Затворник с Примроуз-лейн - Джеймс Реннер

– Ну, я никогда не разрешала журналистам проносить их оборудование.

– О, теперь понятно, в чем недоразумение, – сказал Дэвид. – Я не журналист. Я писатель.

– И в чем разница?

– В том, что писателям можно проносить сюда свою херотень.

Хабершам опешила. Но ее изумление тут же сменилось холодным отвращением.

– Очень хорошо, мистер Нефф. Вы, похоже, знаете, как вывернуться. Мне нужно идти по другим важным делам. – С этими словами она ушла.

– А нам не прочтут инструкции по безопасности? – спросил вдогонку Дэвид.

– Нет, – сказала она, не оборачиваясь и не замедляя шага. – Инструкции по безопасности у нас только для журналистов.

– Вы всегда умели обращаться с дамами, – сказал я.

– Но ведь согласитесь, похожа на нашу мачеху, – ответил Дэвид.

– Немного.

– Ну, что теперь?

– Теперь пойдем поболтаем с маньяком-убийцей.

* * *

В дальнем конце длинного, пахнущего грязными подгузниками коридора одиноко сидел лысый мужчина в синем комбинезоне, уставившись через стекло на озеро Таппан. На ногах кандалы, левая рука пристегнута к стулу. Он грыз ногти на свободной руке и повернулся к нам, когда мы подошли.

Тримбл исхудал, от него остались лишь кожа да кости. На длинной шее выпирали вены – ее будто опутал выводок синих змей. Лицо в язвах. Тусклые черные глаза не выказали никаких эмоций, хотя он и улыбнулся нам – зубастой слюнявой улыбкой.

– Дэвид! – заорал он и попытался встать, но цепи потянули его назад на стул. – Дэвид! Я так рад, что ты пришел меня навестить!

– Привет, Райли, – сказал Дэвид, садясь в кожаное кресло рядом с серийным убийцей.

– Мой кот сказал мне, ты скоро придешь повидаться.

– Вам здесь позволяют домашних животных?

Тримбл прижал палец к губам:

– Тсс-с.

Я сел в кресло рядом с Дэвидом, глядя на Тримбла и пытаясь вычислить, играет он с нами или действительно радуется.

– Райли, пропала еще одна девочка, – сказал Дэвид.

Тримбл громко рассмеялся:

– Не я, не я, ваша честь! Не я! Меня здесь крепко заперли. Ты меня сюда засадил.

– Я тебя сюда не сажал.

Тримбл, похоже, искренне удивился:

– Не ты?

– Нет, Райли, ты сам.

– Верно, – сказал он. – Верно-верно. – Он хлопнул рукой по губам. – Я не должен был ничего говорить. Мама сказала мне не говорить. Но ты этот трюк сделал. Ты… ты фокусник, вот ты кто.

– Но разве не хорошо, что все узнали? И ты больше никому не причиняешь зла.

– Мне лучше, когда я принимаю свои таблетки! Откусишь от одной таблетки – подрастешь, от другой – уменьшишься. Так точно! У них есть эта… у-у-у-у! Ривертин. Сильная, чертяка. Охренеть какая сильная!

Он заговорщицки наклонился вперед:

– Но они забыли сказать, что крантик от нее перестает работать.

– Райли, мне нужна твоя помощь. Хочешь помочь мне? Помочь маленькой девочке?

– Маленькой девочке?

Дэвид, похоже, заколебался. Если мы покажем этому убийце фотографию Эрин Макнайт, не возьмем ли на себя ответственность за то, как Тримбл поступит с этой информацией?

– Покажите мне, – сказал он. – Поглядим. Она хорошенькая?

Дэвид посмотрел на меня. Я знал, о чем он думает, и разделял его беспокойство. Но у нас мало зацепок. Рискнем? Я кивнул Дэвиду.

Он открыл сумку и вытащил школьное фото Эрин.

– О да! – воскликнул Тримбл. – Красотка. Вау! Миленькие веснушки. Загорелая. Люблю таких.

Дэвид рассказал Тримблу об известных нам деталях этого дела. Тримбл сосредоточенно слушал, но не отводил глаз от фотографии.

– Серийный убийца, – сказал он. – Ты думаешь, это серийный убийца. Точно думаешь. Иначе бы сюда не пришел. Так что, где другие? Показывай остальных, не жмись.

Дэвид неохотно вынул из сумки фотографии Элейн и Кэти.

– О’кей, вижу. Вижу. Убийца любит рыженьких. Ха! Я-то всегда предпочитал блондинок. Убийца любит рыженьких. Звучит прямо как заголовок книжки. Ты пишешь еще одну книжку, Дэвид? Ты задумал провести и этого парня?

– Эту девочку еще не нашли, – сказал Дэвид, показывая на фото Эрин. – Она еще, может быть, жива. Если поможешь нам найти ее, я обязательно сделаю так, чтобы люди знали, что ты помог. Мне нужно, чтобы ты поразмыслил о человеке, который сделал это. Представляешь, кто бы это мог быть? Кто преследовал этих девочек? Ты никогда не встречал кого-нибудь такого?

Тримбл снова посмотрел на фотографии. Я заметил, что он что-то вспомнил, но это выражение на его лице проскользнуло и исчезло, спряталось. Он что-то увидел. Какую-то зацепку, то, что мы проглядели. Затем он перевернул фотографии одну за другой и притворился, что рассматривает их оборотную сторону.

– Небось долго корпишь над этим делом, Дэвид? – насмешливо поинтересовался он. – Сколько еще будешь рыть, пока не бросишь?

Мы оба знали ответ: вечно. Тримбл, наверное, считал это своего рода наказанием. Он ухмыльнулся, отдавая фотографии Дэвиду.

– Посмотрел? – спросил его Дэвид.

– Да.

– Соображения есть какие-нибудь? Где нам искать?

– На кой мне это? – сказал Тримбл. – Переведете меня в какую-нибудь эксклюзивную психушку на берегу моря? А может, выпустите меня отсюда?

– Ты сам себя засадил, Райли.

– Конечно, сам, конечно.

– Ты поможешь или нет?

– Твоя проблема в том, что ты никогда не хотел поставить себя на мое место. Никогда не хотел подумать, как мне живется. Это недостаток эмпатии, друг мой. Социопатическая тенденция.

– Не хочу сострадать серийным убийцам.

– Посмотри на эти фотографии, скажи мне, что на них видишь.

Дэвид пролистал фотографии.

– Вижу девочек с рыжими волосами. С веснушками. Чей-то фетиш.

– Теперь снова посмотри, – сказал Тримбл. – Но в этот раз представь, что это не девочки, а женщины и что смысл жизни для тебя состоит в том, чтобы найти их и поиметь. Как бы ты это сделал? Как ты разыщешь этих особенных особей?

Дэвид некоторое время рассматривал фото Эрин, затем положил фотографии обратно в сумку.

– Не хочу этого делать, Райли. Думаю, что даже не смогу.

– Ты знаешь, что сможешь. Потому и боишься попробовать.

– Ты не собираешься нам помогать?

Тримбл улыбнулся:

– Я уже вам помог. Но вашу работу я за вас делать не собираюсь.