Инстинкт хищника - Джозеф Файндер

Я свернул на парковку возле офиса Entronics за несколько минут до половины шестого. Черный «мустанг» встал ровно позади меня с громким скрежетом тормозов. Из машины выпрыгнул Курт.

Сидя в машине, я ждал, когда он пройдет мимо. Но он открыл пассажирскую дверь моей машины и уселся рядом.

– Как дела на поле битвы? – спросил он.

– Тяжелый день. Сегодня дома случилась очень странная вещь. Не поверишь – мы нашли у себя в спальне гремучую змею.

– Действительно странно, – согласился он. – Я даже и не знал, что в Массачусетсе водятся гремучие змеи. Век живи – век учись. А я думал, что ты улетел в Калифорнию.

– Я опоздал на самолет, – ответил я.

– Вот досада.

– Да уж. Но что поделаешь – такие вещи порой случаются. Кстати, поздравляю тебя с повышением.

Он кивнул и улыбнулся:

– Приятно стать королем.

– Я впечатлен. Должно быть, Дик Харди о тебе очень высокого мнения.

– Дик Харди очень хочет, чтобы я улыбался. Он решил, что я бесценный сотрудник.

– У тебя на него что-то есть, да? – я улыбнулся, кивая головой, словно показывая своим видом, что я оценил его изощренный ум. Я представил себе его в роли оптового поставщика, который хвастается тем, что ему хитрым образом удалось заставить крупную сеть торговли электроникой заплатить за доставку.

– Он даже пригласил меня покататься на своей яхте. Ты когда-нибудь был на его яхте?

– Он приглашал меня, – ответил я, – но я не смог.

– Я вычитал где-то, что это двадцатипятиметровая Lazarra. Досталась ему по сходной цене – всего за два миллиона триста тысяч долларов. Но он вряд ли мог себе позволить такую роскошь, даже с его зарплатой. Так что я разнюхал вокруг и выяснил, что Харди приторговывает акциями на стороне. Организовал трастовый фонд со штаб-квартирой на Нормандских островах – назвал его «Фонд Самурай». Видишь ли, «Самурай» – это название его яхты. И этот «Фонд Самурай» продавал и покупал опционы на акции Entronics на австралийской фондовой бирже. Каждый раз, когда выходил пресс-релиз Entronics, когда на рынок просачивалась какая-нибудь хорошая новость про компанию, «Фонд Самурай» подсчитывал барыши. Целые состояния. Конечно же, когда выходили плохие новости, они тоже неплохо зарабатывали, играя на понижение. Очень умно – и выследить почти невозможно. И все это для того, чтобы оплачивать содержание яхты. Бог мой, он заработал столько денег, что мог бы купить десяток яхт.

– Он очень умен, – сказал я.

– Достаточно умен для того, чтобы совершать все свои банковские операции через зашифрованный доступ на Hushmail. Но недостаточно умен, чтобы понять: я знаю все, что он делает на своем офисном компьютере, так как имею удаленный доступ к его жесткому диску.

– Ничего себе. Круто.

– У всех есть свои секреты. И у тебя тоже. Просто мне они известны, вот и все. И вот вы все тут, ты и твоя «Банда братьев», рвете свои задницы, чтобы спасти подразделение от закрытия. А на самом деле вы просто оплачиваете его яхту. Или его новый дом в элитном районе Далласа.

– Далласа?

– Представь себе. Есть идеи, почему он вдруг решил переехать в Даллас?

– Ты прав. Я был просто пешкой.

Он пожал плечами.

Я опустил голову. Потом поднял на него глаза и с сожалением покачал головой:

– А ты просто пытался мне помочь. Я воспринимал это как должное. Как идиот. Когда Горди и Харди переставляли меня, как шахматную фигурку. Ты был моим единственным настоящим союзником.

Он повернулся и внимательно посмотрел на меня. По выражению его лица я не мог прочесть, о чем он думает.

Было забавно вспомнить, как маргинально он выглядел, когда я впервые его увидел, – он был похож на старого хиппи, человека, который выпал из жизненной реальности. Бородка, бандана, хвостик сзади, жалкие футболочки. Теперь он был стильно одет и выглядел как человек, который добился в жизни всего, чего пожелал – дорогой костюм, галстук и классические ботинки.