Трефовый интерес - Татьяна Бочарова

Когда Лиза проснулась утром, то первые несколько секунд ничего не понимала. Она с удивлением посмотрела на лежащую на полу ночнушку, затем дотронулась до щеки и вздрогнула как ужаленная. Господи! Что это было? Как она могла? С мальчишкой, годящимся ей в сыновья!

Она различила шум и голоса. Тарас и Гелена уже встали и вовсю хозяйничали на кухне. Гремела посуда, булькал самовар! Лиза почувствовала такой стыд, что ей захотелось провалиться под землю. Как она выйдет к ним, как посмотрит в глаза Гелене? Наверняка та вчера ночью все слышала. Что она думает про нее? Старая бабка, польстившаяся на юное тело, похотливая дура! Лиза быстро встала и принялась одеваться. Она застегнулась на все пуговицы, гладко причесала волосы, закусила губу и решительно толкнула дверь.

– А вот и вы! – приветствовала ее Гелена низким, певучим голосом. – Доброе утречко. Завтрак на столе.

– Доброе утро, – запинаясь, проговорила Лиза и покосилась на Тараса, который, стоя на табурете, что-то приколачивал в углу на потолке.

Услышав Лизу, он опустил голову.

– Приветствую. – Глаза его хитро сверкнули.

У Лизы тут же вспыхнули щеки.

– Вы умойтесь, да садитесь, а то все простынет, – сказала Гелена.

– Хорошо.

Лиза юркнула за занавеску, схватила ковшик и плеснула в лицо ледяной водой. Потом она долго чистила зубы и снова умывалась, пока жар не отпустил и щеки не перестали пылать. Только тогда она решилась вернуться назад, в горницу. На столе красовалось блюдо с румяными оладьями, рядом другое – с ватрушками. В центре стояла крынка со сметаной. Гелена пододвинула Лизе тарелку и чашку с горячим, ароматным чаем. У той слюнки потекли, несмотря на смущение. Она принялась за еду, стараясь не смотреть на Тараса, который закончил прибивать рейку к потолку, слез с табурета и теперь стоял у окна, глядя во двор.

– Вкусно? – спросила Гелена.

– Очень, – искренне ответила Лиза. – Вы просто мастерица готовить.

– Неудивительно. – Та усмехнулась. – Я ж по профессии повар. В ресторане работала. А потом как начался весь этот кавардак, рестораны позакрывали, кафе тоже. Да и дома особо не поготовишь – продуктов нема.

Лиза слушала ее, доедала ватрушку и незаметно поглядывала на Тараса. Лицо его показалось ей отстраненным и замкнутым. Ну да, конечно. Жалеет, что так вышло. Зачем ему старуха? Найдет себе женщину помоложе да с деньгами. Глядишь, устроится на новом месте, еще и в столицу переберется. Она не удержалась и вздохнула.

– Что с вами? – спросила Гелена, убирая тарелку. – Нездоровится? Болит что-то?

– Нет, нет, – поспешно ответила Лиза. – Все хорошо.

– Ну раз хорошо, пора ехать, – неожиданно подал голос Тарас.

Лиза с робостью глянула на него. Он смотрел на нее и улыбался тепло и весело. У нее отлегло от сердца.

– Я готова. Поехали.

Она поднялась из-за стола.

– К обеду вернетесь? – поинтересовалась Гелена.

– Должны, – ответила Лиза. – Тут недалеко. Километров десять на автобусе.

– Эх, автобус… – Тарас недовольно поморщился. – Нам бы тачку. Хоть какую, самую разубитую. Я б ее отремонтировал. Стройматериалы на себе таскать не получится, а за доставку придется раскошеливаться.

– Не наглей, – коротко осадила его Гелена. – Сойдет и автобус. Тоже мне, строитель!

Тарас ничего не ответил, повернулся и быстро вышел из комнаты. Хлопнула дверь в сенях.

– Он обиделся? – заволновалась Лиза.

– Обиделся? – Гелена усмехнулась. – Еще чего! Не берите в голову. Он просто такой от природы… непредсказуемый. То лыбится во всю физиономию, то вдруг взбрыкнет, как дикий жеребец. Да ничего, привыкнете.

Лизе показалось, что Гелена вложила в это двойной смысл. Неужели она имела в виду их с Тарасом отношения? Гостья смеется над ней?

– А вообще, его можно понять, – уже мягче добавила Гелена. – Молодой, красивый, горячий. Дома у себя он на фирме работал, зарабатывал неплохо. Девки вешались на него, отбою не было. Красавчик, да при деньгах. Машину купил, ничего себе так, «Опель», новый почти. Одевался хорошо. А тут – никто и звать никак.

«Куплю ему машину! – подумала Лиза. – Как раз у мужа бабы Клавы «жигуль» старый стоит, ржавеет. Дед за руль уже не сядет, а машина сгниет. Он ее с радостью продаст задешево». Тут же она испугалась, что Гелена как-то прочтет ее мысли.

– Ладно, пойду. А то он ждет. – Лиза двинулась к порогу.

Гелена равнодушно кивнула и открыла дверцу духовки.

Тарас, как и ночью, стоял у дровника и дымил сигаретой. При виде Лизы он кинул окурок на землю и затоптал его сапогом.

– Идем?

Голос его звучал вполне миролюбиво и по-свойски. Лиза отметила, что он не перешел обратно на «вы», и это ей очень понравилось. Значит, не жалеет о том, что случилось. Может, и продолжение планирует! Они вышли за калитку и зашагали к остановке рейсового автобуса. Тарас молчал, Лиза тоже, с трудом поспевая за его широкими шагами.

На остановке толпился народ, сплошь знакомые лица. При виде Лизиного спутника сельчане уставились на нее с удивлением и любопытством.

– Лизавет, кто это? – спросила тетка Галина, дом которой стоял через дорогу.

– Работник мой. Тарас. Они с сестрой с Украины приехали. Работу искали, вот, будет мне помогать.

– Эхма! Гарный хлопец. – Галина одобрительно покивала. – Ты уж не жмотничай, Лизка, отпускай ко мне своего помощничка. У меня тоже работы невпроворот. А я уж его не обижу, – накормлю, напою да и приласкаю, коль попросит. – Она кокетливо захихикала, одергивая юбку, туго сидящую на ее мощных бедрах.

– Не стыдно тебе, Гала? – укорил ее дед Пантелеич, одинокий вдовец, живший неподалеку от библиотеки. – Пятый десяток пошел, а туда же. Что парень подумает?

Лиза украдкой взглянула на Тараса и поймала его ухмылку. Ей стало невероятно стыдно, и вместе с тем ее снова охватило радостное возбуждение. Остальные селяне молчали, исподтишка разглядывая парня. Подъехал автобус. Народ расселся по местам. Тарас пропустил Лизу к окошку. Не успели они отъехать, как она почувствовала его ладонь на своей коленке.

– Ты что? – Она сделала испуганные глаза.

– А что такого? Тебе не нравится?

– Нет! Я… мне…

Он громко засмеялся.

– Тише! Ради бога, – взмолилась Лиза.

– Ты чего, боишься этих? Брось, они ж убогие все. Какое тебе дело до того, что они подумают?

– Перестань. Они мои односельчане, мне с ними жить.

– Подумаешь, односельчане. – Тарас хмыкнул, но руку убрал.

Лиза тут же пожалела о своих словах и вспомнила, что говорила Гелена.