Девятая жизнь нечисти - Алексей Атеев

Действительно, то, что находилось ниже, перекрывали ряды трухлявых бревен.

– Начинайте растаскивать, – скомандовал наш начальник. – Берите багры – и вперед!

Моим напарником оказался Суббоч. Мы цепляли крючьями за края бревен и сбрасывали их вниз. Это было еще канительней, чем расчищать площадку от мусора. Бревна настолько прогнили, что багры пронзали их, как бумагу. Гнилое дерево крошилось, бревна переламывались, приходилось вытаскивать их руками. К тому же они настолько плотно слежались, что давным-давно стали однородной массой, которую не так просто разделить на составные части. Вообще, как потом оказалось, захоронение было сделано на совесть. Сначала шел слой бревен, потом слой земли, и вновь слой бревен. Представьте себе вафлю. Да-да, самую обыкновенную кондитерскую вафлю. Именно по этому принципу в свое время и соорудили перекрытие. Стало ясно, что работы еще непочатый край. Бульдозер в данной ситуации явно бесполезен, разборку можно было производить только руками. И тут кому-то, кажется, доценту, пришла в голову совершенно очевидная вещь.

– А не проще ли, – сказал он мне, – раскапывать захоронение в каком-нибудь одном месте? Так сказать, заложить сначала пробный шурф. Бросить все силы на это дело, а потом посмотреть, каков будет результат.

– Мысль здравая. Доложите начальству, – посоветовал я.

Суббоч подозвал Ивана Ивановича и изложил ему свои соображения.

– А что… Толково! – одобрил тот.

И работа закипела. Наметили участок, примерно десять на десять метров, с самого края, и все дружно навалились на расчистку. Вот тогда и обнаружилась многослойность кургана. До обеда мы продолжали растаскивать перекрытия и швырять лопатами землю. А результата все не было и не было. Казалось, работе этой нет конца. Однако все понимали, что движемся в правильном направлении.

Пообедав, мы даже не стали отдыхать, а вновь отправились на горку. Солнце палило неимоверно, но надежда на предстоящее открытие придала сил. Еще через полчаса раздался крик: «Есть!» Вопил, помнится, Звягин. Мы бросились к нему. В дыре, образовавшейся на месте отброшенного бревна, виднелись человеческие кости.

– Пустите меня! – начал проталкиваться к отверстию Вова. – Дайте взглянуть. – Он встал на колени и стал вытаскивать кости из ямы.

– Ты чего, одурел? – спросил Жорка. – Перегрелся? Так иди, облейся водой.

Но Вова не слушал. Он без стеснения рылся в костях, видимо, действительно надеясь найти крупный бриллиант, или, по меньшей мере, слиток золота. Мы, словно завороженные, смотрели на него. На лицах читались самые разные чувства. На них присутствовали гадливость и азарт, насмешка и нетерпеливое ожидание… Даже Иван Иванович не пытался остановить Вовину выходку, а с любопытством следил за происходящим.

– Вот! – воскликнул вдруг Вова и продемонстрировал всем зажатый между пальцами кругляш. Все подались к нему.

– Ну-ка, дай! – попросил, даже скорее потребовал Суббоч.

Вова с видимой неохотой протянул ему свою находку.

– Пятак времен матушки Екатерины, – сообщил доцент, разглядывая большую черно-зеленую монету.

– Сколько стоит? – тут же спросил Вова.

– Может, рубль, может, трояк… – пожал плечами Суббоч.

– А вдруг он золотой?

– Можешь проверить, – засмеялся Суббоч.

Вова, недолго думая, надкусил край монеты.

– Ты чего делаешь?! – заорал Иван Иванович. – Отравиться хочешь?

– Зараза к заразе не пристанет, – ответствовал Вова, но тем не менее сплюнул.

– Ну, ты артист! – покачал головой Иван Иванович. – Давайте, ребята, – обратился он к нам. – Подналяжем!

Часа за два квадрат был расчищен, и поистине ужасное зрелище предстало перед нашими глазами. Под трухлявыми бревнами в беспорядке лежало множество человеческих костей. Скелеты оказались самые разные. Многие костяки были совсем маленькие, должно быть, детские. Лежали они в хаотическом беспорядке, видимо, в свое время тела сбрасывали сюда как придется. К тому же под тяжестью верхних слоев кургана они были спрессованы в единую массу. Черепа таращили на нас пустые глазницы, словно в удивлении хотели спросить: зачем потревожили наш прах, кому мы помешали? Несомненно, перед нами лежала лишь малая часть погребенных в глубинах Чумной горки. К открытому могильнику сбежались все, кто в этот час находился в зоне: повара полевой кухни, бригада «Скорой помощи», дежурившей на объекте, шоферы и бульдозерист. Даже солдаты оставили свои посты и подошли поближе. Находившиеся за территорией зоны зеваки, уловив, что внутри ее происходит нечто необычное, бросились к изгороди. Некоторые наиболее предприимчивые, в первую очередь дети, стали подлезать под колючую проволоку. Один паренек застрял и завопил благим матом. Его вопли привлекли внимание нашего начальника. Он тут же оценил ситуацию.

– Охрана! – рявкнул Иван Иванович. – Залп в воздух и немедленно по своим местам! Всем лишним покинуть площадку!

Нестройно прогремели автоматные очереди. Толпа отпрянула от изгороди, только запутавшийся в колючей проволоке малец от ужаса и боли верещал, как зарезанный. Иван Иванович собственноручно освободил исцарапанного ребенка и сдал его врачам «Скорой помощи», потом вернулся к нам.

– Дальше что делать?! – закричали мы.

Казалось, начальник тоже пребывает в недоумении. Он задумчиво и несколько растерянно оглядел нас.

– Нужно позвонить… Вы пока отдыхайте… – И он убежал. Естественно, ни о каком отдыхе никто не помышлял. Все столпились у края раскопа. Человека три, и в первую очередь, конечно, Вова, принялись за самостоятельные исследования. Они без всякого стеснения копались в костях. Остальные просто наблюдали – кто с брезгливостью, кто с неподдельным интересом. Почти сразу же последовали первые находки. Первооткрывателем стал все тот же Вова.

– Эй, ребя, глядите! – заорал он. В руке его тускло поблескивал золотой крестик на цепочке.

– Ну вот, – заметил стоявший рядом со мной Суббоч, – золотая лихорадка началась… Каковы, интересно, будут ее последствия?

Узрев первую находку, к доморощенным «археологам» присоединились еще человек пять. Даже комсомольский деятель Звягин не побрезговал копаться в костях. Кроме меня, не поддались общим настроениям только доцент, Жорка да Сема Рубин. Нужно прямо сказать, меня так и подмывало присоединиться к остальным. Особенно когда я увидел, что извлекают из костей. Тут были монеты, в основном медные и серебряные, нательные кресты, обручальные кольца… Но меня остановил возглас Геракла.

– Мародерство! – презрительно произнес Жорка и сплюнул.

– Ага-ага! – закричал подошедший сзади начальник. – Гробокопатели за работой! Ну и как? Удачно? Есть находки? Предъявите результат!

– Ничего интересного, – авторитетно сообщил вскочивший с земли Звягин. – Так, мелочовка всякая…

– А у тебя, рыженький? – обратился Иван Иванович к Вове. – Уж ты наверняка что-нибудь ценное раскопал?