Загадочный город - Эндрю Кальдекотт

Он чувствовал собственную уязвимость в преддверии единственной политической процедуры, с которой ничего не мог поделать, — проводившихся раз в пять лет муниципальных выборов, назначенных на следующую зиму. Династия Сноркелов десятилетиями успешно избегала переизбрания, но сэр Веронал не удовольствуется второстепенной ролью. После года постоянного проживания в городе он получал право как голосовать, так и выдвигать свою кандидатуру. Сноркелу не устоять.

Он должен был нанести упреждающий удар.

Горэмбьюри оставался в секции «Драгоценных камней и геологии» до открытия библиотеки, успев в промежутке поспать три часа. К его удивлению, первым утренним посетителем оказался Стриммер.

— Мистер Горэмбьюри! Зарылись в науку?

— Простите, что?

— Просто шучу. «Драгоценные камни и геология», и все такое.

— А-а.

— Неужели вас направили сюда по работе?

— Если до вас еще не дошли новости, я безработный. Так что решил вернуться к учебе — сегодня день геологии.

Стриммер одарил Горэмбьюри подозрительной улыбочкой и вышел. Не укрылся от внимания бывшего секретаря и тот факт, что ученый не выказал ни малейшего интереса ни к одной книге.

Второй заглянула Орелия, принесла кофе и печенье. Позже с припасами подоспел Борис. Никто из них не мог понять, зачем Стриммер явился в подвал библиотеки. В конце рабочего дня Горэмбьюри сложил свои книги в аккуратную стопку и написал запрос библиотекарю, чтобы тот оставил выбранную литературу за ним. Когда библиотека уже закрывалась, он спрятался в каморке со швабрами.

Время шло, и дежурство продолжалось. К собственному изумлению и радости, Горэмбьюри начал искренне интересоваться красотой и нерушимостью камня.

Валорхенд было нетрудно принять концепцию Лост Акра, тайного мира с отдельными точками доступа и новыми физическими законами. Еще совсем недавно ее собственный мир не догадывался о том, что электроны могут свободно исчезать в одном месте, а затем возникать в другом без какого-либо видимого движения. Почему бы не поверить в существование явлений, напоминавших о правилах квантовой механики, только действующих в более значительных масштабах? Учитывая, что клетки могут по своей воле соединяться и делиться, идея точки перехода казалась вполне правдоподобной.

Ее больше тревожил факт исчезновения самой главной книги из чердачного помещения над кабинетом Стриммера, и девушка винила себя в том, что не заметила странный выступ на крыше раньше. В холодном свете дня ей было сложно вызывать Стриммера на откровенный разговор, но на этот раз ничего делать и не пришлось.

Виксен как раз черкала красной ручкой экзаменационные работы по шести видам кварков, — «сортам» кварков, именуемых, как ни странно, «ароматами», — когда Стриммер сам пришел к ней. Он принес кофе, и не только для себя, но и для нее, что было для него совсем не характерно.

— Где ты пропадала вчера ночью?

— То там, то здесь, разжигала пожар.

Стриммер пропустил мимо ушей ее нелюбезное замечание.

— А может, возвращала просроченные книжки?

Валорхенд уставилась на Стриммера. Откуда, черт возьми, он мог знать? Вместе с тем в его интересе можно было найти свои плюсы.

— Зачем спрашивать, если сам знаешь?

— Я знаю только, что ты там была. Но понятия не имею, за какими сокровищами охотилась.

Валорхенд решила рискнуть:

— Твоя комната на чердаке вызвала определенные вопросы. Мне хотелось выяснить побольше.

Стриммер прищурился:

— Откуда ты об этом знаешь?

— Мне рассказал Фласк. — Она произнесла эту ложь с такой бравадой, что Стриммер не моргнув проглотил наживку.

— Ну, кое-что ты упустила.

— Неужели?

— Мою тайну.

— Разве что ты называешь своей тайной «Книгу римских рецептов».

Стриммер побледнел — конечно же, он первым нашел книгу. Или нет? На толстом слое пыли не было никаких следов. Может быть, Фласк все это время о ней знал.

— И что ты о ней думаешь? — быстро спросила Валорхенд.

— Линии и цветные кружки — какая-то ерунда, — ответил Стриммер.

— Ерунда в такой-то серьезной обложке? Пораскинь мозгами.

— На каждой странице по четыре квадрата, в каждом по четыре вертикальных внутренних линии, шесть, если считать с краями, и в каждом квадрате только по одному кругу на каждой из четырех внутренних линий. Круги четырех разных цветов. Каждый цвет встречается на странице только раз, но положение постоянно меняется от страницы к странице.

«Он давно и много над этим размышлял, — подумала Валорхенд, — движимый той самой логикой, которая когда-то меня так привлекала».

— Именно такой я ее и запомнила.

— С левой стороны — силуэты разных существ, с правой стороны — мутанты, всегда гротескные. Везде, кроме последней страницы, на которой никаких монстров нет, а вместо них изображены обычные люди с обеих сторон — шут, солдат, епископ и монахиня. Может быть, это примитивная нотная тетрадь? Цикл песен о мифических тварях с последним куплетом, который возвращает домой? — Не то чтобы он сам в это верил, но что-то же нужно было сказать.

— Почему бы нам не изучать ее вместе? — весело поинтересовалась Валорхенд.

Стриммер помедлил, совершая фатальную ошибку, за которую Валорхенд тут же ухватилась.

— У тебя ее больше нет.

— Кто это сказал?

— Тогда где она?

— Я ее одолжил.

— Кому?

— Эксперту в области древних книг.

Они обменялись взглядами. Стриммер понял, что она обо всем догадалась.

— Ты ходил в поместье. Сколько бы он ни платил, ты даже не представляешь, с кем имеешь дело. Тебе не следовало отдавать ротервирдскую книгу чужаку. — Она вдруг почувствовала себя неуютно; Стриммер казался слишком самодовольным. — Я могу помочь тебе ее вернуть.

— В этом нет необходимости, — ответил он.

Валорхенд сменила тактику:

— Кто навел тебя на обсерваторию?

— Фласк сказал, что на чердаке должна быть комната, и я проверил.

Валорхенд мысленно вернулась в прошлое. Фласк им обоим рассказал о том, что в поместье некогда жил ученый и что Сноркел осквернял его память, отдавая дом какому-то богатею ради собственной наживы. И лишь одну деталь он приберег только для Стриммера.

— Люди никогда не рассказывают всего, что знают, — с ухмылкой добавил Стриммер.

Его тупое самодовольство показалось Виксен отвратительным.

— Какой же ты самовлюбленный ублюдок, — сказала она.

Когда Валорхенд попыталась вернуться к работе, Стриммер дернул ее за пояс джинсов и привлек к себе.