Время одуванчиков - Александр Афанасьев

Вот так мы стояли, потом начали нас дергать по одному к дознавателю. Их было трое. Адвокатов не было – какие адвокаты.

Завели и меня. Серый от усталости и недосыпа мент – подсунул уже готовый протокол.

– С моих слов записано верно, мною прочитано… ну ты в курсе.

А у меня – было самоуважение. Понимаете, у бандитов оно тоже бывает, не у всех, но есть. Если бы они поступили по закону, как положено, провели бы допрос, я бы не встал на дыбы. Но этот оборзевший мусорюга – он меня не считал человеком и ему накласть было на закон, который был для него таким же обязательным, как для меня. Точнее должен был быть.

Я не подписал.

– Ты че?

Я молчал. Звонка не было – он застучал по столу, явились конвоиры.

– Этот не подписывает…

Схватили меня, повели на первый этаж. Там – со мной встретился какой-то невысокий, мне по грудь, усатый офицер в форме «Серый волк» и там были еще ОМОНовцы.

Офицер этот, ни слова не говоря, съездил мне по зубам, просто для знакомства – но это он сделал зря, потому что ноги то у меня были свободны. И я пнул его со всей злобой и силой, на какую был способен. А еще рванул руку в наручах – не вырвусь, конечно, но конвоиру ох как больно будет…

И еще одного ОМОНовца я успел ударить. Пока они все на меня не навалились и не начали бить ногами и дубьем…

***

Пришел в себя я в машине. Но не в скорой, а как раз в машине дяди Степы Маркова, припаркованной рядом с РУБОПом.

Там был дядя Степа…

– Сань… ты чего, Сань…

Он для лечения дал мне глотнуть из фляги. Я глотнул… стало легче, но немного.

– Ты как?

– Местами…

Практически всеми

– Ты зачем офицера ударил? Там все договорено было. Протоколы выкупали

– Так…

…

– Хамил он мне.

Тут меня начало рвать, и дядя Степа понял, что все серьезнее чем, кажется…

***

Как я потом узнал – офицер РУБОПа, которого зарядили, узнав, что внизу кого-то пинают, в панике побежал вниз. Увидел, что меня в мясо запинывают озверевшие ОМОНовцы, он попытался прекратить, заорал, что я вообще человек Маркова (как только не услышали). Василенко – обезумевший от злобы врезал и ему, прибежали еще РУБОПовцы, один из них с автоматом и наставил автомат на бойцов ОМОНа, передернув затвор. Второй побежал Маркову звонить. Еще бы немного – и РУБОП перестрелялся бы с ОМОНом, что было бы ЧП федерального уровня.

Война и немцы…

***

А через пару дней – ко мне в больничку проведать пришли бычки, но не наши – а как раз спортсмены. Я грешным делом подумал, они меня добивать пришли, но они смотрели на меня с явным уважением, а один – неловко поставил у кровати здоровенный сумарь с фруктами.

– От коллектива, короче – сказал он – пацаны скинулись…

…

– Черномор интересуется, это ты Василенко по яйцам съездил?

– Василенко это кто?

– Низкий, с усиками. Глаза у него голубые…

– А. Ну… было дело.

– Молоток, братан. Мы видели, он там загибался. Эту с…у давно надо было отоварить, как следует. Черномор велел передать… знаешь, точку такую – Севернее сияние.

– Знаю.

– Приходи, он тебе стол накроет. От нас тоже уважуха, братан. Эту с..у вмочить пора, лютый гад, никаких краев не видит. И к себе такого же зверья набрал.

Про Василенко я тогда только краем слышал.

– Это и есть командир ОМОН?

– Он, братан. Говорят, у него с Афгана кукуха улетела.

…

– Короче, выздоравливай, братан

***

Сорванная ОМОНом разборка – тем не менее сподвигла на переговоры, а наше правильное поведение (на вид), и тот факт, что я сумел съездить по яйцам командиру ОМОН – заставило того же Черномора уважать нас. Достигли договоренности о том, что мы платим в профсоюз как все – а в обмен все признают нас равными и наши точки.

Так мы из просто коллектива – превратились в одну из ведущих ОПГ города…

***

Что мог сделать в отместку полковник Василенко – я не знаю. И так и не узнал.

Планка у полковника вскоре рухнула окончательно и случилась страшная трагедия. В один прекрасный вечер – полковник в штатском приехал к своей квартире. За день до этого жена пожаловалась, что кто-то ли петарды взрывал во дворе, то ли камни кидал – и вроде как ребенка разбудил. Полковник увидел на лавочке пятерых пацанов и подошел к ним, чтобы выяснить отношения. Пацаны были – самому старшему пятнадцать, самому младшему – девять.

Видимо, пацаны были слишком умными, отвечали нагло – так что у полковника окончательно улетели гуси. Выхватив пистолет, он приказал пацанам сесть в служебный УАЗ и повез их на базу ОМОН. На базе он завел их в спортзал и начал избивать и пытать их, выясняя, кто взрывал петарды и кидал камни. Один из пацанов от побоев скончался. Поняв, что терять нечего, полковник остальных расстрелял.

Что произошло дальше – показания разнятся. По официальной версии он пошел в свой кабинет и там покончил с собой. По неофициальной – дежурный видел, кого привез полковник, но так как боялся с ним связываться – начал обзванивать офицеров. Прибыли офицеры. Когда они увидели, что случилось – то отвели полковника в кабинет и застрелили, а пистолет вложили в руку. Что из этого правда – я не знаю…

На похороны пацанов – собрали ментов со всей области. Ждали штурма здания МВД или базы ОМОН. Но не случилось ни того ни другого.

Пацанов просто закопали в землю и разошлись по домам под робким, ноябрьским снежком…

15 мая 2021 года. Белогорск, Россия

До города я приказал гнать на полной.

С..а!

С..а…

Я не знаю. Просто не знаю. Не знаю, как с этим быть, как теперь с этим жить.

Я только потом подумал, что если московским надо было бы уголовное дело на меня состряпать – то им и стряпать то ничего не пришлось. Реальное дело – убийство бывшей жены. От двенадцати до пожизненного.

Зашибись!

Не помню, как мы подъехали к дому. Не помню, как я поднимался по лестнице, как я звонил в дверь, как дверь открылась. Все было как в тумане.

– Иди-ка сюда, с..а.

Я вдруг