Дурная кровь - Роберт Гэлбрейт

Известная красавица и светская львица с завидным количеством связей среди знаменитостей и с бунтарским, саморазрушительным прошлым, Шарлотта многие годы не сходила со страниц глянца. Естественно, экстренный вызов бригады реаниматологов в частную психиатрическую клинику тут же попал в сводки новостей. Таблоиды не скупились на фотографии – Шарлотты в возрасте четырнадцати лет (когда ее, впервые сбежавшую из частной школы, разыскивала полиция), восемнадцати лет (под руку с отцом, известным телеведущим, трижды женатым, завзятым алкоголиком), двадцати одного года (с матерью, бывшей манекенщицей, а впоследствии светской красавицей, на фуршете) и тридцати восьми лет, в полном расцвете красоты, с отсутствующей улыбкой, рядом с белокурым мужем и с крошками-близнецами на руках, в антураже элегантно обставленной гостиной. При этом ни одно издание не смогло раздобыть ее фотографии с Кормораном Страйком, но тот факт, что они прежде встречались – Шарлотта не забыла напомнить об этом репортерам, освещавшим ее помолвку с Джейго, – обеспечил соседство их имен в средствах массовой информации. «Экстренная госпитализация», «история пагубных пристрастий», «сумасбродства прошлого» – хотя таблоиды ничего не утверждали открытым текстом, только самый наивный читатель мог бы усомниться в том, что Шарлотта попыталась покончить с собой. История обрела второе дыхание, когда анонимный «осведомленный источник» из Симондс-Хауса сообщил, что будущая виконтесса Росс, «по некоторым данным», была найдена лежащей ничком в кустах позади некоего старинного загородного дома. Влиятельные газеты ознакомились с сомнительной деятельностью непомерно дорогой клиники Симондс-Хаус, которая (как писала лондонская «Телеграф») известна тем, что «служит последним пристанищем богатых людей со связями. Весьма спорные назначения включают транскраниальную магнитную стимуляцию и псилоцибин, более известный как галлюциногенные грибы».

В таких изданиях тоже фигурировали крупные снимки Шарлотты, и Робин, которая тайком, стыдливо читала все материалы такого рода, волей-неволей постоянно вспоминала, до чего же хороша собой в любом возрасте бывшая избранница Страйка. Тот ни словом не обмолвился об их романе, а Робин не задавала лишних вопросов. Мораторий на упоминание имени Шарлотты действовал с того самого вечера, когда Робин, в ту пору еще временная секретарша, услышала от пьяного в стельку Страйка, что Шарлотта солгала ему, будто от него забеременела. Теперь, после прощания с Джоан, когда Страйк вернулся из Корнуолла особенно замкнутым, Робин не могла отделаться от мысли, что для его мрачности есть и другая причина.

Из преданности Страйку она отказывалась сплетничать о его бывшей невесте, хотя создавалось впечатление, что все знакомые жаждут обменяться с ней мнениями. Через неделю после его возвращения Робин пришла на работу не в духе, поскольку Мэтью опять перенес медиацию. Увидев, как открывается входная дверь, секретарша Пат торопливо спрятала номер «Дейли мейл», который изучала на пару с Моррисом. Но когда выяснилось, что это не Страйк, а всего лишь Робин, Пат издала свой каркающий смешок и швырнула газету обратно на свой рабочий стол.

– Застукала нас с поличным, – подмигнул Моррис. – Читала про бывшую пассию босса?

«Для меня он не босс, для меня он – деловой партнер», – подумала Робин, но вслух сказала лишь:

– Читала.

– Замахнулся не по рангу, – сказал Моррис, разглядывая фото двадцатиоднолетней Шарлотты в расшитом стразами мини-платье. – Каким образом, хотелось бы знать, чувак с такой внешностью мог подклеить вот такое?

Даже дома Робин была от этого не застрахована. Макс коротко подстриг свои мягкие волосы, чтобы походить на отставного офицера, и начал сниматься в сериале; таким жизнерадостным она его еще не видела. Он тоже был в высшей степени заинтригован, узнав, что у Страйка шестнадцать лет тянулись отношения с Шарлоттой.

– А ведь я с ней однажды повстречался, – сообщил он Робин, которая поднялась в гостиную после того, как шесть часов просидела у себя в комнате, разыскивая в интернете сведения о Бетти Фуллер. Найти бывшую проститутку оказалось сложнее, чем можно было предвидеть.

– В самом деле? – Робин и хотела, и не хотела услышать его рассказ.

– Ну да, я когда-то участвовал в одной постановке вместе с ее сводным братом по имени Саймон Легард. Он тогда был звездой мини-сериала о банкротстве, только вот названия не помню. А она пришла посмотреть нашу игру и после спектакля всем составом пригласила в ресторан. Мне она понравилась, честное слово, такая юмористка. Из тех шикарных девчонок, которые на поверку оказываются куда забавнее, чем кажутся.

– Мм… – безучастно ответила Робин и тут же вернулась с чашкой чая к себе в комнату.

– Не сомневаюсь, что вначале она позвонила Корму, – ледяным тоном сказала по телефону Илса через две недели после Пасхи.

К этому времени Робин путем кропотливых поисков с помощью перекрестных ссылок сумела с большой долей вероятности установить личность той самой Бетти Фуллер, которая жила на Скиннер-стрит во время исчезновения Марго Бамборо. Теперь Бетти обреталась в социальном доме для престарелых и инвалидов на Санс-уок, недалеко от своего первоначального жилища, и Робин запланировала наведаться к ней на следующий же день, ближе к вечеру, после медиации с Мэтью, которая, похоже, сдвинулась наконец с мертвой точки.

Илса звонила пожелать Робин удачи. Робин старалась не думать о предстоящей встрече с Мэтью, убеждая себя, что через пару часов ее мучения будут закончены, но из-за этого ей становилось все труднее сосредоточиться на списке вопросов к Бетти Фуллер, а потому звонок Илсы поначалу ее обрадовал.

– Что говорит Корм насчет этой истории с Шарлоттой? – спросила Илса.

– Ничего, – честно ответила Робин.

– Понятное дело, он вообще о ней больше не говорит, – сказала Илса. – Интересно, сколько еще продлится ее брак. Он и сейчас уже на последнем издыхании. А этот спектакль она разыграла только для того, чтобы поквитаться с Кормом.

– Но у нее уже есть дети от Джейго, – отметила Робин и тут же пожалела: Илса успела ей сообщить, что они с Ником не собираются предпринимать четвертую попытку ЭКО.

– Она никогда не хотела детей, – сказала Илса. – Это объединяло их с Кормом. И еще матери, похожие как две капли воды. Алкоголь, наркотики, тучи мужчин, хотя мать Шарлотты еще жива. Значит, вы с ним этого вопроса не касались?

– Нет. – Несмотря на добрые намерения Илсы, у Робин от этого разговора стало портиться настроение. – Прости, Илса, я больше говорить не могу. Мне на завтра еще много чего нужно подготовить.