Второго шанса не будет - Харлан Кобен

Стоило мне взглянуть на календарь, как вновь все пошло наперекосяк.

Удивительная эта вещь – человеческий мозг. Странное сочетание электричества и химии. В общем, чистая наука. Мы лучше разбираемся в круговращении гигантской Вселенной, нежели в хаотическом движении клеток головного мозга: cerebrum, cerebellum, hypothalamus, medulla oblongata и все такое прочее. И как при соприкосновении с любым запутанным явлением, не можем предугадать его реакции на тот или иной раздражитель. Меня приводило в смущение несколько обстоятельств, и в первую очередь утечка информации. Мы с Рейчел считали, что кто-то из ФБР или полиции сообщил о происходящем Бакару и его людям. Но это никак не сходилось с моей версией о том, что Монику застрелила Стейси. Имеется факт: Монику нашли обнаженной. Мне кажется, теперь я понимаю почему, но беда в том, что и тут Стейси как бы ни при чем. Взглянув на календарь, я обнаружил, что сегодня среда. Именно в среду произошло убийство и похищение. Разумеется, за последние восемнадцать месяцев было множество сред. День недели, в сущности, вещь ничем не примечательная. Но на сей раз – после того как мой мозг переработал массу новой информации – что-то случилось. Все эти вопросы и сомнения, незначительные по отдельности, все эти приятности и неприятности, все то, что я принимал как должное, не задумываясь, – все это слегка сдвинулось. И то, что открылось моим глазам, было даже хуже, нежели я представлял изначально.

Я вернулся в Каслтон, домой, и позвонил Тикнеру, чтобы кое-что уточнить.

– Скажите, – начал я, – в мою жену и меня стреляли из револьвера тридцать восьмого калибра, верно?

– Да.

– И вы уверены, что стреляли из двух револьверов?

– На все сто.

– И один из них мой «смит-и-вессон»?

– Марк, вам все это давно известно.

– Результаты баллистической экспертизы у вас?

– В основном да.

Я облизнул губы и напрягся. Очень хотелось надеяться, что я заблуждаюсь.

– В кого стреляли из моего оружия – в меня или Монику?

– С чего это вдруг вас заинтересовало? – подозрительно осведомился Тикнер.

– Да так, любопытно.

– Ясно. Секунду, не вешайте трубку. – Он зашелестел бумагами. Я почувствовал сухость в горле и еле удержался от того, чтобы не отключиться. – В вашу жену.

Услышав, что к дому подъехала машина, я попрощался и положил трубку. Ленни вошел в комнату. Постучать он не удосужился. Но ведь Ленни никогда не стучится, это всем известно.

Я сидел на диване. В доме было тихо, все призраки уснули. В обеих руках у него были ракетки. Он широко улыбался. О Господи, как же часто я видел эту улыбку! Она могла быть кривой. Могла быть открытой. Или болезненной, как тогда, когда он ударился о дерево, спускаясь на санках. Я снова вспомнил, как в третьем классе затеял драку с Тони Мерруно и Ленни набросился на него сзади. Кажется, Тони разбил ему очки. Но Ленни на это было наплевать.

Я так хорошо знал его. Или, может, не знал совсем.

Увидев выражение моего лица, Ленни перестал улыбаться.

– Мы вроде в сквош сегодня собрались поиграть, верно, Ленни?

Он положил ракетки на стол.

– Ты никогда не стучишь – всегда просто открываешь дверь. Вот как сейчас. Так что же ты, Ленни? Ты пришел за мной. Открыл дверь.

Он закачал головой, но мне уже все было ясно.

– Два револьвера, Ленни. Вот в чем все дело.

– Не понимаю, о чем это ты, – сказал он, но уверенности в голосе не было.

– Мы исходили из того, что Моника не сумела достать оружие через Стейси и воспользовалась моим. Но все было не так. Я только что узнал результаты баллистической экспертизы. Забавно получается. Ты ведь так и не сказал мне, что Монику застрелили из моего револьвера. А в меня стреляли из другого.

– Ну и что? – В Ленни проснулся адвокат. – Из этого ничего не следует. Может, Стейси все-таки раздобыла ей «смит-и-вессон».

– Так оно и было, – сказал я.

– Ну и прекрасно, тогда все сходится.

– Да? И каким же образом?

Он переступил с ноги на ногу.

– Итак, допустим, что Стейси помогла Монике заполучить револьвер. Моника выстрелила из него в тебя. А когда Стейси появилась несколько минут спустя, попыталась выстрелить и в нее. – Ленни подался в сторону лестницы, словно демонстрируя, как все происходило. – Стейси мчится наверх. Моника стреляет, отсюда и след от пули. – Ленни указал на то место, где пуля вонзилась в перила. – Стейси влетает в спальню, хватает твой револьвер, спускается и стреляет в Монику…

– Стало быть, так все и произошло? – Я вопросительно посмотрел на Ленни.

– Нет, этого я не утверждаю. Так могло произойти.

Я выдержал короткую паузу. Ленни отвернулся.

– Есть тут одна нестыковка, – сказал я.

– Да? И какая же именно?

– Стейси не знала, где я держу оружие. И шифр от сейфа тоже не знала. – Я встал и подошел к нему. – А вот ты, Ленни, знал. Ведь я все юридические бумаги хранил в сейфе. Я во всем тебе доверял. И сейчас мне нужна правда. Моника стреляет в меня. Входишь ты и видишь меня лежащим на полу. Ты решил, что я мертв?

Ленни прикрыл глаза.

– Ну же, Ленни, говори.