Красные цепи - Константин Образцов

Алиса Пожарская оглядывается вокруг, глубоко вдыхает, втягивая в себя неповторимую и такую знакомую наркотическую атмосферу вечеринки, и удовлетворенно улыбается. Сейчас почти девять вечера, до начала фильма остается еще чуть больше часа. Начало мероприятия было назначено на восемь, но она здесь уже с шести часов: контроль, организация и еще раз контроль.

Все пока шло без серьезных накладок. К моменту ее появления в «Венеции» декораторы уже почти закончили работу, и ей оставалось только проверить освещение. Диджей появился за час до начала, проблем с подключением аппаратуры не возникло, и сейчас он крутил свои диски, сводя композиции на музыкальные темы из фильма. Аниматоры тоже прибыли вовремя, еще раз быстро получили от Алисы инструкции и ходили среди гостей: эффектные девушки в костюмчиках школьниц, бледные юноши с накладными клыками и стриптизеры с накачанными голыми торсами, блестящие маслом и одетые в обтягивающие кожаные шорты. На полчаса опоздали промоутеры от алкогольного спонсора мероприятия, и к тому же вместо заявленных четырех девиц модельной внешности явились шесть, так что пришлось занимать в баре два лишних подноса, на которых они сейчас и носили в толпе бесплатную водку и шампанское. Оба фотографа агентства были на месте и работали; вместе с ними целились длинными объективами в гостей, старательно делающих вид, что не замечают камер, трое или четверо фотокорреспондентов светской хроники. Предоставленные прокатчиком постеры были на местах, логотипы международных партнеров фильма скромно и с достоинством размещены в соответствии с договором, бутылки с алкоголем от петербургского спонсора гордо сверкали золотом этикеток по всей длине стеклянных полок в баре, а его же лайтбоксы и баннеры были расставлены и развешаны согласно настойчивым рекомендациям прибывшего в числе первых директора по маркетингу. Представители прокатчика и даже два человека из российского офиса кинокомпании-производителя сидели за VIP-столиком и оживленно беседовали с хозяйкой агентства DNC, изящнейшей и обворожительной женщиной, которая, не прерывая разговора, то и дело находила глазами Пожарскую, а та кивала в ответ: все хорошо, никаких проблем. Телефон в руке постоянно звонил: подъезжали все новые и новые гости, требовавшие к себе особого отношения, и Алиса раз за разом выходила, улыбалась, встречала, провожала за столики и снова выходила к парковке, все больше походившей на европейский автосалон. Снова раздался мелодичный сигнал телефона: на этот раз звонили подруги, и их тоже нужно было встретить — теперь уже на правах гостеприимной хозяйки вечеринки.

— Ой, простите! — воскликнула Алиса, резко повернувшись и налетев на невысокую женщину с золотистыми волосами и в сером деловом костюме.

— Ничего-ничего, — сказала та, ответила на улыбку Алисы и отошла в сторону.

Алиса на мгновение задумалась о том, что уже не раз видела эту женщину поблизости и ловила на себе внимательный взгляд ее зеленых глаз, но тут же забыла об этом, увидев трех своих подруг, весело машущих ей руками из-за широких черных спин охраны.

Алина стряхнула с пиджака несколько капель сока, поставила стакан на стойку и тут почувствовала, как завибрировал в кармане телефон. Она отошла в сторону гардероба, где музыка звучала не так оглушающее громко, прикрыла одно ухо рукой и ответила:

— Да, я слушаю!

— Как там ваши дела? — Голос Гронского звучал на фоне приглушенного шума улицы.

— У меня все просто великолепно. Провожу время в изысканном обществе, жду начала фильма.

— Как наша девочка?

— Наша девочка тоже прекрасно. Только что налетела на меня — она тут бегает, как заведенная.

Алина посмотрела в сторону входа.

— Вот, вижу ее сейчас с тремя другими девушками, видимо подружками. Не волнуйтесь, пока все в порядке. Что у вас?

— Я уже на месте. Изучаю ландшафт.

— Фильм закончится только через три часа, — заметила Алина. — Смотрите, не замерзните там.

— Постараюсь, — ответил Гронский. — Контрольный звонок по окончании сеанса. Удачи.

Я говорю с Алиной по телефону меньше минуты, но даже за это время рука успевает замерзнуть на холодном, промозглом ветру, и я торопливо прячу ее в карман вместе с телефоном.

Узкие, тесные улочки Петроградской стороны переплелись, как сцепленные пальцы. Так же причудливо переплетаются названия: Подрезова, Плуталова, Подковырова, Попадалова, Бармалеева — словно чье-то неразборчивое зловещее бормотание. Нужный мне адрес я нахожу без особого труда. Похоже, все будет не так сложно: парадная, где расположена квартира Алисы Пожарской, находится в первом же дворе, в который из небольшого темного переулка ведет длинная полукруглая арка. Кроме ее подъезда сюда выходит еще одна дверь и чернеет проход во второй двор. Всего в тесном маленьком квартале из четырех домов есть три двора, соединенных между собой и выходящих на четыре узкие улицы. Все те же ржавые двери подвалов, к которым ведут осыпающиеся ступени, мусорные баки, а еще прикрепленный неизвестно зачем к стене невысокий железный навес на двух деревянных подпорках. Там будет мой наблюдательный пункт: я смогу одновременно видеть оба входа во двор, дверь подъезда, а сам буду скрыт почти непроницаемой черной тьмой под низкой железной крышей.

За час я успел несколько раз обойти квартал и сейчас курю у входа во двор, сжимаясь под порывами злобного холодного ветра. Кто-то там наверху, скрывающийся среди косматых серых туч, никак не может определиться с выбором режима дождя, и ледяная влага то летит облаками стылой мороси, то стучит крупными частыми каплями по дырявому железу навеса и мусорным бакам, то монотонно шелестит по мокрому асфальту. Во дворе тихо. Лишь доносится далекий гул машин с проспекта да журчит вода, выплескивающаяся из прохудившихся водосточных труб и сочащаяся из ржавых швов мусорного бака. Редкие окна угрюмо светятся в сыром полумраке.

Я думаю про Алину, которая сейчас совсем недалеко проводит время на вечеринке, среди тепла и яркого света. Она должна мне позвонить, как только выйдет из кинотеатра. «Венеция» расположена всего в пятнадцати минутах ходьбы отсюда, но вряд ли Пожарская в такую погоду и в такое время суток пойдет пешком. Вероятнее всего, она возьмет такси, и Алина должна будет проследить за ней до того момента, когда ее подопечная выйдет из машины у входа во двор. Тогда Алина позвонит мне еще раз. Видимо, последний раз перед тем, как я увижу убийцу, если, конечно, не встречу его здесь раньше.

Я забираюсь под навес и морщусь от застарелых запахов человеческой и кошачьей мочи. Телефон переведен в беззвучный режим. Курение тоже отменяется — огонек сигареты будет виден в темноте. Я чувствую легкую дрожь то ли от холода, то ли от начавшего поступать в кровь адреналина. Скоро все закончится. Я знаю, что сейчас, где-то там, среди мрака безлунной ненастной ночи, под холодным дождем начал свое движение ночной охотник.

— Я узнаю тебя, — шепчу я. — Надеюсь, ты не из тех, кто опаздывает на свидания.