, об этом я тоже рассказывал. Упал с лошади.

– Почему вы отказались ехать в «Скорую помощь»? – спросил партнер Грейс.

– Не могу сказать. У меня помутилось в голове.

– Вы знали Уну Феррис? – спросила Грейс.

– Меня познакомили с ней в баре, который тогда назывался «Девилс-Батт», в одноименном городе. И я еще несколько раз видел ее там.

– Когда вы встречались с Уитни?

– Да.

– Вы принудили Уну Феррис солгать о белом фургоне?

– Нет.

– Вы давали Уитни наличные деньги?

– Да, я уже говорил. Примерно одиннадцать тысяч долларов.

– Где сейчас эти деньги?

– Я не знаю, что произошло с этими деньгами.

– Где оранжевый снегоход и шлем с рисунком паука?

– У меня нет оранжевого снегохода или шлема с рисунком паука.

– Ваш работник Уэс Стил придумал эту раскраску и символы для вас в мастерской…

– Послушайте, – вмешался адвокат Эша, подавшись вперед. Он откровенно посмотрел на часы. – Мы уже обсуждали все это. Мой клиент ответил на эти вопросы более одного раза. Вы должны либо отпустить его, либо доставить в суд и предъявить ему обвинение.

Грейс тоже взглянула на часы. Судя по выражению ее лица, она была раздосадована. Отношение следовательской группы совершенно изменилось после находки человеческих останков и крошечного скелета. Дело было серьезным и многообещающим. Оно разрасталось. Теперь речь уже шла не о старом психе и самогонщике, вечно пьяном полицейском из захолустного городка, который вдруг решил покончить с собой. Речь шла об их коллеге, который не отступился от расследования нераскрытого дела более чем двадцатилетней давности.

И о ребенке, который так и не появился на свет.

Вышло именно так, как хотела Ребекка: к ее отцу стали относиться серьезно. Как к коллеге, погибшему во время расследования, при выполнении служебного долга.

Ее цель была достигнута. Она почтила память своего отца. Она вернула ему гордость за его службу.

Но теперь перед ней стояла другая проблема. Эша допрашивали по подозрению в убийстве ее отца, и он столкнулся с возможным обвинением в убийстве двух подростков, один из которых носил его ребенка, а также с вероятным убийством Уны Феррис.

Ребекка встала, сняла свою парку со спинки стула и вышла из наблюдательной комнаты.

Проходя по коридору, Ребекка просунула руки в рукава парки. Она вышла в предвечерний сумрак, усиленный низко висящими черными тучами. С непокрытой головой она шла среди тихо падавшего снега, направляясь к тому месту, куда ее отец некогда обращался за теплом и дружеским общением. В «Лось и Рог» в старом мотеле «Карибу-Лодж».

Ей нужно было выпить.

Ей нужно было увидеть знакомые лица.

Ей нужно было встретиться с друзьями.