У судьбы две руки - Наталья Калинина

— Встать сможете? — Алина присела над ним и несмело коснулась ладонью рукава его куртки.

— Попытаюсь. А вы смотайте веревку. Нельзя ничего оставлять.

Она, не задавая на этот раз вопросов, выполнила указание и подставила ему свое плечо, когда заметила, как его качнуло.

— Я грязный. И вонючий, — предупредил Герман.

— Перестаньте, — досадливо отмахнулась девушка и медленно повела его прочь от ямы.

Он и не ожидал, что путь дастся ему так тяжело. Едва перебирая ногами и с трудом превозмогая головокружение, он дошел с Алиной до дома. К счастью, никто им не встретился. Герман был благодарен девушке не столько за спасение, сколько за то, что по дороге она держала все вопросы при себе.

Алина молча открыла дверь и кивком пригласила его войти. Герман переступил порог и глубоко, насколько позволяли ушибленные ребра, вдохнул домашний воздух. На какое-то мгновение ему показалось, что в коридоре разлит пряный аромат Викиных духов, смешанный с ароматом его собственного одеколона, которым Герман пользовался в студенчестве. Память, поддавшись наваждению, окунула его в прошлое, и Герман почти кожей почувствовал присутствие Вики. Вот сейчас она выйдет из комнаты, с легким шелестом откинув «штору» из деревянных пластинок, постоит напротив молча, а затем либо тихо рассмеется, либо заключит его в объятия. А может, все сразу. Но вместо Вики его окликнула Алина:

— Герман? Вам нехорошо?

— Как вам сказать, — не стал скрывать он. — Попить бы не мешало.

Алина торопливо метнулась на кухню, а он аккуратно присел на краешек трельяжа, отметив про себя, что мебель в коридоре все та же.

— Вам нужен врач? — спросила девушка, протягивая ему стакан с водой.

— Нет.

— Но у вас такой бледный вид! И голова разбита!

— Не нужно врача, Алина, — тихо, но твердо повторил он. — А еще лучше погасите свет.

— Почему?

— Чтобы не привлекать внимания.

Она бросила на него быстрый взгляд, однако послушалась. Раннее утро уже сдернуло покрывало темноты с предметов, но четкость линий еще растушевывал сумрак.

— Можно у вас умыться? — спросил Герман.

— Конечно. Даже, если желаете, можете принять душ, — великодушно предложила Алина и смутилась. — Я имела в виду…

— Я знаю, что вы имели в виду, — усмехнулся он. — Достаточно просто умыться. Душ приму уже дома.

Он взял у нее чистое полотенце и прошел в ванную. Все было, как и в те времена — та же душевая со знакомым сколом на уголке поддона, светлый шкафчик, крючок для полотенца в виде дельфина. Только у Алины кремы и предметы гигиены были расставлены аккуратно на полочке, тогда как Вика разбрасывала везде тюбики с отвинченными крышками, ватные диски и палочки.

Герман смыл с лица засохшую кровь, но неосторожно задел рану, и она вновь закровоточила. Пришлось оторвать от рулона туалетной бумаги клочок и прижать его ко лбу.

— Герман? Вы в порядке? — позвала из-за закрытой двери Алина, обеспокоившись тем, что он долго не выходит. Герман открыл дверь, и девушка, мигом оценив обстановку, вздохнула:

— Вижу, что не очень.

Она открыла шкафчик и достала из него маленькую аптечку.

— Здесь, в ванной, свет-то включить можно? — спросила Алина с легкой иронией, которой плохо маскировала тревогу.

— Включайте, — вяло согласился он, присаживаясь на опущенную крышку унитаза.

Девушка ловко и быстро обработала ему рану перекисью и закрыла ее повязкой из марли и пластыря.

— Вас избили?

— Нет. Сбили машиной. А затем столкнули в яму.

— Кто?! И зачем?! Раз так, нужно заявить в полицию! Вы заметили машину, ее номер?

— Заметил, еще бы не заметить! «Скорая» из поселка. Караулила рядом с вашим домом.

— Этого не может быть! Зачем «Скорой» вас калечить?! И караулить?.. Нет, Герман, вы что-то путаете…

Ну вот, так он и думал. Не верит. А сил спорить и что-то объяснять ей у него, как назло, нет. Да и времени — тоже. Им нужно уходить — быстро и незаметно. Но быстро не получилось, потому что едва Герман встал на ноги, как его качнуло так, что он едва не упал. Благо, успел опереться рукой о стену. Да и Алина вовремя его поддержала.

— Вам нужно к врачу, — повторила она, провожая его в гостиную и помогая присесть на диван.

— Алина, послушайте, я расскажу вам все, что знаю, только не здесь и не сейчас. Нам нужно уходить. Если, конечно, вам ваша жизнь дорога. Эти ваши новые друзья — не такие уж душки, как вы считаете. Берите с собой самое необходимое — документы, деньги, воду и теплую куртку, — и идемте. Немедленно! Иначе потом будет поздно.

— А вы идти сможете? Вас же качает, как моряка-новобранца в шторм! Или мне придется тащить вас на себе?

Хороший вопрос. Далеко ли они так уйдут? Ирония в голосе Алины была ему понятна. Как и то, что никуда она с ним не пойдет.

— Дайте мне ваш телефон. Позвоню старому другу. Он меня… нас заберет.

— Попытайтесь, — с этими словами Алина протянула ему мобильный. — Но вряд ли это у вас выйдет. Связи нет уже несколько дней.

Вот черт!

— Ложитесь на диван и пока отдыхайте. Чуть позже я обращусь к соседу или одному знакомому и попрошу вызвать врача. Или найти такси, чтобы отвезти вас в город. Связи нет в поселке, но за его пределами она есть.

— Да как же вы не поймете, что нельзя ни к кому из них обращаться за помощью! — воскликнул Герман, привставая. — Говорю же вам, кто-то из ваших знакомых меня и сбил!

— Зачем им это? Зачем им вас калечить?

— Калечить — незачем! А вот убить… — Он красноречиво недоговорил. Девица глядела на него во все глаза, но видно было, что верит ему мало.

— Что же вы такое натворили, Герман, чтобы, допустим, кому-то захотелось вас убить?

— Ничего! Поверьте, ничего! Только слишком много узнал о ваших друзьях того, чего знать не следовало. Вот и все.

— И что же такое вы о них узнали? — спросила она, но не столько с любопытством, сколько с недоверием.

— Это секта! — выпалил он первое, что пришло ему в голову. — Секта. В которой практикуются жертвоприношения. Они заманили мою хорошую знакомую. И что с ней потом стало — неизвестно. Она пропала. Поэтому я здесь. Чтобы ее найти.

— Не очень местные похожи на сектантов, — пробормотала Алина, но уже с сомнениями.

— А что ж вы думаете, они должны рядиться в белые хламиды, распевать свои гимны у вас в садочке и засыпа́ть вам порог проповедническими брошюрами? Эти поклоняются каким-то своим божкам. Кстати, как вы нашли этот дом?

— По объявлению в Интернете.

— И кто вам его сдал?