Кино для взрослых - Евгений Новицкий

Вскоре наш столик весь был заставлен скромными порциями скромных яств.

– Ну вот, видите, – окинул я рукой это богатство. – Как раз на двоих.

– Я очень мало ем, – покачала головой Варя.

– Вы прямо как балерина, – отозвался я, вспомнив, что именно Волнистый сравнивал ее с Одеттой и Одиллией.

– Балеринам надо поддерживать форму, – улыбнулась Варя, – а мне это ни к чему.

Я слегка откинулся назад, словно оценивая ее тоненькую фигурку:

– Мне кажется, даже если бы вы захотели, вы бы не потеряли свою прекрасную форму.

– Я очень худая, – возразила Варя.

– Нет, вы как раз такая худая, какая надо. Без «очень». Человек должен быть худым. А молодая красивая девушка – и подавно.

– Совсем меня засмущали. – Варя опустила глаза и пододвинула к себе первую попавшуюся тарелку с салатом.

– Даже то, что вы смущаетесь, мне нравится, – продолжал я ее нахваливать. – Это тоже редкость в актрисах.

– Да нет, по-моему, большинство из нас как раз очень стеснительные, – не согласилась Варя. – Может, поэтому и идут в эту профессию. Чтобы преодолеть себя…

– Своеобразная причина, – заметил я. – Но уверен, что не ваша.

– Почему уверены? – Варя подняла голову от тарелки.

– Режиссерская интуиция, – в который уж раз в разговорах с ней ответил я этой самодовольной репликой.

– Вы правы, – кивнула Варя. – Я пошла в актрисы только потому, что не знала, куда еще… То есть меня ничего особенно не привлекало, но вот я любила кино – и подумала: а почему бы не сюда?..

– Верный выбор, – одобрил я. – Это ваше. Хотя и на многих других поприщах вы наверняка тоже бы преуспели.

– А вот я сомневаюсь.

– Напрасно.

– Мне даже Валера говорит: «Актрисулька, – говорит, – ты моя, и куда б ты только подалась, если бы кино на свете не было?»

Я еле слышно фыркнул, но Варя это заметила.

– Нет, вы не думайте, – поспешила она оправдать мужа, – он очень ласково это произносит. В шутку даже… В смысле – он действительно так думает, но относится к этому нормально и даже говорит мне об этом таким беззаботным тоном…

Я покачал головой:

– А я бы это назвал – подчеркивать свое превосходство. И неважно, насколько шутлив при этом тон.

Варя озадаченно хмыкнула:

– Я думала, вы, наоборот, проявите мужскую солидарность.

– Ненавижу это выражение, – вновь помотал я головой. – И никогда не проявляю никакой такой солидарности.

– Нет, ну все-таки… – растерялась Варя. – Разве у вас не бывает желания защитить друга от чьих-то нападок?

– А разве сейчас такой случай? – засмеялся я. – Вы ни на кого, кажется, не нападали… Да даже если бы и напали…

– То есть чтобы я ни сказала о вашем друге, вас бы это не задело?

– Варя, – вздохнул я, – если честно, не такие уж мы с вашим Валерием друзья. Просто учились вместе.

– И даже во время учебы не дружили?

– Вот именно что так. У него были свои друзья, у меня свои…

– А мне он сказал, что вы большие друзья, – с огорчением и недоумением произнесла Варя.