Затворник с Примроуз-лейн - Джеймс Реннер

Чтобы понять принцип путешествия во времени со всеми его последствиями, приходится в какой-то мере поступиться рассудком. Принять как факт то, что другие назвали бы бредом, можно лишь пройдя некую точку невозврата. Это опасная черта, и тут вам не поможет ничто, кроме веры. Я перепрыгнул эту черту, когда ступил внутрь яйца. Я знал, что будет много странного. Но не настолько же!

В сложившихся условиях мне оставалось одно: расслабиться и постараться получить удовольствие.

Я зажег сигарету от спички из жестяной коробочки, лежащей рядом с пачкой. В хит-параде самых паршивых сигарет, выкуренных мною за всю жизнь, она заняла почетное второе место. И с каким же наслаждением я ее выкурил!

Мы подъезжали к Акрону, когда я вышел из ванной, пробрался к переднему сиденью и втиснулся в него.

Альберт повернулся ко мне и чуть не выпустил из рук руль.

– Черт! – воскликнул он. – Вы что, близнецы? Вы сказали, что не знаете моего босса.

– Теперь знаю, – сказал я.

– Так что, вы братья?

– Да, точно. Он мой брат.

– Давно не виделись?

Я пожал плечами. Я не знал, как ответить на такой вопрос, чтобы не сказать лишнего.

Какое-то время Альберт помалкивал, но все же не смог сдержаться. Даже самые стойкие имеют предел прочности.

– Что это за штука была в лесу?

– Черное яйцо?

– Да, эта. Она была похожа на космический корабль, в котором потерпел крушение Морк с Орка. Это и есть космический корабль?

Я рассмеялся:

– Ты думаешь, мы – пришельцы?

– Не удивлюсь, если так. Он такой же странный, как вы. Вы сейчас читаете мои мысли?

Я вздохнул. Чем дальше в лес, тем больше дров.

– Твоему боссу понравится, если ты будешь задавать мне такие вот вопросы?

Он понял, что переборщил, и уставился на дорогу.

– Нет, конечно. Я отвлекся. Извините.

– Я… мы не пришельцы.

– О’кей.

– О’кей.

Я не успел дойти до входной двери, как Альберт уже уехал. Хорошо, что я не забыл свои вещи в фургоне.

Я собрался постучать, когда дверь отворили. Пусть даже я и ждал этого, но все равно не был готов увидеть самого себя, плоть от плоти. На пороге стоял он, Старик с Примроуз-лейн, и смотрел на меня с усталым дружелюбием. В голове у меня загудело: мозг пытался понять, в чем загвоздка, – какой-то розыгрыш или у меня душа оторвалась от тела, чтобы увидеть его снаружи? Почти в обморочном состоянии я шагнул через порог, стукнувшись о дверь больным коленом.

– Проходите, – сказал он.

Если не верить самому себе, кому тогда верить? Я вошел за ним, и он закрыл дверь.

Он протянул мне руку в сине-белой перчатке.

– Здравствуйте, Дэвид.

– Здравствуйте, Дэвид, – ответил я.

Старик с Примроуз-лейн не засмеялся. Он полез в шкаф и вынул новую пару коричнево-бежевых перчаток.

– Наденьте-ка.

Я сделал, как он велел, и прошел за ним в гостиную, комнату с высоким потолком и окнами, заставленную полками с книгами. Запах пыли, клея и ветхой бумаги был таким сильным, что я забеспокоился, не ядовит ли он. Я сел в единственное кресло у маленького письменного стола в углу, под лампой. Старик с Примроуз-лейн устроился на полу скрестив ноги.

– Простите, – сказал он. – Принести вам воды?

– Со мной все в порядке.

Он кивнул и посмотрел на меня, как ястреб смотрит издали на свою жертву.

– Почему вы здесь? – спросил он.

– Ищу человека, который убил Кэти Кинан в девяносто девятом, – ответил я. – А вы здесь почему?

– Ищу того, кто убил Элейн и Элизабет О’Доннелл в восемьдесят девятом.

– Как обстоят дела?

– Плохо. Одну из них все-таки увезли, а похититель улизнул.

– Вы спасли другую?

Он пожал плечами и сказал нечто весьма странное:

– Посмотрим.

– Вы боитесь меня по какой-то причине? – спросил я.

– Да.

– Почему?

– Лучше не говорить.

– Как вы узнали, где меня найти?

– Место угадать нетрудно. Я тоже вернулся через Лавленд. Думаю, как и все другие.

– Значит, были и другие «мы»?

Он кивнул и провел языком по внутренней стороне щеки.

– Сколько их?

– Куча. То и дело их вижу.

– Но как вы узнали, когда за мной нужно приехать?

– У меня есть парень в Лавленде, он слушает. Плачу ему пятьсот долларов в месяц, чтобы он просто слушал.

– Не понял.

– Эта машина, когда переключается, производит специфический шум. Как звуковой удар, но не совсем. Ниже. Громче. Я много думал об этом. Если записать звук взрыва и проиграть назад на самой малой скорости, включив басы на всю мощь, может, будет похоже. В общем, этот парень звонит мне, когда это слышит, и я посылаю одного из моих Шерлоков из подворотни.

Я кивнул. Я знал, кого он так называет.

– Сколько раз они ездили в Лавленд с тех пор, как вы здесь?

– Восемь. Но случалось, никого там не находили.

– Не хочется даже думать почему.

– Да уж.

– Чем вы сейчас занимаетесь?

– Все еще разыскиваю его.

– Я знаком с делом Элейн О’Доннелл, – сказал я ему. – Весьма возможно, здесь есть связь с делом Кэти Кинан.

– Уверен, он убьет опять, если представится возможность.

– Хотите помочь мне схватить его?

Старик с Примроуз-лейн медлил с ответом. Слышно было, как где-то между стенами старого дома шебуршат белки.

– Не знаю, могу ли вам верить, – сказал он.

– Какого черта? Вы – это я.

– Нет, не вполне. После того как в восемьдесят девятом году я спас Элизабет, и вселенная раскололась на две других, ваша жизнь стала очень отличаться от моей.

– В чем мы можем отличаться друг от друга?

– Что с Кливлендом?

– Он пуст.

Старик с Примроуз-лейн кивнул.

– Почему вы мне не верите? – спросил я.

– Думаю о том дне в парке, когда пытался спасти двух девочек. У меня было полно времени, чтоб приготовиться. И все-таки опоздал. Хотя, возможно, он приехал раньше, чем ожидалось. И если это так, значит, он знал обо мне. Думаю…

– Что?

– Думаю, есть вероятность, что мы выслеживаем путешественника во времени. Есть вероятность, что я выслеживаю самого себя.