Абсолютное зло - Александр Мазин

– Будет стрельба? – спросил Николай.

Он трусил. Но то, что его взяли с собой, приятно грело самолюбие: он, Николай Пархисенко, не просто уже допущен в высший Круг безголосым служкой, а сидит среди них, как полноправный жрец.

– Может, и постреляют,– равнодушно уронил с переднего сиденья Мучников.– Мы им вправим грыжу. Быдло! Решили, что могут нас пользовать!

– Меньше эмоций,– заметил Дефер. И обратился к Николаю: – По существу, Сворд прав. Мы – единственная настоящая сила в этом мире. Мы можем использовать все и всех. Но нас не использует никто. Ave, satanas!

– Ave satanas! – негромко, но дружно отозвались сидевшие в машине.

– А если они начнут стрелять? – Николай в последнее время начал сомневаться в инфернальной поддержке. Машинально он пощупал подбородок, то место, куда пришелся кулак Матвеева. Больно, однако.

– А эти на что? – Жрец мотнул головой назад, в сторону микроавтобуса.

– Но у них тоже есть бойцы!

– Стрелки,– поправил Сворд.

– Ну, стрелки, какая разница?

Николай подумал о завернутом в тряпку ноже, который он, выходя из дома, приклеил лейкопластырем к ноге. Толку от него – против настоящего оружия…

– Ахур, мотель справа видишь? – спросил Дефер.– После него до перекрестка и налево. Не ссы, Шаман! Если б надо было, за нами бы танк ехал.

– Или вертолет огневой поддержки,– вставил Мучников.

– У нас есть и кое-что покруче… – Дефер разжал кулак. На ладони его стоял самолетик с ноготь мизинца, но совсем как настоящий. Самолетик тронулся с места, Николай услышал тоненький свист, крохотные сопла, развернутые вниз, выпустили синие гвоздики пламени. Там, где они упирались в руку, кожа покраснела, начал вздуваться пузырь… Самолетик оторвался от ладони… И Дефер снова сжал пальцы.

Когда он снова разжал кулак, самолетика на ладони уже не было. И ожога тоже.

Машина свернула и выкатилась на проселок. Мощные рессоры скрадывали неровности грунтовой дороги. По обе стороны зеленели поля. За ними громоздились какие-то постройки. Свинарники, наверное…

– Уже прибыли,– сказал Сворд.

Впереди на дороге рядком стояли три джипа. Четвертый в ряду не поместился и съехал на поле.

Ахур резко затормозил, подал вправо. Микроавтобус обогнал их и развернулся поперек дороги. Из него высыпало с полдюжины коренастых ребят: кто – с ружьем, кто – с автоматом. Из джипов сразу полезли чужие. В таком же прикиде, брониках, с таким же оружием, которое они держали точно так же, как приехавшие с сатанистами. Николаю показалось, что они сейчас перемешаются между собой и уже не разберешь: кто за кого.

– Пойдем, наш выход,– сказал Дефер и сопя полез из машины. Николай выбрался следом за ним. Воздух пропитался запахом разогретой земли. В поле трещали кузнечики.

После кондиционированной атмосферы салона жара казалась еще сильнее. Николай моментально взмок.

Дефер вразвалочку двинулся к джипам. За ним – Ахур. Николай обернулся: Сворд остался в машине, пересел за руль. Он махнул Николаю рукой – иди, мол.

Трое сатанистов вышли вперед. Николай стоял за спиной Дефера, а за его собственной спиной возвышался огромный, как бизон, автоматчик.

С противоположной стороны вышли двое. Один – еще толще Дефера, другой, наоборот, тощий. Рожа – как морда щуки.

– Грины привез? – не здоровясь, бросил жирный.

– Мы тебе ничего не должны,– негромко произнес Дефер.

От него исходила такая аура силы, что Николая затрясло.

Но жирному – по фигу.

– Не должны?! – прохрипел он яростно.– Ты, фуфло позорное, хоть знаешь, под кого нас подставил?

– Меня это не интересует, Труба! – отрезал Дефер.– Заказ не выполнен. Аванс надо вернуть. И еще столько же. Своим непрофессионализмом вы нас серьезно подвели. Пусть это будет вам уроком на будущее.

– Чем? – У Трубы даже голос сел от удивления и ярости.– Ты, пидор гнойный, нас под «тобольских» подставил, понял?

– За базар ответишь,– отрывисто бросил Ахур.

– Я? Я?! – Труба стал цветом похож на спелый гранат.

– Именно,– кивнул Дефер.– Нас не интересуют ваши бандитские разборки. Нас интересует качество выполнения заказа.

Труба оглянулся на своего спутника: что происходит, может, это слух его обманывает, или это кино снимают американское?

– Они не въехали,– сказал похожий на щуку.– Они еще не въехали, как попали. Может, им повезло, и они не слыхали про «тобольских»?

– Это вашим тобольским повезло, что они не слыхали о нас,– усмехнулся Ахур.– А, Дефер?

– Именно. Бандит уважает вора, потому что может попасть в тюрьму. А может и не попасть. А вот к нашему Господину он попадет точно.

– Куда-куда? – в очередной раз удивился Труба.

Этот Дефер вроде и по-русски говорит, а как будто по-иностранному. Ни хрена не понятно, куда загибает.

– В ад,– услужливо подсказал Ахур.– Там малость покруче, чем на зоне, может, слыхал?

– Все! – рявкнул Труба.– Кончай фуфло гнать, понял? Давай бабки или считай – тебя уже нет!

Дефер поднял руку, раскрытую ладонь, покачал ею в воздухе. Труба, как завороженный следил за красным пятном, проступившим в центре этой ладони, затем натолкнулся на взгляд сатаниста – и лицо Трубы как-то обмякло.

– Мы тебе ничего не должны,– разборчиво произнес Дефер.– Повтори.

– Вы мне ничего не должны,– блеклым голосом повторил Труба.

И тут Николай услышал странный шлепок. Труба схватился за ногу и осел на землю.

– Э? Что? – Дефер оглянулся.

Николай увидел его растерянное лицо, и тут похожий на щуку партнер Трубы выхватил пистолет и принялся всаживать пули в объемистое туловище жреца.

Первая пуля попала в плечо и развернула Дефера. Вторая угодила в спину и швырнула жреца на Николая. Тот отлетел назад – автоматчик каким-то невероятным образом успел отскочить,– опрокинулся навзничь, а Дефер девятипудовой тушей навалился сверху…

– А-а… – выдохнул жрец, неожиданно впился в пересохшие губы Николая страстным поцелуем, дернулся еще дважды (Веня Кубанский продолжал стрелять в лежащего, пока его самого не срезала очередь), затрясся, выдохнул в последний раз прямо в рот Николая и отбыл к своему покровителю.

А воздух уже с визгом кроили автоматные очереди.

Николай, отчаянно извиваясь, выкрутился из-под тяжеленного трупа, нырнул под днище микроавтобуса, успев увидеть Ахура, пускавшего кровавые пузыри. Посыпалось разбитое стекло. Лопнула граната – над головой завизжали осколки, калеча стенки микроавтобуса.

«Беги!» – шепнул внутренний голос.

Николай вынырнул с другой стороны микроавтобуса, проскочив между расставленных ног автоматчика,– тот даже не заметил – и кинулся по дороге к разворачивающемуся «мерседесу». У самого уха взвыла пуля. Николай распахнул дверцу, вцепился в нее, повис – машина уже рванулась с места, удержался и ввалился на заднее сиденье.