Время одуванчиков - Александр Афанасьев

…

– У Ларина на квартире находят пистолет, из которого убили Тихомирова.

Терещенко посмотрел на меня поверх очков.

– Александр Иванович. Вы сами-то в это верите? Киллер первым делом сбрасывает оружие. Любой дурак первым делом сбрасывает оружие, из которого совершено убийство – а не хранит его дома. Дело белыми нитками шито.

Я покачал головой.

– Не согласны?

– Я никак не пойму. Вы от меня сейчас – чего хотите?

Терещенко какое-то время молчал. Потом спросил:

– Вам справка нужна?

– Обойдусь.

– Давайте пропуск.

Он поставил время, расписался.

– Можете идти.

– Премного благодарен.

У двери он меня остановил:

– Александр Иванович!

Я обернулся.

– Банк Авангард обанкротился в прошлом году. Через него ушли в неизвестном направлении огромные деньги. Как думаете, связано это с появлением Ларина на свободе?

– Я ничего не думаю, – отрезал я и закрыл дверь.

Далекое прошлое. 1997 год. Минск, Беларусь

В девяносто седьмом мы окончательно вышли на знаковый уровень, стали одними из держателей области. В отличие от многих – мы ориентировались не только на расположенную под боком Москву – но и на Питер, где тогда творилось совсем невообразимое.

Ночным королем города был Юрий Шутов, депутат Законодательного собрания. Об этом человеке можно не одну книгу написать. Мать – офицер СМЕРШа, фронтовичка, сам Шутов – какое-то время работал в институте, потом был обвинен в поджоге кабинета в Смольном (?!), сел, вышел, каким-то образом ему удалось выехать в Германию, потом он вернулся. В «Огоньке» его назвали «героем перестройки», он сумел стать помощником Анатолия Собчака, первого мэра города. Кстати, когда говорят, что вот, Собчак набрал себе в помощники бандитов, никто не хочет спросить с журналистов – а что же вы этих бандитов героями Перестройки-то называли? А?

Впрочем, такова вся наша интеллигенция. Ей свойственно удивительное умение забывать свои кидки и кувырки перед каждым следующим…

В городе к тому времени были три основные силы – Тамбовские, Малышевские, группировка Шутова. Последний – был депутатом законодательного собрания города, и одновременно с этим – лидером мафиозной структуры. В подручных у него были самые разные люди… Вообще, в те времена в Питере хватало людей, которые вынужденно выселились из Прибалтики. Это были в основном бывшие военные и менты, которые ничего не умели делать, кроме как служить, – а службы не было. Например, был такой Айрат Гимранов – афганец, орденоносец, служил в разведроте – а стал киллером. И таких были десятки, если не сотни.

Но что касается Шутова – это далеко не всё. Шутов был патриотом своей страны, не просто бандитом, который где лег спать – там и родина. Около него всегда были люди, которые были за единую и неделимую, за великую Россию в прежних границах, он их поддерживал, давал денег. Есть один известный на всю Россию тележурналист, так вот, это он сейчас против Путина, рассказывает про его связи с бандитами – и думает, никто не помнит, как он у Шутова деньги брал, и за что он их брал. Впрочем, это – типичная для русского интеллигента крысиная забывчивость.

Так вот, в то время многое зависело от экспорта. Девяносто седьмой – самый мрак, тогда нефть стоила десять долларов. Многое зависело от того, кто сидит на экспортных потоках, через кого они идут. Питерский порт (Усть-Луги тогда не было, до Мурманска далеко, и мощностей там нет) был полностью под контролем мафиозных группировок – и он прямо конкурировал с портами Прибалтики. Это было то же самое, наши порты, мы их строили, русские люди отнимали от себя – но строили – а потом оно всё разом стало независимым. Но вы же понимаете – если бы прибалты просто сказали – «это моё», то сосали бы хрен, простите. На прибалтийских портах сидела одна из самых сильных в России – казанская организация. По силе она не уступала питерским – и рано или поздно конфликт из-за экспортных потоков должен был кончиться плохо.

Чтобы вы понимали, что такое была тогда казанская организация. Они появились немного из иной среды, не так как питерские или московские. В начале 80-ых стал фиксироваться «казанский феномен» – когда подростковая преступность по темпам роста намного опережала взрослую. В городе не было на тот момент сильной воровской организации, но появилось несколько сильных, талантливых молодых лидеров, объединивших молодежь. Идеи особо никакой не было – просто поначалу махались между районами. Махач был непривычно жестким – до трупов. Чтобы не проиграть в междоусобной войне, членство в группировках стало для пацанов подходящего возраста того или иного района обязательным – если нет, тебя будут бить и унижать свои же. Ну и из района не выйдешь. Так получилось, что в городе появилось несколько подростковых группировок по нескольку сот человек в каждой. И самой сильной – была Хади-Такташ. Группировка, названная в честь улицы, где она появилась. В ней уже тогда было под тысячу человек.

Типичный группировщик того времени – дешёвая куртейка, надвинутая на глаза шапка, резиновые сапоги в любое время года. Идешь ты вечером по улице – навстречу три-четыре таких рыла – на тебе в табло! И мало того что сумку отберут, часы снимут– еще и запинают. До смерти или нет – им пофиг. Просто в Казани на извечную дилемму бить или не бить, всегда отвечали – бить.

Обычно группировщики как-то начинали жить иначе после армии. Это было как бы негласное правило – после армии все остепенялись, отходили от движения, обзаводились семьями. Но не в этот раз. От армии стали косить, плюс – появились кооператоры, которых можно было доить. Группировки обрели денежный смысл существования – до того они, как партии, существовали только на членские взносы. Пять рублей с рыла в неделю. Нет – отними у одноклассников. Но тут – пятьдесят платит торгаш за крышу. В день.

К этому прибавьте Набережные Челны – там мрак был еще мрачнее. Там проблема была в том, что весь город был примерно одного возраста. Комсомольская стройка, все приехали, переженились, пошли дети. Как раз в начале девяностых – первое поколение детей, родившееся в Набчелнах – вступало в жизнь…

Плюс – в Татарии начались совсем нездоровые движения. Появился ТОЦ – Татарский общественный центр. Приняли свою конституцию, выбрали президента Татарстана. Понятно, что Шаймиев оказался куда умнее Дудаева и до войны дело доводить не