Нить Ариадны - Наталья Андреева

– Сдачи нет!

– Я еще даже кошелек не достала! – возмутилась я.

– Да у тебя на лице все написано! Меньше тыщи купюр нет!

Я залилась краской. Сколько раз давала себе слово, что мелкие деньги всегда должны быть под рукой! Не стоило весь день думать о свидании! И что на него надеть! Надо было думать о деле!

– Езжай на такси! – велел водитель.

– А я хочу на маршрутке!

Я сказала это вовсе не из вредности. Из всех мужчин на свете я больше всего боюсь таксистов, потому что среди них чаще всего встречаются маньяки. Так пишут. Я НИКОГДА. Слышите? Никогда не езжу на такси! Но меня ведь сегодня ждут двое! Одна в метро, а другой у входа в него. Мне просто необходимо туда доехать!

Плюхнувшись на ближайшее свободное место, я достала из сумочки кошелек с тайной надеждой, что там завалялась хотя бы сотня. Увы!

– А кредитки вы не принимаете? – пискнула я.

– Она еще и издевается! – взвыл водитель. – А ну вылазь!

– Дайте сдачу! – не сдавалась я, протягивая ему тысячную купюру. Забыла сказать, что проезд стоил двадцать пять рублей.

– Поедем мы наконец или нет?! – заорал кто-то.

– Я не поеду, пока мне не заплатят! – отрезал водитель.

– Я вам даю деньги!

– Это не деньги!

– Как так не деньги?

– Здесь не банк!

– А предъявите вашу лицензию!

– Что-о?!!!

Я подумала, что он меня сейчас убьет. А ведь я еще даже от дома не отъехала! Ничего себе начинается мое свидание!

– Люди, давайте скинемся дамочке на проезд? – предложил какой-то парень, по виду студент. – Кто сколько может?

– Да, а то мы так никогда не поедем, – вздохнула сидящая рядом женщина.

Народ дружно полез в кошельки.

– Не надо! – запротестовала я. – Проще ему дать мне сдачу!

– Проще тебе морду набить, – буркнул кто-то в конце салона.

– О чем только люди думают? – раздался слева тихий вздох.

Мне стало так стыдно, что я на время онемела. Водитель, стиснув зубы, взял ссыпавшуюся в ладонь мелочь и со злостью надавил на газ. Маршрутка, дребезжа, понеслась к метро.

– Оставьте мне свои телефоны, я разменяю тысячу и отдам вам всем долг, – сказала я на весь салон.

Кто-то фыркнул, а инициатор сбора денег откровенно заржал.

– Ну нет у меня мелочи! – взмолилась я. – Что, никто из вас не попадал в подобную ситуацию?

Салон молчал.

– Как будто я одна такая. Давайте я вам всем по тысяче раздам. У меня безвыходная ситуация, а мельче денег нет.

Салон молчал.

– Вы что, все немые? Не немые: я слышала. Вы просто жадные. Что, мало по тысяче? Давайте я раздам вам по две.

– Да замолчишь ты или нет? – не выдержал кто-то.

– Я, между прочим, приношу вам свои извинения за ту неловкую ситуацию, в которую попала.

Я третий раз произнесла слово «ситуация», хоть и в сочетании с разными прилагательными, за что моя мама-писательница, будь она жива, меня бы убила. Но я зациклилась на ней, на этой ситуации. Бац! Четвертый раз!

– Мне ужасно неловко. Из-за меня вы потеряли время и…

– О, господи! – взвыли сзади. – Шеф! Притормози, я сойду!

– И в самом деле, погода хорошая, можно и прогуляться, – раздалось слева.

– До метро метров двести осталось.

– И пробка.

– Еще минут десять минимум в одной машине с этой… – простонал сидящий рядом с водителем мужчина.

– Погодите… Я вам всем должна, – я полезла в кошелек. – Сейчас отдам деньги.

– А вдруг она мошенница? – спросил кто-то.

– Да нас, похоже, снимают скрытой камерой! – сказал студент.

– Точно! – подтвердили справа. – Дамочка с телевидения, там все такие дурные!

– Актриса, не иначе!

– То-то думаю: где ж я ее видел?

– Эй, шеф, тормози!

– Правильно! Нечего вторгаться в нашу частную жизнь!

– А потом покажут в передаче «Розыгрыш»…

– В криминальных новостях…

– То-то она лицензию спросила…

– Я вовсе не с телевидения! – возмутилась я.

– Ага! Заливай!

Водитель ударил по тормозам. Бугай в кепке, сидевший ближе всех к выходу, дернул за ручку дверь, и она с лязгом открылась.

– Вот ваша тысяча, – я попыталась сунуть ему в карман купюру.

– Да иди ты…

Он спрыгнул в грязный снег. Во все стороны полетели ошметки. За ним дружно посыпались остальные пассажиры. Каждому я пыталась всучить деньги.

– Вот, возьмите…

Но никто почему-то не брал. Только студент сказал, махнув на прощание рукой, и то не мне, а куда-то в сторону:

– Привет городу Барнаулу! Ира, я тебя люблю! – и спрыгнул в снег.

Я подумала, что все они сумасшедшие.

В конце концов мы с водителем остались в салоне одни. Он чего-то ждал. Я так и не поняла, чего.

– Мы едем? – спросила я после долгой паузы. – Я опаздываю.

– Ну, ты и стерва! – сквозь зубы процедил он и надавил на газ с такой злостью, что я подумала, будто маршрутка пошла на взлет.

Мы, дребезжа, понеслись по обочине. Он наплевал на все правила дорожного движения и под угрозой лишиться лицензии спешил от меня поскорее избавиться. Как я его понимала! Я и сама мечтаю от себя избавиться, но за последний год в нашей семье образовалось уже два трупа. Это похоже на эпидемию. И я изо всех сил борюсь с заразной болезнью.

Минут через пять водитель маршрутки так надавил на тормоз, что я чуть не ударилась лбом о стойку.

– Приехали! Вылезай!

– Спасибо.

– Чтоб тебя… – он грязно выругался.

Я решила не обращать на это внимания, потому что боялась опоздать. Надо спешить, день и так не задался. Хотела было оставить чаевые водителю, раз никто не взял у меня злосчастную тысячу, но побоялась. Мужчина и так не в себе. Сигарета в его руке дрожит. Нервничает, должно быть. Бедняга! Я поспешила к метро.

Павла Юрьевича на месте еще не было, но я этому только обрадовалась. Ненавижу, когда меня ждут. Лучше уж я подожду. Чтобы не попадать больше в такую нелепую ситуацию (вот заклинило!), я подошла к газетному киоску и разменяла деньги. А чтобы опять не кричали «здесь вам не банк», купила мамину книгу. Мне дали сдачу, но пришлось купить еще и мороженое, чтобы в кармане была мелочь. Я подошла к метро и тут заметила бугая в кепке из моей маршрутки. Я метнула в урну мороженое и кинулась к нему. Он заорал дурным голосом, а я стала совать ему пять рублей мелочью: