Ночные волки - Фридрих Незнанский

– Этот список касается только работников следственной части Генпрокуратуры, – объяснил ему Меркулов. – Список ваших людей я жду у себя на столе к четырнадцати часам.

– Но… – попробовал возразить ему Грязнов, однако Меркулов перебил его, причем довольно жестко.

– Никаких «но»! Решение согласовано с твоим министром. Так что будь добр – к четырнадцати часам.

Я с утра был не в своей тарелке, все мне было что-то не так, и сейчас еще несло по наезженной колее.

– Я не против этого решения, – сказал я, – группа сможет неплохо поработать. Но не кажется ли тебе, Костя, что уж слишком все это с большим размахом? Не получится ли, что наша громоздкая пушка будет стрелять по воробьям? Фигурально, конечно, выражаясь.

Но моя образная речь разгневала Меркулова. Он затрубил как раненый слон:

– Я эту группу не карандашиком на листке сочинил! Я ее пробил в инстанциях! Знаешь, сколько пришлось уговаривать шефов различных ведомств! Работать совместно, я имею в виду нас, МВД, ФСБ и прочие силовые структуры. Намного лучше, чем порознь…

– Не мог бы ты выражаться спокойнее? – сказал ему я. – Раз ты понимал, что создание такой мощной оперативно-следственной группы жизненно необходимо, значит, ты представлял себе, против кого собираешься бороться сам и против кого нацеливаешь нас, прокурорских и милицейских следователей и оперсостав МУРа?

Меркулов утих и кротко ответил:

– Представлял.

– Ну так посвяти же и нас, – предложил ему я.

Грязнов с интересом смотрел на нас обоих.

– Да! – сказал я. – И будьте любезны, господин государственный советник юстиции второго класса, объясните, почему я, ваш ближайший друг и помощник, ни ухом ни рылом не знал о ваших намерениях? Что за тайны мадридского двора?

Костя не удостоил меня ответом. Обратился к нам с чем-то совсем другим.

– Скажите мне оба, кто из вас слышал о некоем Портнове? Феликсе Михайловиче.

– Как? – насторожился Грязнов.

– Портнов Феликс Михайлович, – повторил Меркулов, глядя на Грязнова.

Я тоже поглядел на Славу. Мне это имя ничего не говорило.

– Боюсь ошибиться, – сказал Грязнов, – но не далее как вчера мне докладывали о нем.

– Докладывали? – заинтересовался Меркулов. – В связи с чем? Я имею в виду – в связи с каким делом?

– В связи с убийством в отеле «Балчуг» некоего господина Грымова, – ответил Грязнов. – Дело в производстве Московской прокуратуры, а розыск ведем мы.

– Да, – сказал Меркулов. – Мне уже известно об этом убийстве гражданина Италии. Ну так что же тебе докладывали? Каким боком в нем замешан Портнов?

– Этот потерпевший Грымов должен был с ним встретиться в вестибюле отеля, – ответил Грязнов. – Но Портнов на встречу не пришел.

– Не пришел? Почему?

– Объяснение у него довольно странное, – усмехнулся Грязнов. – Говорит, что забыл, да к тому же Грымов показался ему несерьезным бизнесменом.

– Интересно, – задумчиво произнес Меркулов. – Значит, они договариваются о встрече, Портнов не приходит потому, что, как он говорит, забыл об этой встрече, а в это время Грымова убивают. Так?

– Совершенно верно, – подтвердил Грязнов.

– Интересно, – повторил Меркулов и потер руками щеки. – Ну что ж. Совпадает.

– С чем совпадает? – поинтересовался я.

Вы не будете, наверное, слишком удивлены, читатель, если я скажу, что чувствовал себя в этот момент полным идиотом. В кругу друзей со мной еще такого не бывало.

– Вот что, ребята, – довольно бодрым голосом сказал Меркулов. – Я тут дал поручение навести кое-какие справки. Феликс Михайлович Портнов прибыл в нашу столицу где-то полгода назад. Арендовал на ВВЦ немалые площади для своей фирмы «Нью-Мос». Стал заключать договора с нашими российскими фирмами. А приблизительно через месяц после того, как он появился в Москве, начались все эти ограбления банков.

Я был на них обижен, поэтому сказал:

– Ну и что? Мало ли кто приехал к нам полгода назад? Для нас, юристов, все это туфта, пустое сотрясение воздуха. Совпадение.

– Вполне, – легко согласился со мной Меркулов. – Это вполне может оказаться совпадением. Мало ли кто к нам приезжает, верно? Я бы не стал цепляться за этого Портнова, если бы не одно очень важное обстоятельство.

– Не томи, – попросил я его. – Колись, начальник. Что за обстоятельство такое?

– Месяца три назад, – начал рассказывать Меркулов, – он ко мне приходил.

– Он приходил? – удивился я.

– Неужели сам? – не поверил Грязнов.

– Портнов, – подтвердил Меркулов, – приходил сюда, в этот кабинет, и имел со мной, так сказать, дружескую беседу.

– И чего он хотел? – Меня распирало любопытство, хотя и знал, что Костя расскажет ровно столько, сколько посчитает нужным, ни слова больше. – Что хотел от тебя этот Портнов? Взятку небось сулил?

– А ты знаешь, Саша, – неожиданно рассмеялся Меркулов, – ты прав. Прав! Он действительно приходил для того, чтобы всучить мне взятку.

– Врешь! – ахнул я.

Это было уж слишком. Я, разумеется, шутил, говоря о взятке. Нужно быть безумцем – предлагать взятку заместителю Генерального прокурора России. И к тому же надо хоть немного знать Меркулова.

– Нисколько, – ответил Костя. – Именно это он мне и предлагал. Только завуалированно. Хотя и довольно прозрачно.

– Давай подробности, – попросил я.

– В общем, так, – продолжал Меркулов. – Для начала скажу, что Феликс Портнов был когда-то моим однокурсником. На юридическом факультете.

– М-да. Жизнь – штука интересная, – заметил я.

Грязнов глянул на меня волком: помолчи, дай послушать.

– Да, – повторил Меркулов, – моим однокурсником. Только впоследствии наши дороги разошлись основательно. Он пошел в бандиты, я – в юриспруденцию.

– В бандиты? – удивился Грязнов.

– Ничего удивительного, – заметил я. – Самые лучшие бандюги всегда выходили из стен юридического факультета МГУ. Продолжай, Костя.

– Ну вот, – продолжил он. – Гремела в семидесятых годах такая банда – «Ночные волки». Может, слышали? В Москве много было о ней разговоров.

– Я что-то такое слышал, – с сомнением проговорил Грязнов. Он вдруг вздохнул. – Жаль, Шурочки с нами нет больше.

Александра Романова – бывший начальник МУРа и шеф Грязнова – недавно погибла. Нам всем ее очень не хватает, не только Грязнову – См. роман Ф. Незнанского «Контрольный выстрел» (М., 1996).».

– Да, – глухо проговорил Меркулов. – Она-то наверняка могла бы многое нам рассказать об этой банде. Жестокая была группа, даже по нынешним страшным временам.