Улыбнись и умри - Роберт Лоуренс Стайн

"Что со мной творится?" — пытался понять я, чувствуя, как меня охватывает паника. В животе похолодело. В моем необъятном бурдюкоподобном животе. Нет, брюхе.

Но ведь я за парту сел без всяких проблем! И часу не прошло. А теперь меня как приклеили. Я что же, прибавил полцентнера, пока сидел?

— Грег, что же ты? — Мистер Сор нетерпеливо стукнул указкой по полочке на доске, куда кладут мел и тряпку.

С четвертой попытки я наконец выкарабкался из-за парты. Аккуратно держа перед собой камеру, я пошел к доске.

— Вот эта камера, — объяснил я мистеру Сору. — Мы с друзьями нашли ее в заброшенном доме, как я и рассказывал.

Он взял у меня камеру. Он крутил ее так и этак. Поднес к лицу. Приложил видоискатель к глазу.

— Нет, только не снимайте! — заорал я. — Не снимайте!

Он опустил камеру.

— Но как тогда я узнаю, что в камере зло? Я сунул руку в карман.

— Я захватил фотографию. Она докажет, что я говорил правду.

Пальцы у меня стали как сосиски, и я никак не мог вытащить фотографию. Их так раздуло, что я не смог бы сжать их в кулак. Я чуть не вывернул карман наизнанку, пытаясь извлечь оттуда фотографию с Джоном. Наконец мне это кое-как удалось, и я протянул плотный квадратик мистеру Сору.

— Вот, посмотрите. Этого мальчика зовут Джон. Я снял его позавчера вечером. С ним все было в порядке. Но на фотографии, видите, он с гвоздем в ноге. Через пару минут все так и получилось. Джон напоролся на гвоздь, и отцу пришлось спешно везти его в больницу.

Мистер Сор рассмеялся. Ну и денек! Снова рекорд! Первый раз вижу мистера Сора хохочущим. Да еще в классе!

Это не смешно. Бедняга Джон корчился от боли. Он…

Знаю я эти трюки с гвоздями. — Мистер Сор не отрывал глаз от фото.

Что? — не понял я.

Я сам умел когда-то делать на фотографии поддельную стрелу. Она так и торчала у меня из головы. Невозможно было определить, что это подделка. Так что я могу себе представить, как тебе удалось сделать этот трюк с гвоздем.

Да нет! Это настоящий! Настоящий! — закричал я. — Посмотрите, какое страдание у него на лице. Разве вы не видите боль?

Твой приятель хороший актер.

Да нет же! Никакой он мне не приятель! Я даже не знал его. Вы должны мне поверить. Должны!

Мистер Сор взглянул на часы.

Минута истекла.

Но вы же обещали!.. — вне себя заорал я.

Грег, иди на место! — приказал он. — Тебе не удастся провести меня с этой старой камерой и шуточной фотографией.

Ты проиграл, Грег! — закричал Донни.

Ты зло! — подхватил Брайан.

Все захохотали. Я чувствовал, что краснею. У меня даже уши горели. Вот-вот взорвусь. Я был ошеломлен, оскорблен и вне себя от злости — все в одном флаконе.

— Я ставлю тебе "отлично" за усилие, — продолжал учитель. — Но оставляю двойку за рассказ. "Неуд" за неправду.

Нет, это было уже слишком. Я взвыл от бешенства и бросился к двери. Вернее, попытался броситься. Только я был слишком неповоротлив и тяжел для таких быстрых движений. Я мог только кое-как переваливаться с боку на бок.

— Грег, куда это ты? — услышал я голос мистера Сора, но сделал вид, что не слышу. Камера была у меня в непомерно разбухшей руке. Дверь я распахнул другой рукой. И вывалился в пустой и тихий коридор.

Позади голос мистера Сора требовал, чтобы я вернулся в класс. Смеялись и болтали ребята.

Я грохнул дверью и двинулся вперед. Собственно, ушел куда глаза глядят. Никакой цели у меня не было. Просто я чертовски был зол. Мне хотелось вопить и плакать. Колотить по стенам. Сломать что-нибудь.

Повернув за угол, я увидел Шери. — Грег! — воскликнула она. — Что случилось?

Она бросилась ко мне по коридору, пробежала шага четыре, и — надо же! — коротенькая юбочка, надетая поверх синих колготок, с нее свалилась.