Защитник Донбасса - Валерий Николаевич Ковалев

class="p1">Оба замолчали, но в молчании не было неловкости. На море опускались сумерки, на дальнем мысе всплескивал лучом маяк. В связи с новосельем и приездом родни директор предоставил Найденову два дня отгулов. Их провели с толком. Посетили исторические места города, в том числе Генуэзскую крепость, и картинную галерею Айвазовского, совершили небольшой круиз на прогулочном теплоходе, вечерами купались и загорали на пляже.

Отдохнув неделю и тепло простившись, Зорины улетели в столицу. Ранним утром Максим отвез их в аэропорт. Дни потекли чередой. Максим погрузился в работу, Лика тоже.

В августе, как и обещал, приехал Бес с женой Олей, стройной симпатичной женщиной с грустными глазами, и семилетним сыном Димой. Встретили их в полдень с Генкой на вокзале.

— А Хазара почему нет? — поинтересовался Геннадий после дружеских объятий.

— Не смог, — развел Виктор руками. — Он сейчас в Алчевске на Луганщине. Восстанавливает с бригадой мартен.

— Жаль. Ну ладно, грузимся и вперед, — взял одну из сумок Генка.

Направились к стоявшему у вокзала «ягуару». Сумки поставили в багажник, уселись в салон, автомобиль вырулил с территории.

— Ну, как добрались? — обернулся назад Максим.

— Отлично, — улыбнулся Виктор. — Кстати, проезжали Крымский мост.

— И как вам? — включил поворотник Генка.

— Чудо, — сказала Оля, а Дима добавил:

— Великанский. Как в книжке про Гулливера. Взрослые рассмеялись. Миновав центр, въехали во двор дома Найденовых. Была суббота, гостей встретили Лика с сынишкой и его четвероногий друг. Перезнакомились во дворе, все вместе прошли в коттедж. Там гости умылись с дороги, а потом достали из сумок и вручили хозяевам подарок — два объемистых бумажных свертка. Первый с салом, второй с домашней колбасой.

— Ой, зачем так много! — всплеснула руками Лика.

— Сала много не бывает, — развернув сверток с салом, нюхнул Генка. — Да еще такого. С прорезью и подкопченного на ржаной соломе.

— Чувствуется знаток, — шутливо толкнул его в бок Виктор.

— У ополченцев научился, — хитро подмигнул друг.

Вскоре все сидели на террасе за накрытым столом. Мужчины выпили за встречу по рюмке водки, женщины сухого шардоне, ребятишкам налили апельсинового сока. Подкрепились окрошкой, котлетами из телятины с молодым картофелем, отведали привезенных сала и колбасы. На десерт была клубника со сливками, в завершение к обеду Лика заварила зеленый чай.

Пообедав и захватив купальные принадлежности, отправились пешком на ближайший городской пляж, находившийся через две улицы. Под цветными тентами, на шезлонгах, а то и просто песке загорали отдыхающие. На мелководье в теплой воде резвилась и визжала малышня, взрослые покачивались дальше на голубых волнах. Вдали проплывал белый теплоход, в небе висели два воздушных шара с корзинами.

Отыскав свободный тент, расстелили под ним два пледа и переоделись в кабинках рядом. Первыми, радостно вопя, замелькали пятками к шуршащей пене мальчишки, Айк побежал за ними. Мамы направились следом. Их обогнал Виктор, забежав по колено в воду, нырнул вперед головой. Появился метрах в двадцати впереди, замахал саженками к буям.

Генка с Максимом, оставшись под тентом, закурили.

— А жена у Беса ничего, симпатичная, — выдул Генка вверх струйку дыма.

— Симпатичная, — согласился Максим. — Только грустная.

— А чего веселиться? У них в Донбассе война.

— Это да. Я вот не понимаю, почему до сих пор Россия его не присоединила, как Крым?

— Я тоже.

Оба замолчали, повздыхали, размышляя о превратностях политики…

Блестя каплями на мускулистом торсе, подошел Виктор, уселся рядом с приятелями.

— Водичка класс! Почему не купаемся?

— Обрыдло, как икра в «Белом солнце пустыни», — сморщил нос Генка.

Мужики заржали.

— Так ты, значит, уже капитан? — взглянул на Бессонова Максим.

— Ну да. — Отряхнув с ног песок, Бес растянулся рядом. — Командую в «Спарте» ДРГ.

— Как платят?

— Больше, чем прежде, и регулярно. Так что жить можно.

— Папа, папа! — донеслось от воды. — Смотри, как Айк плавает!

Щенок, смешно молотя лапами, резво двигался вдоль берега по воде.

— Сколько ему? — спросил Виктор Максима.

— Три месяца.

— Башковитый.

— У него родословная будь здоров. А папаша призер ряда выставок.

Накупавшись, женщины и детишки с Айком вернулись к тенту.

— Как водичка? — поинтересовался Максим.

— Во! — поднял большой палец Дима. — На все сто.

На пляже пробыли до вечера, вдоволь накупавшись и позагорав. Еще прогуляли ребятишек на верблюде, которого водил у кромки воды смуглый абориген, угостились мороженым в летнем кафе и покатались на «банане».

Когда же раскаленный шар солнца наполовину утонул в море, оделись. Прихватив вещи, вышли на набережную. Там звучала музыка, вдоль многочисленных магазинов, кафе и ресторанов, в тени деревьев гуляла публика. С набережной свернули на знакомую улицу, вскоре были дома.

Женщины занялись приготовлением салата из южных помидоров, пацаны с Айком убежали в сад. Максим же достал из холодильника кастрюлю с замоченным в маринаде шашлыком и вместе с друзьями отправился в палисадник. Там, у беседки, их ждал мангал, рядом вязанка сухих виноградных лоз. В развилке раскидистого ореха блестела связка шампуров.

— А не проще на древесном угле? — кивнул Виктор на вязанку.

— Не, командир, — повертел шеей Генка. — Лоза дает особый аромат и вкус. Оценишь.

Пока хозяин отлучился в гараж, Гена быстро разжег мангал и вместе с гостем принялся нанизывать на шампуры куски мяса.

— Баранина?

— Ага. Утром взяли на рынке у знакомого лезгина.

— Во, — вернувшись назад, поставил на стол оплетенную бутыль Максим. — Херес с нашего завода. Есть еще бочка муската, бывший хозяин подарил.

— Ну а как там у вас дела в Донбассе? — разложил Генка над малиновыми углями шашлыки. — По ящику показывают мало.

— Да что могу сказать? — уселся на скамейку Виктор. — Сидим, можно сказать, в блокаде. Укропы регулярно обстреливают из орудий с минометами. Как и прежде, отвечаем стрелковым.

— М-да, — переглянулись друзья. — Маразм крепчает.

— А предприятия как, работают? — присел рядом Найденов.

— Работают. Часть металлургических заводов, коксохимы, обогатительные фабрики и несколько шахт. Как у нас, так и в ЛНР. Только с зарплатой непонятки.

— В смысле?

— Продукция исправно отгружается, а с зарплатой регулярные перебои. Бывают месяцами.

— И что народ? — перевернул Генка начинавшее покрываться золотистой корочкой мясо.

— Задали вопрос местной власти: почему так? Вразумительного ответа не получили. Однако выяснилось: всеми этими предприятиями управляет некая российская компания «Внешторгсервис». Хозяин — сбежавший из Киева в Москву после майдана украинский олигарх. Пошли дальше, обратились в Кремль. Задолженности стали погашать, а эту суку убрали. Теперь вроде назначают другого. И еще. Стало возвращаться ранее переметнувшееся на ту сторону начальство. И получать должности в администрациях, судах, милиции и прокуратуре.

— Да, чудны твои дела, Господи, — переглянулись крымчане.

— Мальчики! У нас все готово, — появилась на крыльце Лика.

— У нас тоже! — откликнулся Генка. — Можно начинать.

Вскоре на застеленном клеенкой столе появились