Тёмная лощина - Брайан Кин

Всё произошло очень быстро. Вокруг костра разверзся хаос: вой, крики боли и гнева, выстрелы.

Большой Стив и Хайлиниус с треском врезались друг в друга. Сатир опустил голову, пытаясь насадить Большого Стива на рога, но собака оказалась проворнее. Увернувшись в прыжке, пес приземлился прямо за ним. Зубы собаки сомкнулись на хвосте Хайлиниуса. Большой Стив злобно рычал и мотал головой, как будто хотел вырвать его с корнем. Сатир пытался развернуться и ударить Стива, но пес двигался вместе со своей добычей и оставался вне досягаемости острых когтей. Хайлиниус попал в капкан. Однажды мы играли со Стивом в перетягивание каната, и я знал, что мой пес будет держаться до последнего.

Мы вышли на поляну. Мерл поднял дробовик и прицелился в сатира, но я оттолкнул ствол.

— Нет, ты попадешь в Большого Стива!

Очевидно, детектива Рамиреса моя собака не заботила. Прежде чем я смог остановить его, он взвел курок и выстрелил три раза в грудь сатира. Пули прошли навылет и оросили листья и деревья темной кровью, но Хайлиниус просто хрюкнул и продолжил бороться с Большим Стивом. Чертыхаясь, Рамирес прицелился в голову.

— Вспомните деревья, детектив! — крикнул Мерл. — Нужно использовать серебро!

— Где, черт возьми, подмога? — Рамирес нащупал в кармане свой мобильный телефон и попытался позвонить. Сигнала не было. Тогда он несколько раз выстрелил в воздух, чтобы сообщить о своем местоположении.

Причитая от страха, Шелли бросила головы Пола и Майкла и присоединилась к женщинам по другую сторону костра. Отрубленные головы катились, пока не уперлись в упавшее дерево.

— Отпусти меня, жалкая дворняжка! — взревел Хайлиниус. — Немедленно!

Пренебрежительно рыча, Большой Стив ухватился еще сильнее, оттаскивая сатира в нашу сторону, подальше от женщин. Раны от пуль в груди Хайлиниуса уже зажили, и только три клочка подпаленного меха выдавали следы недавних ранений.

Дейл гонялся за Клодин. Кажется, на мгновение она узнала его. Замерла в замешательстве. Дейл сгреб ее и обнял. Я разрывался между собакой и женой. Нужно было увести Тару подальше от влияния сатира, но я не мог оставить Большого Стива бороться в одиночку.

Мерл, должно быть, понял мое замешательство.

— Иди, помоги Таре. Я разберусь.

Он подкрадывался к Хайлиниусу, намереваясь выстрелить в упор, но прежде, чем смог подойти достаточно близко, сатир поднес флейту к губам и заиграл новую мелодию, которая не вызвала эрекции. Это была мрачная, зловещая песня. Ноты тяжело оседали в воздухе.

Настроение женщин резко изменилось. Страх и смятение исчезли. Их глаза наполнились отвращением и ненавистью. Костер отбрасывал извилистые тени на обнаженные тела. В едином порыве они бросились в атаку. Клодин оттолкнула Дейла, оцарапав ему лицо. Ногти соскребли внушительный кусок плоти, оставив ярко-алый след. Дейл закричал. Антониетта Уоллес присоединилась, избивая Дейла кулаками. Лесли и Шеннон бросились к Мерлу, пронзительно выкрикивая непристойности, а Шелли двинулась в сторону Рамиреса. Тара пошла на меня, и в отсветах пламени я едва узнал в ней женщину, на которой когда-то женился. Ее губы скривились, из горла вырывался утробный, почти животный рык, глаза затопила жажда крови. Она как будто намеревалась убить меня голыми руками.

Музыка продолжала звучать. Большой Стив рванул головой вправо и вырвал хвост под корень. Замычав от боли, Хайлиниус упал на спину в грязь, не отпуская флейту. Большой Стив выплюнул окровавленный обрубок и ринулся к горлу. Его зубы сверкнули в темноте, из груди рвались звуки, которых я никогда раньше не слышал.