Мешок с костями - Стивен Кинг

Я ожидал, что он снимет очки и примется протирать глаза. Ноон вернулся к своему автомобилю и, бросив в кабину кожаную папку, последовал заней. Я подождал, пока он уедет, и только потом прошел в гостиную и вскрылконверт. Внутри лежал один лист, от которого едва ощутимо пахло духами — темисамыми, которым отдавала предпочтение моя мать, когда я бы ребенком. Кажется,они назывались «Белые плечи». По верху шла надпись:

РОДЖЕТТ Д. УИТМОР

Ниже следовало письмо, написанное чуть дрожащей женскойрукой:

20.30

Дорогой мистер Нунен!

Макс хочет сообщить Вам, что он бесконечно рад встречи сВами! В этом я с ним полностью согласна. С таким веселым человеком, как Вы,заскучать просто невозможно. Мы в восторге от Ваших фортелей.

А теперь к делу. М, предлагает очень простую сделку: Выперестаете расспрашивать о нем и прекращаете подготовку к судебному процессу,обещая тем самым оставить его в покое; в свою очередь мистер Дивоуротказывается от судебного иска, цель которого — установление опеки над еговнучкой. Если Вас это устраивает, Вам надо только сказать мистеру Осгуду: «Ясогласен». Он сообщит нам о Вашем решении. Макс намерен в самое ближайшее времявернуться в Калифорнию на своем самолете. У него есть дело, хотя в Тэ-Эр емуочень понравилось, а особенно его порадовало общение с Вами. Он хочет, чтобы янапомнила Вам, что опека несет с собой определенные обязанности, и просит незабывать, что он Вам об этом говорил.

Роджетт.

P. S. Он также напоминает, что Вы не ответили на его вопрос— сосет ли Ваша шлюха? Макса это очень интересует.

Р.

Я перечитал письмо второй раз, потом третий. Уже вытянувруку, чтобы положить его на стол, я перечитал в четвертый. Казалось, я не могпонять смысла написанного. Пришлось подавить желание кинуться к телефону извонить Мэтти. Все кончено, Мэтти, сказал бы я. Твое увольнение и мое купание возере — два последних выстрела в этой войне. Он сдался.

Нет. Полной уверенности у меня еще не было.

Я позвонил в «Уэррингтон» и нарвался на четвертый за этотвечер автоответчик. Дивоур и Уитмор попусту пленку не тратили, и ледяной голоспредложил мне оставить сообщение после сигнала.

— Это Нунэн, — начал я. Более ничего сказать не успел,потому что раздался щелчок, словно кто-то снял трубку.

— Купание вам понравилось? — послышался в трубке насмешливыйголос Роджетт Уитмор. Если б я не видел ее во плоти, то мог бы представитьсебе, что говорит со мной женщина а-ля Барбара Стэнуик[105], холоднаякрасавица, сидящая на красном бархате дивана в перламутровом вечернем платье, струбкой в одной руке и мундштуком из слоновой кости в другой.

— Если б вы попались мне в руки, мисс Уитмор, я бы сумелвыразить вам мои истинные чувства.

— О-о-о! Мои бедра трепещут.

— Пожалуйста, избавьте меня от вида ваших бедер.

— Они похожи на палки, мистер Нунэн. Чем мы обязаныудовольствию слышать ваш голос?

— Я отправил мистера Осгуда без ответа.

— Макс так и думал. Он сказал: «Наш юный сутенер все ещеверит в важность личных контактов. По нему это сразу видно».

— Он злится, когда проигрывает, не так ли?

— Мистер Дивоур не проигрывает. — Она понизила голос идобродушный юмор, который слышался в нем, исчез. — Он может поставить передсобой другие цели, но он никогда не проигрывает. А проигравшим в этот вечервыглядели вы, Нунэн, когда, как щенок, барахтались в озере и что-то тявкали. Выиспугались, верно?

— Да. Очень.

— И правильно. Вы и представить себе не можете, какой вывезунчик.

— Могу я вам кое-что сказать?

— Разумеется, Майк… вы позволите так вас называть?

— Почему бы не вернуться к мистеру Нунэну? Так вы слушаете?

— Затаив дыхание.

— Ваш босс стар, он — безумец, и, подозреваю, он уже несможет сложить два и два, а уж довести до успешного завершения судебный иск обопеке ему просто не под силу. Он проиграл неделю тому назад.

— Нельзя ли конкретнее?

— Можно. И хорошенько запомните мои слова: если кто-то извас попытается провернуть что-то похожее, я не поленюсь найти этого старогокозла и запихну его кислородную маску ему в зад, чтобы он проветривал легкиеснизу. А если я увижу вас на Улице, мисс Уитмор, то использую вместо ядра. Выменя поняли?

Я замолчал, тяжело дыша, удивленный, что мог произнеститакой монолог.

Пауза затягивалась, и я не выдержал первым:

— Мисс Уитмор? Вы еще здесь?

— Здесь. — Я-то хотел, чтобы она пришла в ярость, но вголосе звучали насмешливые нотки. — Так кто у нас злится, мистер Нунэн?

— Я. Но советую не забывать моих слов, камнеметательницасраная!

— Каков ваш ответ мистеру Дивоуру?

— Я согласен. Я больше не задаю вопросов, адвокаты даютзадний ход, он уходит из жизни Мэтти и Киры. Если же он продолжает…

— Знаю, знаю, вы этого так не оставите. Интересно, что выбудете говорить через неделю, наглый глупец?

И прежде чем я успел ответить, а достойный ответ ужевертелся у меня на кончике языка, она бросила трубку.

Несколько секунд я постоял с трубкой в руке, потом положилее на рычаг. В чем подвох? Я чувствовал — это подвох, но, с другой стороны,может, и нет.

Я решил, что надо немедленно поставить в известность Джона.На автоответчике он не оставил телефона родителей, зато продиктовал его Мэтги.Однако, позвонив ей, придется рассказать о том, что произошло после нашегоразговора. Так что, возможно, лучше отложить эти разговоры на завтра. Утровечера мудренее.

Я сунул руку в карман и чуть не порезался о мясницкий нож,который сам же туда и положил. Вытащил его, отнес на кухню, убрал на законноеместо. Из другого кармана достал аэрозольный баллончик, поставил нахолодильник, рядом с его престарелыми собратьями, и замер. В кругу фруктов иовощей меня дожидалась надпись:

d

go

w

19n

Я сам поставил в круг эти буквы и цифры? Погрузился в такойглубокий транс, что начал составлять на передней панели холодильника кроссворд,не отдавая себе в этом отчета? Если так, что все это означает? Какие слова?