Топор отмщения - Эрл Стенли Гарднер

— Из документов я понял, что иск против вас был возбужденчерез одиннадцать месяцев после аварии. До этого вам были предъявленыкакие-либо требования?

— Нет. Но дело в том, что поначалу эта женщина не обратилавнимания на свою травму, не предполагала, что это что-то серьезное. Как японимаю, вначале это ее не очень беспокоило, но потом стало хуже. Онаобратилась к доктору, который назначил ей обычное лечение, не задумываясь о том,в чем причина болезни. Наконец она попала к специалисту, который и объяснил ей,что у нее начались осложнения от травмы позвоночника.

— И причиной этого была автомобильная авария?

Он кивнул.

— И после этого она взяла адвоката и возбудила против вас дело?

Он опять кивнул.

— И ваша страховая компания заключила с ними соглашение?

— Именно так.

— По вашему предложению?

— На самом деле я был очень удивлен сложившейся ситуацией. Яне хотел, чтобы моя страховая компания выплачивала ей деньги, во всяком случаекрупную сумму.

— Почему же?

— Я не считал себя виновным в том, что случилось.

— Почему?

— Ну, знаете, как это бывает. Мне казалось, что скореевиновата она, чем я. Я готов признать, что пытался проскочить на красный свет ивыехал немного вперед, но все равно она в не меньшей степени была виновата.Вначале мне вообще показалось, что ничего серьезного не случилось. Мы разбилипару фар, помяли бамперы и пробили дыру в радиаторе моей машины. Она выскочилаиз машины, такая бойкая и шустрая, и я подумал, что сейчас она начнет ругаться,но она только рассмеялась и сказала: «Ах вы гадкий! Вы не должны были ехать накрасный свет».

— А что вы сказали?

— Я сказал ей: «Ах вы гадкая, вы не должны были проезжатьперекресток со скоростью сорок миль в час».

— И что потом?

— Потом мы записали номера машин, обменялись визитнымикарточками. Вокруг нас собралось несколько человек, которые давали нам советы,а потом кто-то закричал, чтобы мы очистили перекресток. Вот, пожалуй, и все,что было.

— Вы заключили с ней какое-нибудь соглашение?

— Она так и не прислала мне счет.

— А вы не посылали ей счета?

— Нет. Вначале я ждал, что из всего этого выйдет. Потом,когда ничего не произошло, сказать по правде, я уже забыл об этом, когда вдругпротив меня было возбуждено дело.

— Сколько заплатила ваша страховая компания?

— Не знаю, могу ли я это сказать без их разрешения.

— Почему?

— Ну… видите ли, это была довольно приличная сумма.Очевидно, у нее действительно был поврежден позвоночник.

— Я бы все-таки хотел узнать, что это была за сумма.

— Знаете, что я сделаю, — сказал он. — Я позвоню завтра всвою страховую компанию и спрошу, нет ли у них возражений. Если нет, я позвонювам в офис и все расскажу.

— Вы не могли бы назвать мне вашу страховую компанию?

Он улыбнулся и покачал головой:

— По-моему, я сказал вам все, что мог, по крайней мересейчас.

— Это интересный случай, — заметил я.

— Лично мне интересно, — сказал Каллингдон, — что именно вырасследуете. Вы считаете, в этом деле что-то было нечисто?

— Не забивайте этим себе голову. Может быть, я простопроверяю, каково в целом ее финансовое положение.

— Да, понятно, — сказал он. — Что ж, скажу вам, мистер Лэм,если только она не растратила эти деньги по-глупому, ее кредитоспособностьдолжна быть очень приличной, в пределах разумного. Она получила порядочнуюсумму от страховой компании.

— Спасибо, — поблагодарил я. — Значит, завтра вы свяжетесь сними, а потом позвоните нам в офис и назовете сумму — если, конечно, устраховщиков не будет возражений. Договорились?

— Хорошо, договорились.

Мы пожали друг другу руки. Я спустился к машине агентства икак раз включил зажигание, когда сзади меня к тротуару подъехала еще однамашина и остановилась. Из нее вышла изящная молодая женщина со стройнымибедрами и легкой походкой. Я глянул на нее пару раз, и тут же узнал ее. Этобыла продавщица сигарет из «Встреч у Римли».

Я выключил зажигание, закурил и стал ждать. Ждать пришлосьне более пяти минут. Девушка быстро выскочила из дома, открыла дверцу машины изабралась в нее, Я вылез из машины и театральным жестом приподнял шляпу.

Она подождала, пока я подойду к дверце ее машины.

— Вы знаете, что для этого вам нужна лицензия? — спросил я.

— Для чего?

— Для того чтобы вести расследование как частный детектив.

Она покраснела.

— Вы непременно должны во все вмешиваться, да?

— Совсем нет. Я и наполовину не делаю того, что должен.

— Что вы хотите этим сказать?

— Я просто болван, а не частный детектив.

— На мой взгляд, вы вовсе не кажетесь тупым.

— И все же это так.

— Но почему?

— Офис окружного суда сейчас уже закрыт, — сказал я.

— Ну и что?

— Я считал себя очень умным. Я проверил судебные документы,нашел дело, по которому Ирма Бегли выступала истцом — дело о возмещении ущербапри столкновении автомобилей, — и счел, что поступил очень хитро.

— А это не так?

— Нет.

— Почему?

— Потому что я на этом остановился.

— Я не понимаю.

— Как только я обнаружил, — сказал я, — что она выступалаистцом по одному делу, я записал фамилии обвиняемого и поверенных истца и сэтим ушел.

— А что вы должны были сделать?

— Продолжать искать.

— Вы хотите сказать…

— Вот именно. — Я улыбнулся. — Надеюсь, вы были умнее.

— Почему?

— Мы могли бы поделиться информацией, и мне не пришлось бызавтра идти в окружной суд смотреть документы.

— А вы ведь хитрый, правда? — заметила она.

— Я вам только что сказал, что я тупица.

— Я знаю про четыре дела с ее участием.

— И все под ее собственным именем?