Кино под небом - Джо Р. Лансдейл

– Понятно, – сказал я.

– Полезем без подготовки, – произнес Стив, – утонем, как крысы.

– Мы, наверное, все равно утонем, как крысы, – сказал я.

Позже возникла новая проблема.

Это случилось во время моего дежурства. Я стоял в задней части автобуса и смотрел в окно. Приспешники Бджо унесли тела и ушли, но время от времени они появлялись. Подбирались настолько близко, на сколько хватало смелости, к самой границе света и тени.

Бджо приходил лишь однажды. Не знаю, видел ли он меня, когда я стоял у заднего окна. Скорее только силуэт автобуса, окруженный с обеих сторон кучей машин. Но вот я видел его в ярком свете светильников очень хорошо.

Судя по тому, что говорил Бджо, христианином он явно не был, хотя обладал всеми задатками. Узколобый, злобный, любящий осуждать других и лицемерный. Может, он и был хорошо образован, но по всем остальным параметрам из него получился бы идеальный фундаменталист, пусть и принадлежащий к противоположной части спектра.

Все, что ему было нужно – это костюм, галстук и кафедра. Он был как раз из тех, кто может засунуть руку вам в карман, когда вы не смотрите, и при этом рассказывать, что он знает истину, а вы должны следовать Божьему плану.

В некотором роде у него была своя паства. Обитатели рыбьих пещер. А наша плоть и кровь должны были стать их вином и облатками. Я уже сталкивался с подобными людьми, когда мы жили в автокинотеатре.

Но проблема не в этом. На данный момент это просто бесило. Проблема была в Кори.

Теперь никто не спал, мы просто по очереди сидели в задней части автобуса. И в какой-то момент Кори вышел на середину и сказал:

– Я считаю, что если мы единая группа, то должны делиться всем.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Джеймс.

– Женщин.

– Эй, – сказала Реба. – Я думаю, что женщины имеют в этом плане право голоса.

– Послушайте, – сказал Кори. – При нормальных обстоятельствах я бы согласился.

– Подрочи и заткнись, – сказала Грейс. Она все еще находилась в передней части автобуса, и теперь поднялась со своего места и встала в проходе. Ноги широко расставлены, обнаженная грудь вздымалась и опускалась. Выглядела она грозно и при этом соблазнительно.

– Я с ней согласен, – произнес Стив.

– В этом нет ничего такого, – сказал Кори. – И вам, девочки, вовсе не нужно переживать. Мы можем делать это сзади. А вы можете смотреть в окно. Но я убежден, что все мы должны иметь свою долю секса. Иначе это как-то неправильно. У нас есть потребности. Мы люди, и здесь не так, как дома. Светские манеры не в ходу. Не должно быть так, чтобы «палку» могли бросать только Стив и Джек. Послушайте, прямо сейчас мы заключаем сделку: вы, девочки, не упирайтесь. Не знаю, как мы будем определять, чья очередь, но что-нибудь придумаем. Грейс, вы с Ребой можете чередоваться. Вы можете…

Все произошло очень быстро, скажу я вам.

Грейс, находившаяся в футах двадцати от нас, внезапно бросилась в сторону Кори. В глубине души я понимал, что она спешит не для того, чтобы дать ему того, что он хочет.

Я был прав.

Она подпрыгнула.

Кори попытался отступить.

Вскинул руки.

Но было уже слишком поздно.

Грейс с громким воплем выбросила вперед ногу. Та прошла между его поднятыми руками и попала ему в лицо. Раздался треск. Голова Кори резко повернулась, и он издал звук, будто только что наступил на гвоздь.

Когда Грейс приземлилась, Кори уже лежал на полу.

Я совсем забыл о своей караульной службе. Бросился вперед и встал над Кори. Из открытого рта у него текла кровь. Голова была неестественно вывернута. Глаза будто подернуты пленкой.

Гомер осторожно подошел, наклонился и коснулся пальцами шеи Кори.

– Я ничего не чувствую.

Наклонившись, я тоже осмотрел его. Мне довелось повидать достаточно, чтобы знать наверняка. Передо мной был труп.

– Он мертв, – произнес я.

– Да ладно, – сказала Грейс.

– Ага, – сказал я. – Я не шучу. Если нанести парню такой удар по шее, он не просто изменит свои речевые обороты. От такого удара у него дома, где бы он ни был, я уверен, семейные фотографии со стены посыпались.

– Меня это ничуть не волнует, – сказала Грейс. – Будь моя воля, я бы ему еще добавила. Джеймс, ты все еще согласен с Кори по поводу такого раздела имущества?

– Нет, – ответил Джеймс. – То есть я понимал его точку зрения. Но лишь отчасти… Хотя, нет… Это была плохая идея.

– Черт, – сказал Гомер. – Ты убила человека одним ударом ноги?

– Именно, – ответила Грейс.

– Круто, – сказал Гомер. – Ты не только горячая, но и смертельно опасная… Только запомни. Я в этом не участвовал.

– Замечательно, – сказала Грейс.

Она нагнулась, схватила Кори за руку и потащила в переднюю часть автобуса.

– Открой дверь, Стив, – скомандовала она.

Стив бодро, как мне показалось, шагнул к тому месту, где находился дверной рычаг, схватил его и потянул. Дверь с шипением открылась, и Грейс, совершенно не осторожничая, сбросила Кори со ступенек автобуса в темноту.

Раздался шорох, затем тени сгустились, и Кори что-то схватило. Я видел, как его ноги пару раз взметнулись в воздух, а затем тьма поглотила его.

Стив быстро закрыл дверь автобуса, и в нее врезалось что-то темное.

– Очень вовремя, – сказала Грейс.

Она вышла в центр автобуса и заявила:

– Я настроена серьезно. Предельно серьезно, как вы видели. У кого-нибудь еще есть какие-нибудь планы на меня или Ребу? Ну же. Кто-нибудь хочет поговорить о кисках?

Никто не поднял руки.

– Я не буду мириться с подобным дерьмом, – сказала Грейс. – Особенно если это имеет отношение ко мне. И если вы думаете, что мне жалко Кори, то это не так. Я хотела его убить. Получилось немного лучше, чем я думала. Я рассчитывала получить удовольствие от того, что забью его до смерти, но не тут-то было. Джеймс, берегись, если я увижу, как ты смотришь в мою сторону или выцарапываешь ногтем на спинке сиденья изображение вагины. Слышишь меня?

– Ага, – ответил Джеймс, неподвижно стоя в задней части автобуса. – Слышу.

– Хорошо, – сказала Грейс. – А теперь смотри в пол.

Джеймс подчинился.

– Продолжай смотреть вниз. И не поднимай глаза какое-то время. Не хочу видеть твою уродливую рожу. Понял?

– Понял, – ответил Джеймс, не поднимая головы.

– Джек, – сказала Грейс. – Я заступлю на вахту следующей.

Так она и сделала.