Ритуал возмездия - Александр Тамоников

— Примешь, Гриша, когда тебя коснется!

Граната больше не представляла опасности, и майор положил ее в карман. Дмитрий достал шприц-тюбик, сделал Джуме укол, нейтрализующий действие газа, проговорил:

— Ну вот, кажется, и все! Препарат не даст этому гандону загнуться раньше времени. Выбивай, Гриша, окна в купе и напротив, в проходе! Надо, чтобы газ быстрее вытянуло из вагона.

Капитан выполнил приказ.

Горелов снял бесчувственного Джуму с верхней полки, положил на нижнюю. Внимательно осмотрел форму. Бандит вполне мог закрепить на себе взрывчатку. Нужен специалист.

— Гриша, у тебя в группе предусмотрен сапер?

— Конечно! Лейтенант Галушко.

— Давай сюда своего Галушко.

Тут же по вызову прибыл офицер:

— Лейтенант Галушко! – представился он.

— Давай, лейтенант, осмотри этого джигита и его сумку на предмет минирования.

Сапер принялся за работу.

Горелов обратился к Григорьеву:

— Капитан, посмотри, что там на газоанализаторе? Как дела с концентрацией «Удара»?

Григорьев достал небольшой прибор, включил его, прошел в купе, затем обошел весь вагон. Выключил аппарат, доложил:

— В купе газа нет, в коридоре у дверей в тамбур чуть выше нормы. Концентрация для организма человека безопасная.

Через двадцать минут вышел лейтенант:

— Товарищи офицеры, объект от взрывчатых веществ чист!

— Сумка?

— Сумка тоже.

— Это точно?

— Ну, если в ней, где-нибудь в потайных карманах, этот боевик не держит пару-тройку голодных кобр. В остальном объект в совокупности с багажом опасности не представляет.

— Хорошо! Гриш, спеленай Бандита, он скоро в себя начнет приходить.

— Понял, выполняю!

— Пасть ему заклей, чтобы воем своим людей не испугал.

— Сделаем.

Подошел начальник поезда. Он с сожалением посмотрел на разбитые окна. Горелов успокоил его:

— Ущерб вам будет возмещен, Виктор Семенович! Что у нас с остановкой поезда?

— Через пятнадцать километров будет площадка выгрузки и погрузки техники одной из войсковых частей. Диспетчер переведет нас на путь к этой площадке, там и сделаем остановку. Один вопрос: как долго она продлится?

— Минуту, от силы две! Группа захвата с преступником покинет поезд, и можете продолжать движение.

— Ну, это еще ничего. Из графика не выбьемся. Сейчас у нас с этим строго!

— Хорошо, что хоть где-то и с чем-то сейчас строго.

— Это точно! Но и вы работаете виртуозно! Впервые стал свидетелем акции захвата вооруженного террориста, и позвольте выразить вам свое восхищение…

— Дай вам бог больше таковым не быть!

— Да…

— Извините, мне нужно закончить работу, Виктор Семенович.

— Один вопрос можно?

— Ну что с вами поделаешь? Давайте.

— А вот эти полога, они для чего?

— Чтобы укрыться от пуль или осколков. Ткань этих пологов специальная, пуленепробиваемая. Больше не будет вопросов?

— Нет. Я все понял и посему удаляюсь.

Горелов достал карту, посмотрел, где обозначена войсковая грузовая платформа. Вызвал на связь капитана Борзова:

— Гена, ты слышишь меня?

— Не только слышу, но еще и вижу, правда, последний, уходящий вагон.

— Так ты где сейчас?

— Только что над вами по мосту прошел.

— Тогда открой карту.

— Готово.

— Смотри, квадрат Г-3, железнодорожное полотно, ответвление влево, грузовая воинская площадка. Ориентируешься?

— Минуту… так… да, вижу площадку!

— Вот туда и подавай джип. Там я, с группой захвата, сойду с поезда.

— Что? Завершили акцию?

— А разве могло быть иначе?

— Завалили Джуму? Или…

— Или, Ген, или. Все! Поговорим при встрече. Конец связи!

Горелов закурил у разбитого окна.

Надо бы доложиться генералу Веригину, переживает старина, а в его возрасте это нежелательно, хотя какой возраст для генерала 56 лет. Вопрос только, каких лет? Майор набрал номер начальника. Тот ответил сразу:

— Веригин на связи!

— Майор Горелов, товарищ генерал!

— Ну, Дима? Чего замолчал? Взял Джуму?

— А вы как думаете?

— Ты…ты мне это брось, нашел время…

— Да взял я его, конечно, взял, не волнуйтесь, товарищ генерал! Вон он на полке отдыхает.

— Живым взял?

— Живым!

Короткое молчание.

— Молодец, Дмитрий, я верил в тебя! Спасибо тебе! Надеюсь, никто не пострадал?

— Никто! Только два окна пришлось выбить, газ из вагона выпустить. Теперь счет нам МПС выставит.

— Да хрен с ним! Мы тоже можем кое-что выставить. Где будете сходить с поезда?

Горелов назвал место. Объяснил:

— Туда и джип Кириллова, который я у него напрокат взял, подойдет с капитаном Борзовым.

— В один джип вы не сядете, да и опасно конвоировать такую птицу подобным образом. Ты вот что! Как высадитесь из состава, Джуму в джип, группе же Григорьева организовать круговую оборону! Да, да, что ты смеешься?

— Против кого будем обороняться, товарищ генерал?

— Не знаю, но лучше перестраховаться! А я к вам «вертушку» высылаю. Так оно надежнее будет. На воинской площадке вертолет сядет без проблем. Группа захвата вылетает с Джумой, ну а ты с Борзовым двигай в столицу на джипе. Против этого ничего не имею.

— Вас понял, товарищ генерал!

— И… Дима… еще раз спасибо за службу!

— Служу Отечеству!

— Я тебя от себя лично поблагодарил, козырять перед Директором будешь, получая очередной крест. До встречи, Герой!

— До встречи, товарищ генерал!

Поезд подошел к воинской погрузочной площадке.

Пришедшего в себя, но полностью лишенного способности двигаться Джуму вынесли на улицу два дюжих прапорщика Григорьева. Следом под взглядами пассажиров, прильнувших к окнам, сошли остальные бойцы группы захвата.

Последним, попрощавшись с начальником поезда, проводниками и семьей Голубовских, на бетон спрыгнул майор Горелов. Он сделал отмашку помощнику машиниста. Локомотив, издав короткий гудок, медленно отошел от площадки, продолжив свой прерванный путь в Северную столицу.