Правила убийцы - Джон Сэндфорд

Внезапно поняв, что они стоят слишком близко друг от друга, Руиц сделала шаг назад, обошла Лукаса и направилась в студию.

— Со мной уже раз шесть беседовали, — заявила она, дотрагиваясь до шрама на лбу. — Я думаю, что тема исчерпана.

— Ничего страшного, — успокоил ее Лукас. — Я работаю не совсем так, как остальные. Мои вопросы будут немного отличаться.

— Я читала о вас в газетах. Там говорилось, что вы убили пять человек.

Дэвенпорт пожал плечами.

— Я этого не хотел.

— Не много ли? Отец моего бывшего мужа был полицейским. Так вот он за все время службы ни разу ни в кого не выстрелил из пистолета.

— Что я вам могу сказать? — отозвался Лукас. — Я был на такой службе, где это случается. Если сотрудник полиции в основном занимается расследованием краж со взломом или убийств, то он может за все время так ни разу и не выстрелить из пистолета. Если же человек работает в области наркобизнеса или игорного дела, то здесь совсем иная картина.

— Ладно.

Она вытащила из-под стола табуретку и жестом предложила ему сесть, а сама села по другую сторону стола.

— Что вас интересует?

— Вам не страшно? — спросил он, положив свой портфель на стол и открыв его.

— Не знаю. Мне сказали, что он проник внутрь, подобрав ключ, поэтому хозяин дома вставил новые замки. Полицейский, который здесь был, сказал, что они хорошие. Мне установили телефон, и у меня есть специальный сигнал в службу спасения 911. Я просто должна сказать «Карла», и сюда срочно прибудут полицейские. Участок находится на другой стороне улицы. Все в нашем доме знают, что произошло, и обращают внимание на посторонних. Но, знаете ли, я не чувствую себя в полной безопасности.

— Думаю, что он не вернется, — успокоил ее Лукас.

— Другие ко… другие полицейские тоже так говорят, — подтвердила она.

— Можете называть нас копами,[3]— разрешил Дэвенпорт.

— О'кей.

Она улыбнулась, и он снова восхитился ее ровными белыми зубами. Она была не то чтобы красивой, но необыкновенно привлекательной.

— Ведь я единственный свидетель. И это меня пугает. Я теперь почти не выхожу из дому.

— Мы думаем, что он просто ненормальный, — сказал Лукас. — Ненормальный в квадрате, отличающийся от обычных ненормальных. Кажется, он умен и хитер. Осторожен. И не теряет над собой контроля. Мы считаем, что он вряд ли вернется сюда, потому что таким образом он подвергнет себя риску.

— Мне он показался просто чокнутым, — сказала Карла.

— Так расскажите об этом. Что он делал, когда набросился на вас? — начал спрашивать Лукас. Он быстро пролистал свой экземпляр всех бесед, проведенных с ней сотрудниками отдела убийств полиции Сент-Пола и Миннеаполиса. — Как все произошло? Что он говорил?

В течение сорока пяти минут он осторожно провел ее через каждое мгновение нападения, двигаясь вперед и снова возвращаясь назад, пока каждая мелочь не была обсуждена. Пока она говорила, он наблюдал за ее лицом. Наконец она остановила его.

— Я больше не могу, — проговорила Руиц. — У меня были ночные кошмары. Я не хочу, чтобы они повторились.

— Я тоже этого не хочу, но я хотел вернуть вас к тем событиям, чтобы вы заново их пережили. А теперь я попрошу вас еще об одном. Подойдите сюда.

Он закрыл свой портфель и передал его ей.

— Вот то, что вы купили в магазине. Пройдите от двери мимо столба.

— Я не мо…

— Идите! — рявкнул Дэвенпорт.

Она медленно подошла к двери, потом повернулась и обхватила руками портфель. Лукас спрятался за столб.

— А теперь идите мимо. Не смотрите на меня, — проговорил он.

Она пошла, детектив выскочил из-за колонны и обхватил ее рукой за горло.

— А-а!

— От меня пахнет так же, как и от него? Да?

Он несколько ослабил руку.

— Нет.

— Как? Как от него пахло?

Она повернулась к нему, его рука продолжала лежать у нее на плече.

— Я не… от него пахло каким-то одеколоном.

— От него пахло потом? Он вспотел? У него была чистая одежда или от него воняло?

— Нет. Может быть, что-то вроде одеколона после бритья…

— Он ростом с меня? Сильный?

Дэвенпорт крепко прижал ее к своей груди, она уронила портфель и начала сопротивляться. Некоторое время она боролась, а потом вдруг расслабилась. Лукас еще сильней сжал ее.

— Черт! — воскликнула женщина.

Она снова начала сопротивляться, тогда он отпустил ее. Карла оттолкнула его, ее глаза расширились, она рассердилась.

— Не делайте этого! Отойдите от меня!

Женщина явно перепугалась.

— Он был сильнее меня?

— Нет. Слабее. У него слабые руки. Когда я расслабилась, он тоже расслабился. И тогда я ударила его по ноге.

— Где вы этому научились?

— Меня научил мой свекор. Он обучил меня некоторым приемам самозащиты.

— Подойдите сюда.

— Нет.

— Да идите же, черт бы вас побрал!

Все еще испуганная, она неохотно шагнула вперед. Ее лицо было бледным. Лукас снова поставил Карлу к себе спиной и обхватил ее рукой за горло.

— А теперь, когда он схватил вас, он сказал что-то насчет того, чтобы вы не кричали, а то он вас убьет. Он именно так говорил?

Дэвенпорт крепче сжал руку и приподнял женщину так, что ее ноги почти повисли в воздухе, затем проговорил хриплым голосом:

— Только крикни, и я тебя убью.

Руиц снова задергалась.

— Думайте! — приказал Лукас.

Он отпустил ее и слегка оттолкнул от себя. Потом отошел к самой двери. Широко распахнув глаза, Карла обеими руками держалась за горло.

— Нью-Мексико, — проговорила она.

— Что?

Лукас почуял некий проблеск.

— Я думаю, что, возможно, он из Нью-Мексико. Мне как-то раньше это не приходило в голову, но он говорил не по-здешнему. Дело не в словах или акценте. Это просто какое-то ощущение. Оно совсем не заметно, если только не начинаешь думать об этом. Ощущение такое, как будто я вернулась домой.

— Вы из Нью-Мексико?

— Да. Я там родилась. А здесь живу уже шесть лет.

— Хорошо. Так вы говорите, что от него пахло одеколоном. Хорошим?

— Не знаю… Просто одеколоном. Я в них не разбираюсь.