Господин барон - Михаил Дулепа

— У отца фирма по ремонту и настройке… с детства с приборами вожусь.

— Ага, я так и понял. И туристы тобой довольны, и старик управляющий, даже Исабель похвально отзывался. Вот и получается, что по большому счету у тебя есть все, что нужно для… для того, чтобы стать если не рыцарем, то достойным оруженосцем. Знания, исполнительность, надежность. Мечом вот, оказывается, владеешь. Тебе просто надо сделать последний шаг.

— Какой? — Он смотрел на меня словно готовясь тут же сделать этот самый шаг. Даже жалко было такой порыв оборвать.

— А я откуда знаю? Я могу показать тебе пути, выбирать придется самому.

Мы замолчали. Японец чертил что-то пальцем на колене, я все так же водил точилом по стали.

— Я виноват, господин.

— Ну что еще?

— В замке осада, а я в одиночку пользовался провизией, не делясь с другими.

— Так это ты сягдимирль подъел?

Он склонился в поклоне и не торопился выпрямиться. Вот же балбес, ну как ему нравится быть в чем-то виноватым! Еще захочет прямо тут харакири устроить, во искупление!

— Ладно, признаю твою вину. И приговариваю — все недоеденное съесть!

— Аа-а…

— Бэ. Все равно эту дрянь, похоже, способен есть только ты. Даже местные начали жаловаться, что туристы «экзотический деликатес» по городу разбрасывают, все провоняло. Тебе он в самом деле нравится?

— Очень похоже на то, что у нас дома делают.

— Ну да — тоже море, тоже много водорослей и ракушек и нет нормальной жратвы. Хватит переживать, у нас дел полно. Метнись к Эгги, проверь, что там с машинами. Утром надо будет кой-куда съездить, все должно быть готово. А потом все-таки встань с мечом у помоста.

— Хай! — Он еще раз переломился в поклоне и резко сорвался. Ох и пацан же, а ведь ему уже девятнадцать, вроде? Пацан и есть. Тараканы в голове крупные, им там вольготно, вот и заносит время от времени.

— Господин барон?

— Норман? Тоже решил в чем-то признаться?

— Что? А, нет, я просто хотел спросить…

Договорить он не успел. В тишине замкового двора, наполненного десятками терпеливо ждущих людей этот звук заставил всех замереть, хотя ничего такого страшного в нем не было. Просто треск и скрип расходящегося дерева. И сразу невольный вздох множества свидетелей, обернувшихся к эшафоту: Миллер стоял покачиваясь, а рядом с ним замерла в ужасе немолодая женщина, то ли дочь, то ли невестка, совершенно не готовая к такому повороту — старик, вцепившийся в петлю обеими руками, шарил одной ногой в воздухе, под второй рассыпался табурет, от которого с жуткой медлительностью откалывались куски.

Только что передо мной был проход к эшафоту и вдруг на пути оказалась масса бестолково дергающихся и не дающих пройти горожан, я мог только распихивать их, держа над головой саблю, и смотреть, как отваливается расколовшаяся пополам ножка табурета. Умнее всех оказался мэр — пока я примеривался, как запрыгнуть на эшафот и обрубить веревку не задев никого вокруг, сэр Эррайн шагнул к начавшему хрипеть осужденному и обхватив просто поднял его. Как на зло старик был не из легких, с годами набрав весомости, так что надо было что-то быстро придумывать. Подставить новую табуретку? Черт, проклятые законы и трижды проклятые условности, казнь нельзя прервать, не так надо…

— Умник, на колено рядом с ним!

Самый сообразительный из моих пажей кивнул уже в прыжке, упав рядом с терпеливо держащим старика рыцарем и схватив дергающуюся ногу потянул к себе. Миллер нашарил опору и со всей тяжестью тела надавил на подставленное колено, Элиль только зубами скрипнул, но терпел.

— Стоит! Держим!

— Дэн, рядом!

— Да, мой господин! — Техасец рухнул к ногам казнимого, силой схватив вторую ногу и поставив ее себе на колено. Миллер, все еще придерживаемый сэром Эррайном, осторожно покосился вниз и даже нашел в себе силы убрать одну руку от петли, вцепившись в плечо какого-то горожанина. Стоящая рядом женщина беспомощно рыдала, закрыв рот ладонью.

Я перевел дыхание, вытер взмокший лоб и посмотрел на небо. До рассвета далеко, но казнимый стоял более-менее прочно. Кто-то со злостью спихнул обломки табурета на землю и здоровяк Фиск жалко съежился, хоть ему никто ничего не говорил. Надо будет потом прописать воспитательных звиздюлей и успокоить, а то еще начнет себя винить.

— Эрдар, скотина! Почему не проверил инвентарь?

— Мой господин, я…

— Молчать! Две недели без винной порции!

— Да, господин барон. Я…

— Забыли, впредь такого не повторяй. Умник, Дэн, как вы?

— Нормально стоит. Еще кого-нибудь под руку ему?

— Алекс.

— Есть!

— Сэр Эррайн, составьте очередь смены, десять минут на человека. Отбор по росту и весу.

— Есть!

— Миллер, молитву, твою мать!

— Патер ностер… кви ест… ин целис…

Сэр Ульфрик зло терзал какую-то веточку. Ему нечем было заняться, беспорядка не наблюдалось, а встать у казнимого, с его воробьиной комплекцией, не получилось бы. Так, чем-бы его занять?

— Страже — очистить проходы к помосту, а то столпились как бараны!

— Есть! — Полицмейстер тут же облегченно засуетился, упорядочивая послушно расходящихся в стороны гравштайнцев.

Еще раз оглядев двор я вернулся в свое кресло, взял саблю, точило. Смотрите, добрые горожане, ваше начальство спокойно и занято делом, а значит все идет как надо. Даже если хочется вас пинками разогнать за идиотизм! Эх, славные, добрые люди, законопослушно по слову мерзавца отдавшие одного из своих соседей на казнь, что ж вы творите? Хотя что я вообще знаю о вас? Что вообще можно знать о другом человеке?

Вот мои пажи — кто они? Ну молодые, неглупые ребята. Прошли несложный отбор в соревнованиях, живут дружно, подшучивают над единственной девушкой в команде.

Почему я несколько раз замечал стоящего и смотрящего на двери кухни Сато? Его туда тянет исключительно когда я посылаю Марти отрабатывать метание. Значит, есть между ними что-то?

Умник, полноватый и постоянно нарочно подставляющийся под дурацкие ситуации — зачем он это делает?

Норман, старший из них, уже практикующий врач. Зачем ему «обучение на оруженосца»? Дэн и Роберт сдружились в последнее время, везде вместе, но за всю эту ночь словом не перекинулись — почему? Марти — отчего она такая? Не выветрившаяся подростковая дурь или что-то серьезное в прошлом? Эгельберт, вроде бы олицетворение здравого смысла — как он допустил эту идиотскую ситуацию?

Эгги, Фиск, Магда — постоянно рядом, постоянно на глазах, и все такие же, если задуматься, незнакомые как и месяц назад.

Была у меня знакомая, закинула ее судьба как-то на место кассирши в супермаркете, так она нашла себе развлечение — иногда «забывала» пробить какую-нибудь покупку, «даря» ее покупателю. Смысл игры был правильно угадать, кто именно вернет лишнее, а кто оставит себе, и удавалось ей это примерно раз из сотни. Ни внешность, ни возраст, ни ценность покупки не давали однозначного результата. Через два года она стала директором этого магазина, соответственно игра стала другой — угадать, кто из кассиров подобным занимается. Ну, тут, понятно, сюрпризов меньше. Хотя тоже случаются.