Загадочный город - Эндрю Кальдекотт

— Сэр Ви сказал, что вы так ответите. Но они же изучают нашу историю — значит, нам тоже следует заняться их прошлым.

Сэр Ви — так по привычке Родни обращался к своему мнимому папеньке. Сэр Веронал не возражал.

— Историей после 1800 года и за пределами Ротервирда занимайся сколько угодно, Родни, но о местной можешь забыть — закон есть закон.

— Сэр Ви предупреждал, что вы так скажете. Но не забывайте, сэр, что он платит частную ставку за частные уроки. — Предложив взятку, Родни заговорщицки подмигнул.

— Мне жаль, но придется тебя разочаровать.

— Слушайте, если вас волнует только город, можем исследовать округу — саксов, друидов…

— Извини, Сликстоун. Но речь идет даже не о работе.

Мальчик резко развернулся на каблуках и вышел вон, оставляя Облонга наедине с тревожными мыслями. «Исторические предписания», которые раньше служили Ротервирду гарантией независимости, скорее всего, уже давно утратили всякий смысл. И он с некоторым сочувствием относился к позиции сэра Веронала.

У школьных ворот за ним увязался Ромбус Смит.

— Не забудьте про отчеты, Облонг: излагайте все быстро и кратко.

— Скажите, господин директор, а позволяют ли «Исторические предписания» заниматься исследованиями пригородных территорий — могильников, фортов, каменных кругов?

— Чем глубже копаешь, тем больше хлопот, другими словами — нет.

Облонг так погрузился в размышления об этом, что вспомнил о первоначальном напоминании директора только тогда, когда дошел до Артери Лейн.

Отчеты! Ему еще ни разу не удавалось продержаться на должности до конца семестра, поэтому он совсем забыл о самой главной обязанности учителя.

Аггс пришла, чтобы пополнить запасы собственноручно сваренного варенья в буфете.

— Ну, знаете, не обязательно расписывать весь жизненный путь, — заметила Аггс, бросив взгляд ему через плечо.

— При всей моей любви к мистеру Фангину, я не сторонник односложных ответов.

— Ну а я не люблю читать многотомные отчеты. Как бы там ни было, вам бы лучше пойти на улицу и начать готовиться.

— К чему?

— К Гонкам Великого Равноденствия, конечно же.

— А! — ответил Облонг. Несмотря на рост и неуклюжесть, он неплохо бегал на средние дистанции. — Если бежать придется ярдов восемьсот или около того, ты обратилась по адресу.

— Кто же говорит о беге?

— Ну ладно, Аггс, кончай мудрить. Ты — мой главный проводник в этом городе.

— Мой совет: не берите одноместные — переворачиваются на раз-два, они только для экспертов, а вы не эксперт. У старика Ротера хватает изгибов и поворотов.

— Что-то я тебя никак не пойму.

— Партнера лучше всего искать в пабе — пары все время распадаются и меняются местами. Главное, не ошибиться с весом — для двух- и трехместных нужен точный расчет. Черт меня дери, мистер Облонг, вы же никогда ничего не замечаете, верно? Глядите, прямо сейчас за деревьями…

Он посмотрел в окно кабинета и сквозь ветви начинающей зеленеть ивы разглядел нечто, напоминавшее скорлупку лесного ореха, а затем еще одну. В обеих сидели люди, которые загребали веслами так отчаянно, словно сражались за собственную жизнь.

— Что все это значит, Аггс?

— И еще называете себя историком! Это же кораклы, лучшие плавательные средства для всех, кто хоть что-то понимает в лодочном деле! Ивовые прутья и шкуры!

На первый взгляд казалось, что управлять ими совершенно невозможно. Сам Облонг умел плавать разве что по-собачьи — как однажды кто-то мягко высказался о его талантах пловца. Что же касается гребли, то для нее ноги Облонга были слишком длинными, а левая рука уступала по силе правой. Он с извиняющейся улыбкой потряс головой.

Аггс улыбнулась в ответ.

— Костюм я возьму на себя. Знаю, что вам нужно.

— Какой костюм?

Аггс всем своим видом продемонстрировала, что дискуссия окончена. В таких случаях она обычно выдвигала подбородок и корчила гримасу, а ее правая бровь медленно ползла вверх. Теперь произошло то же самое, и Облонг послушно принял сигнал.

Внимание Аггс вернулось к отчетам:

— Как вы думаете, почему мистер Фангин старался писать покороче? Потому что кое-кто читает все отчеты, улавливаете?

— Кого еще ты имеешь в виду?

— Ну, например, Его Сноркеловское Величество.

Ее подбородок вновь подался вперед, бровь приподнялась, точно шина, в которую накачали воздуха, лицо сморщилось и снова разгладилось.

Когда Аггс ушла, Облонг вспомнил о том, как Фангин расписывал умение Сноркела держать под контролем все вокруг. Приноравливаться к ритму жизни Ротервирда было все равно что чистить луковицу — оба процесса, как он припоминал, неизбежно заканчивались слезами. Облонг поразмыслил и решил переписать отчеты в стиле Фангина.

Сверхинтенсивная репетиторская программа с лучшими учителями, которых только можно было нанять за деньги, помогла Родни освоить большинство предметов, а манящая перспектива заполучить наследство Сликстоуна только усилила его рвение, и все равно он не дотягивал до среднего уровня по самым главным ротервирдским специальностям: естественным наукам и математике. Проинформированные Ромбусом Смитом учителя делали ему поблажки, но в Родни тем не менее закипало недовольство, особенно на уроках алгебры, где эта деревенщина с коровьими глазами, Гвен Ферди, которая сидела через одну парту слева, выдавала ответ на любую непосильную остальным задачу с неотразимой быстротой и точностью.

Учительница, мисс Сайн, напористая старая дева средних лет, никогда не спрашивала Родни.

— Скажи-ка, Колье, xy — это одночлен или нет?

Самое слабое звено класса, Колье, только ахнул.

— Ферди?

— Да, одночлен.

— Верно. А что будет, если перемножить одночлены между собой?

Родни почувствовал, что пришло время блеснуть:

— Получится многочлен, конечно же.

— Неверно. Ферди?

— Выйдет еще один одночлен.

— Правильно.

— А чего это вы все время ее спрашиваете? Я думал, что алгебра должна уравновешивать. — В голосе Родни прозвучал едва ли не агрессивный упрек.

— Жаль, что этой уравновешенности не чувствуешь ты, Сликстоун. Но положение легко исправить. Скажи, 2х + 5 — это одночлен или многочлен?

— Если х равняется тройке, то в сумме выходит одиннадцать.

Класс захихикал. Сайн не шла на уступки в вопросах дисциплины.

— Мы уже не в детском саду, Сликстоун. Если хочешь догнать программу, нужно работать.

На перемене Гвен Ферди совершила редкую для себя ошибку. Она подошла к Родни во дворике.