Письмо в Лабиринт - Дмитрий Печкин

– Есть такое намерение, – пробормотал я. – Морган, ты меня прости, но всё, хватит. Нагулялись.

Морган смотрит на нас. И фыркает.

– Пошли-ка отсюда, – говорит он. – А то не приведи аллах этот бобик на нас снова выскочит. Бедный-то он бедный, но клычки у него отросли нехилые.

– Да. Пойдемте, – говорит Маша. – Автомобили на дороге будут мешать. Надо сказать мастерам, чтобы разобрали.

2.

Мы идем по лесу. Я никогда не был в этой части Страны. Лес тут – как в средней полосе. Березовые листья светятся на солнце, и запах такой, как будто где-то совсем недалеко варят в промышленной установке ягодный чай. Интересно, та скатерочка была запрограммирована привести нас именно сюда? Или гейт просто открылся наугад, как это иногда у меня бывает, когда я очень тороплюсь или не в себе? Пограничники нас на этот раз не встречают, но Маша шагает довольно целеустремленно: очевидно, она понимает, куда мы идем. У меня больше нет сил ее выспрашивать: во-первых, она все равно ничего внятного не ответит, а во-вторых, все-таки последние неприятности немного вымотали меня. Не то чтобы такое случается с нами каждый день. Ну и потом, сам переход через Границу всегда сильно дает о себе знать, даже если пробыл в Лабиринте всего... сколько? Сутки? Чуть меньше, чуть больше? Напряжение постепенно отпускает меня, и мне хочется сесть.

А лучше – лечь. И поспать часов этак…

А вот Морган и Рыжий уставшими не выглядят. Задумавшись, они держатся рядом и молчат. Они оба в этот раз очень хорошо перенесли переход через Границу. А вот про меня этого не скажешь. Жаль, что я не умею лечить себя сам: в голове немного мутится, ноги заплетаются.

Маша тоже молчит и шагает довольно быстро. Может, пребывание в Лабиринте повлияло и на нее, но по ней это незаметно.

– Вуди-види-вуди-гроу! – наконец отвлекается от своих мыслей Рыжий. – Кэп, а как ты просек, что нам надо драпать? Я так и не понял!

– Не понял он, – ворчит Капитан. – Ты бы ничего не понял даже когда тебя бы уже в воронок посадили и зафиксировали…

– Они же нас убить хотели, – замечаю я.

– Не, – говорит Морган. – Не хотели. Тут всё гораздо интереснее. Про стингер я тогда тебе это так ляпнул. Со страху, – поясняет он. – Хлопнуть нас им гораздо проще во дворе больницы было. Хоть всех, хоть на выбор.

– А что они, могли? – дрогнувшим голосом спросил Рыжий.

– А то, – хмыкнул Морган. – Все скрипачи уж на точки вышли, так могли, конечно.

– Э... чего?

– Снайперы в нас уже целились, чего, – вздохнув, пояснил Морган. – И автоматчики. По-над забором. Мы у них были как на тарелочке. И сопровождение у них было – первый сорт. Так что у нас было без шансов вообще, если бы не гейт. Но стреляли они, конечно, не по нам, а по машине. Остановить нас они хотели, а вот убить – нет.

– А ты, значит, их заметил? – помедлив, спросил Рыжий. – По-над забором?

– Там уж сложно не заметить было, – буркнул Морган. – Чуть не припозднился вот, видишь. Раздумывал еще. Мы-то ладно, тем более что раз мочить сразу нас они не собирались – значит, хотели поговорить. Может, и стоило задержаться и послушать, что к чему. Хоть поняли бы, что за гаврики. Но вот Маша! Такие разговоры всегда, знаешь ли... Мда.

– Тьфу, – сказал немного побледневший Баламут.

– А что такое? – Маша тоже вынырнула из раздумий. – Значит, мы могли бы задержаться и поговорить с ними? С тем, кто в нас стрелял? Но ты предпочел, чтобы они стреляли? Почему?

– Маруся, я не уверен, что ты понимаешь, о чём я, – неторопливо проговорил Морган. – И я не уверен, что хочу тебе объяснять.

Даже я не был уверен, что хочу услышать его объяснения. Там, во дворе больницы, Морган начал действовать, конечно, не только из-за Маши, но и из-за нас с Рыжим.

– Достаточно нам знать, что Капитан нас спас, – сказал я.

– Спасла нас та тряпочка, – буркнул Морган. – А я что. У меня просто хорошая реакция.

– Тряпочка? – заинтересовался Рыжий. – Впрочем, плевать. Я, к слову, и так знаю, что это были за гаврики. И почему они не хотели нас убить. Меня, во всяком случае.

– Да что ты говоришь? – буркнул Морган. – Ну и, к слову, когда ты нам собирался рассказать?

– Да я уж разобрался бы, когда!..

– Погодите, – остановил я их вечную волынку. – Баламут, рассказывай.

Тот запнулся, выдохнул и немного потупился. Почесал шрам.

– Ну вот ты сказал сейчас, что не представляешь, зачем я кому-то так понадобился, – неохотно сказал он, пиная на ходу дорожную пыль. – А Кэп говорит, мол, не я, а мои деньги.

– Ну и?

– Ну так вот им нужны не деньги, – в сторону сказал Рыжий и по-звериному поморщил нос. – Им нужен я.

– Мы пришли, – сказала Маша.