Вашингтонский узел. Время испытаний - Александр Афанасьев

Короче говоря, я тогда ещё хоть немного – но верил.

Позвонил по старым знакомствам – и в Белом доме меня ознакомили с графиком советника, хотя могли этого и не делать. Я вылетел в Бухарест, чтобы поймать его там.

Бреннан прилетел гражданским, а не военным рейсом, вместе с ним было всего несколько человек, как я понял, поездка не афишировалась. Я был в аэропорту и постарался попасться на глаза… Бреннан меня заметил и явно был удивлён, но вида не подал. Он прошёл к машине, я остался ждать, пока ко мне подойдут.

И ко мне подошли.

– Сэр, вы искали мистера Бреннана?

– Верно.

– У вас есть удостоверение личности?

Я достал старый пропуск в Лэнгли. Агент группы дипломатической безопасности изучил, хмыкнул.

– Прошу за мной, сэр.

* * *

Бухарест – этот город в промежутке между войнами называли «маленький Париж» и если честно – было за что. Архитектура здесь была монументальной, а диктатор Николае Чаушеску лишь добавил монументальности, построив крупнейшее административное сооружение мира. Оно и сейчас было на первом месте, на втором – Пентагон. Но Бухарест был хорош и без него – старые здания, древняя история Европы… точнее, её блудных сынов. Это была единственная страна в мире, где офицеры британской разведки во время второй мировой церемонно раскланивались с офицерами СС, а ясноглазые дочери местных дворян затаскивали в постели и тех, и других.

Бреннан назначил встречу вечером, в одном из отелей, напоминавшем о тех временах. Идя по коридорам, я подумал, что не так уж они и были плохи. Всё, по крайней мере, имело смысл. А не два смысла, три или больше.

Бреннан уже был в номере. Высокий, крупный – он смешивал напитки в баре. Галстука на нем не было, рукава рубашки закатаны до локтей. Из многих тех, кто сейчас был у власти в стране – Бреннан был одним из тех немногих, кто умел не только языком чесать…

– Виски здесь дрянной, – сообщил он, – контрабанда, кажется. А вот сигареты хорошие. Турецкий табак. Ты куришь?

– Нет, сэр.

– И напрасно. Как говорил один мудрец – человеку без недостатков нельзя доверять. Но как я помню, у тебя есть один?

– Верно, сэр. Я строго придерживаюсь диеты.

– И за словом в карман ты тоже не лезешь. Что происходит? Ты где сейчас?

– Временный глава станции в Каире.

Бреннан удивился

– Ничего себе. Это после Белого дома? Что ты натворил?

На самом деле – это мистер И, мой новый друг из ФБР намекнул мне, что надо уехать. И не просто намекнул. У Конгресса США дошли руки до расходования средств в Ираке, началось парламентское расследование. Парламент Великобритании своё уже завершил – оно показало, что из двадцати пять миллиардов, выделенных на ту войну по различным статьям – на двенадцать нет вообще никаких подтверждающих документов – банальных расписок и тех нет. То есть половина средств пропала в неизвестном направлении. У нас вряд ли было лучше – только средств было выделено в 20-30 раз больше. Следствие вели бывшие сотрудники ФБР, работавшие на Конгресс; вот мистер И и узнал от них кое-что…

– Решил что мне место на передовой, сэр.

– Да. Круто мы вляпались.

– Верно, сэр.

Бреннан смешал себе напиток.

– Что там происходит? Я имею в виду в Каире?

Я пожал плечами

– Все то же самое. Только в квадрате. В Каире проживает 20 миллионов человек – это минимум. То есть три Багдада. Оружие через ливийскую и суданскую границу идёт сплошным потоком. В Судане его вообще делают, и продают всем, кто может заплатить. Итак, 20 миллионов. Из них, по крайней мере, у пяти нет работы. По крайней мере, два хоть завтра возьмут автоматы и пойдут убивать неверных – только дай сигнал. Ну и второй секретарь посольства, она же дочь приближённого миссис Клинтон. Она считает, что это милые и добрые люди, просто им в прошлом не хватало свободы. Но стоит только им её дать – и они научатся ею пользоваться и признают права ЛГБТ-сообщества, будут заботиться об экологии…

– Хватит!

– И конечно они будут благодарны США за подаренную им свободу.

– Я сказал, хватит!

– Как ливийцы благодарны. У меня всё, сэр.

Бреннан тяжело посмотрел на меня

– Демократию легко пинать, сынок.

– Да уж, пнуть под задницу нашего госсекретаря посложнее

– Хватит. Или вылетишь отсюда. Мы – два американца на чужбине, но всё имеет свои, чёрт возьми, пределы.

– Да, сэр.

Бреннан пошёл к бару. Налил себе чистого.

– Что предлагаешь? Кстати, как зовут ту дамочку?

– Гарретт.

– Не слышал. Хорошо, конкретно. Ты ведь не просто так приехал?

– Восстановление статус-кво, сэр. Пока не поздно.

– То есть?

– Армия должна взять власть.

Бреннан поставил стакан с виски.

– Ты понимаешь, что ты говоришь?

– Вполне.

…

– Армия всегда держала эту страну. Если она не справится – придётся нашей. 20 миллионов, сэр.

…

– У нас просто не хватит мешков для трупов. Я не очерняю.

– Это невозможно.

– Почему?

– Это пройдённый этап.

– Пока нет. Всё ещё можно исправить.

– Черт возьми, мы не можем поддержать диктатора!

– Не надо поддерживать. Надо просто не мешать.

…

– Промолчать – в кой-то веки раз, сэр.

– Нужна целая армия.

Бреннан так ничего и не понял… я тоже не понял – я только потом начал понимать. Проклятье сверхдерждавности. С какого-то момента мы начали думать, что все, что происходит в мире – нас касается. Убей не могу понять – почему.

А ещё мы начали думать, что можем всё исправить. Хотя чаще всего востребовано другое – просто не мешать. И вот это-то мы можем.

– Я же говорю… у меня есть армия, сэр!

Бреннан тяжело посмотрел на меня.

– Какая?

– Египетская!

…

– Сэр, мы 30 лет платили жалование этим людям^[30]! Пусть они хотя бы немного отработают его!

Бреннан молчал

– Сэр, всё, что мне нужно, – это чтобы Госдеп заткнулся в тряпочку, когда местные военные начнут действовать!

…