Фантом - Николай Лузан

— Не забываться? Это после того, как вчера два твоих «бульдога» тащили меня словно барана на заклание?

— Перестань, Марк! То было вчера.

— Вчера, а что изменилось за ночь?

— Многое.

— Как это понимать?

— Расследование по тебе закрыто! — объявил Кейдж.

— Как закрыто?! — не мог поверить Перси.

— А ты что, настаиваешь на продолжении?

— Нет, нет! — воскликнул Перси, ему стало неловко за нападки на Кейджа — тот исполнял свои обязанности, и, избегая его взгляда, пробормотал: — Извини, Фрэнсис, нервы. Но когда тебя подозревают черт знает в чем, тот тут…

— Забудь, Марк, все осталось позади. Зла не держи, что поделаешь такова моя миссия, — остановил его Кейдж, и, пододвинув чашку с чаем, предложил: — Выпей, все-таки твой любимый.

Перси сделал глоток, другой, но не почувствовал вкуса. Внутреннее напряжение, в котором он находился вторые сутки, дало о себе знать. Кейдж неторопливо прихлебывал чай и продолжал внимательным взглядом наблюдать за ним. Теперь, когда все вопросы были сняты, он пытался понять: готов ли Перси после такой встряски к продолжению активной работе с Фантомом. Работе, которой, несмотря на опасность провала, в руководстве ЦРУ придавали исключительное значение. Ценность поступающей от агента информации перевешивала все риски. Теперь вопрос состоял в том: способен ли Перси взять себя в руки и вернуться в операцию? Встретившись с ним взглядом, Кейдж поинтересовался:

— Марк, как ты оцениваешь дальнейшие перспективы в работе с Фантомом?

Но Перси не спешил высказываться и, прежде чем дать ответ, решил прощупать позицию Кейджа и уклончиво ответил:

— Тебе виднее, Фрэнсис.

— И все-таки?

— Все зависит от того, где сидит «русский крот».

— Теперь мы знаем, что не рядом с тобой.

— Уже легче! — оживился Перси и спросил: — Значит, Ковальчук отпал?

— Пока нет, к нему еще есть вопросы, — не стал вдаваться в подробности Кейдж.

— Тогда, кто: Левицки, Грей, Берд? Ну не Саливан же?

— Марк, не будем бросать на них тень. Пока могу сказать только одно: русская контрразведка ищет Фантома среди тех, кто имеет отношение к секретам, которые прошли по его первому перечню.

— А по второму?

— Уточняем через нашего источника в России.

— Источника? В России?!

— Да.

— Его информации можно доверять?

— Абсолютно!

— Давно сотрудничает?

— Марк, на такие вопросы ответы не дают.

— Ах да, конечно.

— Итак, что ты можешь сказать о перспективах работы с Фантомом? — вернулся к нему Кейдж.

Перси воспрянул духом. У него снова появился шанс смыть темное пятно со своей репутации и опять оказаться на коне. Вероятность провала Фантома его не смущала, такова была судьба большинства агентов. Отбросив последние сомнения, Перси решительно заявил:

— Фрэнсис, надо рисковать! Тем более если есть возможность контролировать действия русской контрразведки.

— К сожалению, только косвенно.

— Но это немало.

— То есть ты хочешь сказать, что готов к работе с Фантомом?

— Да, но если не будут вставлять палки в колеса.

— Палки я беру на себя, — заверил Кейдж и впервые за время беседы улыбнулся.

— О’кей! Я готов, Фрэнсис! — подтвердил Перси.

— Вот и договорились! Когда ближайшая явка?

— В первой половине октября.

— Достаточно времени, чтобы тебе отдохнуть и набраться сил.

— А как же Саливан? Он будет против.

— Вопрос твоего отпуска согласован с директором.

— То есть я могу ехать домой?!

— Хоть сейчас.

— Сейчас? Ну, спасибо, Фрэнсис! Сентябрь — мое любимое время года, — растроганно произнес Перси.

— Вот видишь, Марк, как все удачно складывается. Так что хорошего вам с Маргарет отпуска, — пожелал Кейдж, поднялся из кресла и пожал ему руку.

В приемную Перси вышел, не чуя под собой ног. Карьерные «качели» подняли его со дна и снова вознесли наверх. Саймон как в воду глядел, когда предрекал, что Фантом перевесит все страхи бюрократов от разведки. Покинув Лэнгли, Перси спешил в отель и всеми своими мыслями уже находился в отпуске. Его счастливый взгляд сказал Маргарет все.

— Тебя отпустили в отпуск? — догадалась она.

— Да! — выпалил Перси.

— Марк, но сначала к…

Слова Маргарет потонули в его поцелуях. Покружив по комнате, они свалились в кровать и залились счастливым смехом. Потом были лихорадочные сборы, аэропорт, самолет, и через полтора часа полета под крылом появился тихий, по-домашнему уютный городок Бойз — столица штата Айдахо. Здесь, у подножия гор, в доме, построенном еще отцом, в кругу родных Перси, наконец, обрел душевный покой и с головой окунулся в домашние дела. Истосковавшиеся по работе руки не выпускали пилы, рубанка и молотка. К середине сентября на берегу речушки появился летний флигель — сбылась давняя мечта Маргарет. Вечерами они собирались на террасе за ужином и наслаждались воркующим журчанием воды, щебетом птиц и пьянящими запахами леса. По уик-эндам из города приезжали Джим и Мери с внуком, и тогда дом наполнялся жизнерадостным детским смехом и веселыми голосами.

В приятных заботах и тихих радостях незаметно подошел к концу отпуск. Перси с грустью поглядывал на календарь: тридцатого сентября ему предстояло прибыть в Киев, и он старался, как мог, отдалить этот день. Но наступило двадцать восьмое сентября, он и Маргарет отправились в аэропорт, чтобы спустя сутки с головой окунуться в бурлящий политическими страстями и густо опутанный шпионской паутиной Киев.

Ранним утром двадцать девятого сентября в столичном аэропорту Борисполь их встретил Дик Динар — самый молодой из сотрудников резидентуры. По дороге в город он рассказал последние горячие новости и сплетни, гулявшие по посольству и в резидентуре. Самой обсуждаемой была та, что касалась Ковальчука. На его место прибыл новый сотрудник. Перси не стал углубляться в эту болезненную для него тему и скользил взглядом по сторонам.

На Украине наступила пора золотой осени, и ее столица выглядела чудесным брильянтом в неповторимой золотисто-багряной оправе листвы. Привольно раскинувшись на холмах и крутых берегах Днепра, мать городов русских завораживала красотой древних святынь: Киево-Печерской лавры, Владимирского и десятка других соборов. От них, и это Перси ощущал каждой клеточкой своего тела, исходила исполинская мощь загадочной славянской души. Мощь, которую он, а вместе с ним Саливан и сотни других сотрудников ЦРУ здесь, в Киеве, а также в Москве и Минске должны были низвести на нет. Но ему не хотелось думать ни об этом, ни о предстоящей работе, всеми своими мыслями он все еще находился в отпуске. Однако она сама напомнила о себе. Не успели они с Маргарет подняться в квартиру и разобрать чемоданы, как начались звонки.