Дурная кровь - Роберт Гэлбрейт

Через двадцать минут, когда Робин, вышла на станции «Холборн», у нее восстановилась связь, и она тут же переслала это сообщение Страйку. До назначенной встречи оставалось еще пятнадцать минут, а рядом было множество кафе, но, прежде чем она успела взять себе чашку кофе, у нее зазвонил мобильный: это была Пат.

– Робин? – вопрошал знакомый скрипучий голос. – Не знаете, случайно, где Корморан? Звоню ему, звоню – не отвечает. У нас в офисе сидит его брат Ал, хочет с ним повидаться.

– Вот как? – удивилась Робин; она познакомилась с Алом пару лет назад, но знала, что они со Страйком не близки. – Нет, Пат, я не знаю, где он. Вы оставили ему сообщение? Наверно, там нет связи.

– А как же, наговорила на голосовую почту, – ответила Пат. – Ладно, буду дозваниваться. Счастливо.

Робин пошла дальше; всякое желание пить кофе пропало от любопытства, вызванного появлением Ала в агентстве. При их знакомстве Ал произвел на нее приятное впечатление: Робин подкупило его благоговение перед старшим единокровным братом. Невысокого роста, с прямыми волосами, узким подбородком и слегка кривой улыбкой, унаследованной от их знаменитого отца, внешне он имел мало общего со Страйком.

Задумавшись о родне Страйка, она свернула за угол и замерла от волнения, смешанного с ужасом: из такси выходил Мэтью в незнакомом темном пальто, наброшенном поверх костюма. Он повернул голову, и пару секунд они смотрели друг на друга, как готовые выстрелить дуэлянты, разделенные дистанцией в пятьдесят шагов. Потом у Робин зазвонил мобильный, она машинально достала его из кармана, а когда поднесла к уху, Мэтью уже исчез в здании.

– Алло?

– Привет, – сказал Страйк. – Только что пришел оукденовский мейл. «За рубежом», мать его.

Робин посмотрела на часы. У нее оставалось пять минут, а ее адвокат Джудит пока не появлялась. Прислонившись к холодной каменной стене, она сказала:

– Ага, я подумала то же самое. Ты перезвонил Пат?

– Нет, а что там?

– В офисе ожидает Ал.

– Который?

– Твой брат Ал, – ответила Робин.

Наступило краткое молчание.

– Йопта, – пробормотал Страйк.

– Ты сейчас где? – спросила Робин.

– В Чингфорде, в универмаге «Товары для дома». Наша белокурая подруга из Стоук-Ньюингтона делает покупки.

– Какие?

– Начала с монтажной пены и фанеры, – ответил Страйк. – На подхвате у нее тот парень из спортзала, который посещает Жук. А ты где?

– У входа в адвокатское бюро, которое представляет интересы Мэтью, – ответила Робин. – На сегодняшнее утро назначена медиация.

– Черт, совсем забыл, – сказал Страйк. – Удачи тебе. Слушай… если что, можешь сегодня не выходить…

– Мне выходной не нужен, – отрезала Робин. Она издали увидела Джудит в красном пальто: та торопливо шла в ее сторону. – Я планирую прямо отсюда поехать к Бетти Фуллер. Мне пора, Корморан. Созвонимся позже.

Она повесила трубку и двинулась навстречу широко улыбающейся Джудит.

– Как вы? – Свободной от кейса рукой адвокат погладила Робин по плечу. – Все должно сложиться в нашу пользу. Говорить предоставьте мне.

– Хорошо, – только и сказала Робин, стараясь придать своей улыбке теплоту.

Они вместе поднялись по ступеням и вошли в тесный вестибюль, где их встретил дежурной улыбкой коренастый мужчина в костюме, со стрижкой, как у Цезаря; он протянул руку Джудит:

– Миз Коббс? Эндрю Шенстон. Миз Эллакотт? Рад знакомству.

От его рукопожатия у Робин осталась дрожь в пальцах. Он и Джудит прошли через двойные двери, обсуждая работу лондонского транспорта; Робин с пересохшими губами поспевала сзади, как ребенок за родителями. Пройдя немного по темному коридору, они свернули влево и по вытертому голубому ковру вошли в небольшую переговорную с овальным столом. За столом в одиночестве сидел Мэтью, даже не снявший пальто. При их появлении он заерзал на стуле. Робин посмотрела Мэтью в глаза и заняла место по диагонали от него. К ее удивлению, Мэтью сразу отвел глаза, хотя ей представлялось, что он будет уничтожать ее взглядом, сидя прямо напротив и обратив к ней белое пятно вокруг рта, придававшее его лицу сходство с собачьей мордой; к концу их совместной жизни эта гримаса появлялась во время каждой их ссоры.

– Ну что ж… – начал Эндрю Шенстон с очередной улыбкой, когда Джудит Коббс открыла принесенную с собой папку; перед ним лежал закрытый кожаный держатель документов. – Позиция вашей доверительницы не отличается от той, которая указана в вашем письме от четырнадцатого числа, верно, Джудит?

– Да, верно. – Поверх толстых очков в черной оправе, съехавших на кончик носа, Джудит пробежала глазами копию указанного письма. – Миз Эллакотт согласна отказаться от всех претензий к вашему доверителю, за исключением доходов от продажи квартиры на… мм…