Тьма на окраинах города - Адам Кристофер

– Господи, – прошептал он. – Что за чертовщина там произошла?

– Как обычно, детектив, – ответил ему Лаворна. – Очередное убийство, и ваша задача – выяснить, кто это сделал.

Делгадо тем временем читала дело и качала головой:

– Да, тут что-то очень странное.

Хоппер посмотрел на нее, на капитана, и его глаза расширились в предвкушении.

– Странное – это мягко сказано, – согласился Лаворна. – Судмедэксперт сейчас на месте. Ждет только вас. И вы должны были туда умчаться – уже пять минут назад.

Хоппер встал и подхватил пиджак со спинки стула. Делгадо поднялась помедленнее, продолжая просматривать дело. Потом она закрыла папку и передала напарнику.

– Готова? – спросил Хоппер.

– Всегда.

Хоппер взял папку, кивнул Делгадо, и они отправились расследовать свое первое совместное дело.

26 декабря 1984 года

Лесной домик Хоппера

г. Хоукинс, штат Индиана

Хоппер заметил, что у Оди назрел вопрос. Поэтому он прервал свой рассказ, откинулся на стуле и прижал к груди кружку с кофе.

– То есть… – начала Оди и остановилась.

– То есть? – переспросил Хоппер и поднял бровь.

Девочка слегка опустила голову и сморщила нос.

– Остальные невзлюбили ее?

– Кого, Делгадо?

– Они смотрели на нее, – продолжала Оди, – и вели себя невежливо. Они ее рассердили.

«О боже».

– Ну, в общем… – Хоппер остановился. Как же ей это объяснить? Он сделал глоток обжигающего напитка, от которого даже дыхание стало горячим, и решил сказать напрямую: – В общем, она им не понравилась, потому что она женщина и латиноамериканка.

– Латиноамериканка? – медленно переспросила Оди. Она пробовала незнакомое слово на вкус, стараясь в точности повторить за Хоппером.

– Так говорят, когда у человека испанские корни и он родом из Южной Америки. Откровенно говоря, они ее боялись.

Оди качнула головой:

– Боялись?

– Да. Того, что она может делать. Например, работать лучше их. Им это не нравилось. Они почувствовали угрозу. И страх. Понимаешь, в то время это казалось чем-то совершенно новым. Они думали, что здесь только их территория, но тут появляется женщина со своими собственными взглядами и готовая к борьбе. Они решили, что она вторглась в их мир, что ей здесь не место, что она должна заниматься чем-то другим. До того дня в отделе по расследованию убийств не служило ни одной женщины-детектива. Делгадо пришлось бороться просто за право заходить в кабинет наравне со всеми. Многие были против.

Оди нахмурилась:

– Это неправильно.

– Ага.

– Но ей ведь разрешили.

– Ага.

– Она тоже детектив.

– Ага.

– Как и ты.

– Да, как я.

– А тебе хотелось, чтобы она там работала?

– Мне? Ну, поначалу я удивился, конечно. Но потом стало приятно думать, что у меня более широкие взгляды. Как ты и сказала, Делгадо была таким же детективом отдела, как я сам. К тому же я нуждался в напарнике, и вот он у меня появился. Так что мы стали работать вместе. Не забывай, это случилось давно, и тогда жизнь была несколько другой.

– А сейчас все уладилось?

– Ну, как сказать…

– Уладилось?

Хоппер покачал головой. Он уже жалел об этом разговоре и сомневался в его необходимости.

– Нет, не все… уладилось. Но стало лучше. В некотором роде.

Оди кивнула.

– На ее месте я бы тоже рассердилась.

Хоппер усмехнулся.

– Еще бы. Но Делгадо знала, как с этим бороться. Она не сдавалась. – Он засмеялся. – Крепкий орешек, вот уж точно. И ведь она действительно оказалась лучше остальных детективов, в том числе и меня.

Оди улыбнулась, а потом заметила:

– Капитан поручил вам новое дело, и оно стало началом.

Улыбка на лице Хоппера увяла. Он наклонился вперед и положил локти на стол.

– Да, оно стало началом. Капитан дал нам это дело в первый день работы Делгадо.

Оди кивнула.

– Что-то очень странное, – медленно и торжественно повторила девочка чужие слова.

Хоппер снова заулыбался: на самом деле его напарница выразилась немного иначе, но Оди знать это было ни к чему. В его рассказе все равно будут присутствовать убийства, насилие и опасность, и он пытался по возможности сгладить их проявления. Сам Хоппер ничего не имел против грубых выражений, однако старался подавать Оди хороший пример.

Мужчина отпил кофе и продолжил рассказ «с настоящего момента», то есть с праздника Четвертого июля 1977 года.