Жребий Салема - Стивен Кинг

1

Когда во вторник после третьего урока Мэтт подошел к кабинету, Бен Миерс его уже там дожидался.

– Здравствуйте! – поздоровался Мэтт. – Вы рано.

Бен поднялся и пожал ему руку.

– Это у меня семейное. Скажите, а ребята меня точно не съедят живьем?

– Точно! – заверил Мэтт. – Пойдемте.

Мэтт был приятно удивлен, увидев, что Бен приоделся по случаю. На нем был хороший пиджак спортивного покроя, добротные серые брюки и дорогие, почти не ношенные туфли. Мэтту приходилось приглашать на встречу с учениками и других литераторов, но те являлись либо в самом затрапезном виде, либо в чем-то экстравагантном и нарочито вызывающем. Когда год назад он попросил выступить перед ребятами одну довольно известную поэтессу, которая читала лекции в Портлендском университете Мэна, та явилась в бриджах и в туфлях на высоких шпильках, будто демонстрируя, что условности ее не волнуют и она «побила систему ее же оружием».

На таком фоне Бен выгодно выделялся, чем заслуживал особого уважения. За тридцать с лишним лет преподавания Мэтт окончательно убедился, что систему победить нельзя и только глупцы могут тешить себя надеждой, что способны всех обставить.

– Хорошее здание, – одобрительно заметил Бен, поглядывая по сторонам, пока они шли по коридору. – Совсем не похоже на то, где учился я. Там окна смахивали на бойницы.

– Назвав школу зданием, вы совершили первую ошибку, – отозвался Мэтт. – Тут не здание, а учебное заведение. Доски – это наглядные пособия, а ребята – подростковый контингент учащихся.

– Им можно только позавидовать! – заметил Бен ухмыляясь.

– Не то слово! А вы учились в колледже, Бен?

– Пытался. В гуманитарном. Но там все играли в интеллектуальную разновидность игры «кто захватит знамя». Нужно было отыскать себе топор и размахивать им, завоевывая известность и уважение. В общем, учебу я бросил. А когда «Дочь Конвея» только вышла, я подрабатывал тем, что загружал ящики с кока-колой в автофургоны.

– Расскажите об этом ребятам. Им будет интересно.

– А вам нравится преподавать?

– Конечно, нравится! Иначе как бы я выдержал сорок лет в школе?

Зазвенел последний звонок, отдаваясь гулким эхом в опустевших коридорах. Только какой-то парень неторопливо двигался вдоль нарисованной на стене стрелки с надписью «Столярная мастерская».

– А как тут с наркотиками? – поинтересовался Бен.

– Есть любые. Как и во всякой школе в Америке. Только у нас главная проблема – это спиртное.

– Разве не марихуана?

– Лично я не считаю травку большой бедой, да и школьное начальство тоже, чего и не скрывает в частных беседах, особенно после рюмки-другой. Я, к примеру, точно знаю, что наш методист – а специалист он дай боже! – любит выкурить косячок с марихуаной и отправиться в кино. Я и сам пробовал. Эффект приятный, но потом у меня очень сильная изжога.

– Пробовали?!

– Тсс! – поднес палец к губам Мэтт. – Большой Брат не дремлет! К тому же мы пришли.

– Господи!

– Не волнуйтесь! – успокаивающе произнес Мэтт, пропуская его в класс. – Доброе утро, ребята. Это мистер Бен Миерс.

Двадцать с лишним пар глаз с любопытством уставились на Бена.

2

Сначала Бен решил, что ошибся домом.

Пригласив его на ужин, Мэтт Берк объяснил, что найти его жилище очень просто: маленький серый дом сразу за домом из красного кирпича. Однако оттуда из открытых окон гремел рок-н-ролл.

Бен постучал в дверь и, не дождавшись ответа, постучал потускневшим латунным молоточком снова, уже сильнее. На этот раз музыку сделали потише и послышался голос Мэтта:

– Не заперто! Входите!

Бен шагнул вперед и с любопытством огляделся. Прямо за входной дверью располагалась маленькая гостиная со старой мебелью и древним телевизором. Музыка лилась из дорогого музыкального центра с отличными колонками.

Из кухни показался Мэтт в переднике в красно-белую клетку. За ним тянулся аппетитный аромат соуса для спагетти.

– Извините, что так громко, – произнес Мэтт. – Я немного глуховат и делаю погромче.

– Отличная музыка.

– Я поклонник рока со времен Бадди Холли. Потрясающая музыка! Вы голодны?

– Да, – признался Бен. – Спасибо еще раз, что пригласили. Должен сказать, что за время нахождения в Салемс-Лоте меня угощали чаще, чем за пять лет до этого.

– У нас гостеприимный городок. Надеюсь, вы не против, если мы устроимся на кухне. Пару месяцев назад один антиквар предложил мне двести долларов за обеденный стол. А другим я так и не обзавелся.

– Совсем не против. Я люблю есть на кухне.

Кухня оказалась на удивление опрятной. На маленькой четырехконфорочной плите дымились дуршлаг со спагетти и кастрюля с соусом. На раскладном столе были расставлены разнокалиберные тарелки и стаканы с мультяшными персонажами. Узнав в них емкости, в которых продается желе, Бен совсем расслабился и почувствовал себя как дома.

– В шкафу над мойкой есть бурбон и водка, – сообщил Мэтт, показывая, где именно. – В холодильнике можно найти чем разбавить. Правда, ничего такого особенного.

– Бурбон с водой из-под крана меня вполне устроит.

– Угощайтесь, а я пока поставлю все на стол.

Наливая себе выпить, Бен произнес:

– Мне понравились ваши ученики. Они задавали хорошие вопросы. Непростые, но хорошие.

– Типа: «А откуда вы берете идеи?»? – спросил Мэтт, передразнивая Рути Крокетт, чья манера говорить будто маленькая девочка только подчеркивала ее сексуальность.

– Она та еще подруга!

– Что верно, то верно! В холодильнике за дольками ананаса есть бутылка игристого вина. Я специально купил его по такому случаю.

– Послушайте, это уже лишнее…

– Да ладно, Бен. Не каждый день в Салемс-Лот заглядывают авторы бестселлеров.

– Это вы хватили! – Бен допил свой аперитив и, взяв у Мэтта тарелку, полил спагетти соусом, накрутил на вилку и отправил в рот. – Потрясающе! Мамма миа!

– Надо думать! – согласился Мэтт.

Бен посмотрел на свою тарелку, которая опустела с впечатляющей скоростью, и виновато вытер губы салфеткой.

– Хотите добавки?

– Если можно, чуть-чуть. Удивительно вкусно!

Мэтт поставил перед ним полную тарелку.

– Если мы не съедим, то все достанется коту. Удивительное создание! Весит двадцать фунтов и все равно тянется к своей миске!

– Господи, как же я его не заметил?