Родная кровь - Чеви Стивенс

– Оставь мою сестру в покое, ублюдок! – завопила Мелани.

Послышался выстрел.

Мое зрение затуманилось, но я видела выражение изумления на лице Билли и кровь, проступившую на его рубашке. Еще один выстрел – и его массивное тело обрушилось на меня.

Вокруг все потемнело. Меня схватили за руку, куда-то потащили…

Чей-то палец в моем горле…

– Сара, тебе нужно вырвать!

Я помотала головой, пытаясь отделаться от этого пальца, но он все глубже проникал мне в горло.

– Элли, звони 9-1-1! – крикнула Мелани.

Очень надеюсь, что вам никогда не придется проходить процедуру очистки желудка, Надин. Приятного тут мало. Да и валяться в больнице два дня тоже было не очень-то здорово. Вы не поверите, как там шумно, особенно ночью. Я не могла уснуть все это время. Меня до сих пор преследует мысль о том, что Джон взял на себя вину за то, что напал на вас и стрелял в Эвана. Должно быть, он подозревал, что его пытается подставить кто-то из полиции. С другой стороны, мне трудно понять, что происходило у него в голове. Иногда я думаю: почему он не сказал мне, что это не он совершал эти нападения? Впрочем, наверное, я бы ему не поверила. И он, вероятно, об этом знал.

Джон, несомненно, все это время понимал, что я сотрудничаю с полицией, и назначал наши встречи, только чтобы проверить меня. Но вот что остается для меня загадкой: почему он продолжал звонить мне? Он же понимал, что всякий раз рискует! Он что, был настолько уверен в том, что его не поймают? Или ему так хотелось пообщаться со мной, что он был готов пойти на этот риск? Я предавала его вновь и вновь, а он все равно старался защитить меня… Если меня и раньше мучили угрызения совести за то, что я убила его, то теперь это чувство стало совершенно невыносимым.

Да, я понимаю, что вы, возможно, правы, и я действительно фиксируюсь на том, что мой отец пытался спасти меня, и это моя попытка примириться с тем, что он был серийным убийцей. Но в том-то и дело. Для меня понимание того, что он был не таким уж плохим человеком, намного болезненнее, чем вера в то, что он был воплощением зла. Я все время думаю о том дне, проведенном с Джоном, о нашем единственном дне вместе. Как он старался задобрить меня… Как я напала на него в реке… Интересно, что он пытался сказать мне? Теперь я этого никогда не узнаю. Мы многое уже не узнаем об этом деле, и меня это очень смущает. Мне всегда было сложно примириться с событиями прошлого, но сейчас придется это сделать, ведь я хочу обрести покой. Копы не верили нам, когда записывали наши показания, но когда они нашли в квартире Билли ремингтон.223 и обнаружили, что из архива вещдоков были украдены гильзы от ружья Джона, они переменили свое отношение.

В больнице меня проведала Макбрайд. Оказалось, это Рейнолдс уговорил Джулию поговорить со мной о встрече с Джоном. Он все время держал ее в курсе расследования. Это было частью его стратегии. Билли хотел как можно сильнее напугать Джулию, чтобы она надавила на меня. Сэнди говорила с ней всего пару раз. Значит, Джулия все-таки не солгала мне. Макбрайд извинилась за то, что была так одержима расследованием. Она признала, что излишне наседала на меня. Это тоже было частью плана. Когда стало понятно, что мы с Сэнди не очень-то поладили, Рейнолдс предложил ей вести себя агрессивно, в то время как он должен был стать для меня «своим парнем». Макбрайд все еще беспокоится по поводу того, что Джон похитил Элли. И она в ужасе оттого, что не знала, чем занимается ее напарник.

Я сказала ей, что она сделала все возможное, чтобы помочь, и, клянусь, в этот момент на ее глазах выступили слезы.

– Ну да, – с облегчением сказал Джон, словно был рад тому, что я наконец-то все поняла. – Только с твоей матерью я не довел дело до конца! – Теперь в его голосе зазвучала злость. – Пришлось сделать это с другой женщиной, чтобы шум унялся. После этого я понял наверняка, что это помогает. – Он немного помолчал. – Но я рад, что у меня не получилось убить ее, ведь тогда у меня не было бы тебя.

Я быстро сменила тему.

– Этот шум, Джон. Ты слышишь голоса?

– Я же сказал тебе: я не сумасшедший, – ответил он, будто я ляпнула глупость. – У меня болит голова и шумит в ушах.

И тут до меня дошло.

– Так у тебя мигрени?

– Постоянно.

– И тебе хуже, когда жарко, да? – теперь уже в моем голосе слышался восторг.

– Точно.

Как же я упустила это из виду? Я знала все симптомы. Его стоны, срывающийся голос, упоминания шума. Это из-за мигрени, вызванной жарой.

– У меня они тоже бывают, Джон.

– Правда?

– Да, просто ужасно. И у меня летом тоже обострение.

– Яблочко от яблони, да?

Его слова вернули меня к реальности. Это не был разговор по душам с новообретенным отцом.

– Это началось, когда я была подростком, – сказала я. – А у тебя?

– Еще в детстве.

– Ты что-нибудь принимаешь от мигреней?

Если у него был рецепт, то полиция могла бы выследить его.

– Нет. Мама готовила мне травяные настойки, когда я был ребенком. Она говорила, что боль нагоняют демоны.

– И ты думаешь, что если будешь убивать, то это отпугнет демонов?

– Я уверен в этом. Но мне пора. Приходится следить за длительностью разговора. Еще поговорим.

Ему нужно было следить за длительностью разговора? Вот почему он постоянно бросает трубку! Я чуть не рассмеялась.

– Ладно, береги себя.

Окончив разговор, я поняла, что только что сказала. «Береги себя». Конечно, это просто привычка, я постоянно говорю эту фразу друзьям и родным, когда прощаюсь с ними. Но Джон не был для меня близким человеком. Неужели я так привыкла говорить с ним, что мое бессознательное уже воспринимает его как родственника?

Позвонил Рейнолдс, сказал, что Джон звонил с острова, из селения к северу от Принс-Джорджа, а потом скрылся в горах. Билли был в восторге оттого, сколько мне удалось выяснить. Я тоже была рада. Теперь многое становилось понятным. Во всех книгах написано, что маньяки испытывают эйфорию после того, как убьют кого-то. У Джона это ощущение вызвало уверенность в том, что после убийства у него проходит мигрень. Еще Рейнолдс сказал, что Джон, наверное, убил свою первую жертву в подростковом возрасте. Скорее всего, это был его первый сексуальный опыт, поэтому ощущения были еще сильнее. Мать, оставившая его в детстве, наверняка рассказывала ему разные мифы, и поэтому его убийства были настолько ритуализованы. Серийные убийцы часто создают вымышленные миры в пространстве своего воображения, чтобы защититься от одиночества. Можно только представить себе, о чем мечтал маленький мальчик, брошенный в горах. Мальчик, которому приходилось охотиться, чтобы выжить.

Вечером позвонил Эван, и я хотела поделиться с ним новостями, но он отвечал отрывисто и все время пытался расходиться во взглядах на определенные ситуации и при этом по-прежнему подходим друг другу. Если уж мы пережили нападение двух убийц, то ничто не помешает нам справиться с проблемами, которые могут возникнуть в нашем браке.