Ванна с шампанским - Елена Логунова

Мы взяли два ящика, перевернули их, установили в углу. На один пересадили из коляски «мексиканского хилера», на втором разложили наши гербарии. Подобрали с асфальта картонку и моим черным карандашом для глаз размашисто начертали на ней: todo por $ 100.

– Это адски дорого – по сто баксов за пучок лебеды! – поежилась простушка Настя. – Никто не купит!

– На то и расчет, что торговца нашего никто не станет беспокоить, – объяснила подруге смышленая Вика.

Зяма тоже проявил сообразительность: нашел несколько гвоздей, вооружился камнем и прибил пончо «хилера» по подолу к ящику, надежно зафиксировав тело в вертикальном положении.

– О, да ты на все руки мастер! – с явным умыслом похвалила его Виктория.

Польщенный Зяма прижал к сердцу руку с булыжником.

– Это ты еще не видела, как ловко мой братец лепил на стену – прямо под краску – груды морских звезд и ракушек! – хмыкнула я, торопясь испортить им обоим неуместное лирическое настроение. – Моллюски из раковин выползти не успели, воняли потом, как черт знает что!

Викино лицо перекосилось, Зяма тоже брезгливо поморщился, но ничего не сказал. Крыть ему было нечем – эта кошмарная история и впрямь имела место быть.

Однажды Зямка очень торопился закончить оригинальный интерьер бюро путешествий и впопыхах приклеил на стену рапан с живым моллюском. Несчастное создание, конечно, скончалось и посмертно отомстило за себя страшным зловонием. Зяма, впрочем, не стушевался, обвинил в повышенной вонючести закупленные заказчиком отделочные материалы и выбил дополнительное финансирование на приобретение дорогущей краски. Зямка – он такой: знатный хитрец и пройдоха!

– Кстати, насчет вони, – Настя поежилась и испытующе посмотрела на «хилера».

Тот выглядел замечательно – сидел себе над ботаническим развалом тихонечко, вроде как кемарил, прикрыв лицо шляпой.

– Вы думаете, он на жаре не запахнет?

– Это теневая сторона, здесь сегодня солнца уже не будет, – успокоила ее я. – До вечера он продержится, ночью будет попрохладнее, а утром придут сборщики стеклотары и найдут его.

– А нас потом не найдут? – задумалась Вика.

Это был очень хороший вопрос!

Не торопясь с ответом, я еще раз придирчиво оглядела фальшивого хилера.

Штаны, носки и рубашка на трупе – его собственные. Головной убор дешевый, неприметный, такие шляпы чернокожие торговцы по всему городу сотнями продают. Гостиничный половичок, из которого мы сделали пончо, куплен в магазине ИКЕА. Таким образом, ни одна из вещей не сможет указать на нас.

Разве что кто-то запомнит нашу теплую компанию? Но это маловероятно, ведь сейчас тут в основном туристы, которые через час-другой исчезнут в неизвестном направлении. При благоприятном стечении обстоятельств нашего подопечного никто не потревожит до утра, а тогда уже будет бесконечно поздно искать свидетелей.

– Нет, нас не найдут, – взвесив все это, решила я. – Но все равно, давайте-ка поспешим!

– Уходим, – скомандовал Зяма, взмахнув разнообразно полезной клеенчатой сумкой, в которую он уже успел упаковать гостиничную складную коляску.

– Подождите! – Настя застопорилась. – А разве мы не должны попрощаться с ним?

Я вздохнула.

Ох, уж эти романтики!

Ну, ладно.

– Прости и прощай, дорогой незнакомый друг! – скороговоркой произнесла я, коротко поклонившись пирамидальному пончо. – Наша встреча была короткой, но незабываемой. Вечная память о тебе сохранится в наших сердцах, можешь даже не сомневаться.

– Аминь, – торопливо молвил Зяма и потянул Настю в сторону, противоположную той, откуда мы явились.

В толпе на Кампо ди Фьори Санек потерялся.

К счастью, ему хватило ума прикинуться туристом и за пять евро, настойчиво втиснутых в коричневую лапку одной итальянской бабушки, напроситься гостем на ее балкон, чтобы снять оттуда панораму площади.

На самом деле с балкона он просто внимательно осмотрел Кампо ди Фьори в таком ракурсе, который позволил ему обнаружить ландшафтное надругательство в виде окруженного тремя грациями атлета, одетого в прозрачную маечку и шорты с оборочками.

Балконы в качестве смотровых площадок определенно пользовались спросом! В доме на другой стороне площади через перила опасно перевесились два брата-акробата – однотипные темноволосые парни, накачанные, стройные и смазливые. Они тоже кого-то жадно высматривали на площади. «Чужих жен, наверное!» – неприязненно подумал лысоватый хилый Санек.

Интересовавшая его гоп-компания как раз покидала Кампо ди Фьори.

Санек засек направление и устремился следом, с ощутимым трудом выдерживая темп, заданный группой отрыва.

Разумеется, он обратил внимание, что за недолгое время, проведенное на рынке, маленький отряд избавился от большой сумки на колесах и таким образом превратился из мотопехоты в пехоту обыкновенную.

«Еще и приторговывают чем-то, шустрилы!» – не без уважения подумал Санек.

Он не мог не восхищаться людьми, способными ловко устраивать свои дела и делишки в любых обстоятельствах.

Четверо ловких в хорошем темпе дотопали до оживленной Виа Национале и завалились в «Макдоналдс».

С этим заведением все было ясно: там можно было быстро подзаправиться фастфудом, рискуя повредить желудку, но не моральным устоям. Что-что, а супружеская честь в «Макдоналдсе» опасности не подвергалась.

Санек прикинул, что у него есть пятнадцать-двадцать минут, и устроился в соседнем интернет-кафе, ожидая выхода четверки и попутно сливая заказчику пикантные снимки из гостиничного номера.

Откушав, атлет и грации сделались медлительными и вальяжными. Они двинулись по бульвару, расслабленно созерцая витрины, пока не наткнулись на первый же манящий стикер с надписью «Saldi».

В этот момент группа дрогнула, но все же продолжала движение.

Однако уже у рекламных плакатов «Sconti» наметанный глаз Санька отметил в рядах четверки нервную вибрацию, предвещающую скорый распад команды.

И наконец – соблазнительная наклейка «Liquidazioni» разбила плотную группу вдребезги!

Три грации с места в карьер рванули на распродажу в торговый центр. Атлет, немного помедлив, с ускорением двинулся к пыльной лавке с винтажным барахлом.

– А вот это затянется надолго! – сказал себе Санек, совершенно правильно оценив многокаратный алмазный блеск в глазах охочих до покупок дамочек.

Он перешел на другую сторону улицы, устроился за столиком уличного кафе и приготовился скоротать часок-другой за кофе с панини.

Однако не прошло и двадцати минут, как из предупредительно разъехавшихся стеклянных дверей выступили две пары: сначала Вика под ручку с невесть откуда взявшимся кавалером, а потом и Инка – в аналогичной комплектации. Спутники девушек были похожи, как братья: коренастые, смуглые, с антрацитовыми кудрями, с напряженными желваками на челюстях.