Возраст сомнений - Андреа Камиллери

Монтальбано решил поехать в полицейское управление Монтелузы, не заходя в комиссариат.

К счастью, кабинет, куда он направлялся, был далеко от «господ начальников», вряд ли он столкнется с этим чертовым Латексом.

Но рано или поздно они встретятся, и ему придется во всем признаться. Монтальбано пообещал Ливии, что расскажет правду про жену и детей, то есть расскажет, что он холост, у него есть подруга, но детей, к несчастью, нет. Вообще-то он уже говорил об этом по крайней мере пять раз, и каждый раз выяснялось, что Латтес его не услышал. При каждой следующей встрече тот спрашивал, как семья и дети. Убедить Латтеса в том, что он бездетен и холост, совершенно невозможно.

В голове у комиссара созрело решение: нужно заявиться к Латтесу небритым, в трауре, и, безутешно рыдая, сказать, что жена и дети разбились в автокатастрофе. Это, пожалуй, вариант.

А Ливия? Если она узнает, то как минимум обвинит его в убийстве целого семейства! Нет, надо поискать другое решение.

С такими мыслями он приехал в полицейское управление, поднялся на второй этаж, заглянул к секретарю.

– Скажите, синьор Джеремикка у себя?

– Да, в кабинете. Проходите.

Аттилио Джеремикка, сухопарый человек лет пятидесяти, курильщик таких вонючих сигарет, что Монтальбано не сомневался – табак в них специально смешивают с куриным дерьмом, – разглядывал в стоявший на столе большой микроскоп купюру в пятьдесят евро. Джеремикка поднял голову и, увидев Монтальбано, вышел ему навстречу с распростертыми объятиями.

Они обнялись как старые друзья.

Немного поболтали, и наконец Джеремикка спросил, нужна ли помощь. Монтальбано протянул ему паспорт Ланнека и кратко изложил обстоятельства.

– Что от меня требуется?

– Выяснить, не фальшивый ли документ.

Джеремикка рассматривал паспорт, закурив свою очередную вонючую сигарету.

Монтальбано старался не дышать, но тут требовалась тренировка подводника, поэтому он сделал вид, что чихнул, поднес платок к носу и больше уже не отнимал.

– Трудно сразу дать ответ, – наконец сказал Джеремикка. – Если это подделка, то однозначно работал мастер. Видишь, сколько границ пересек его владелец, не вызвав подозрений?

– Значит, ты думаешь, он не фальшивый?

– Я этого не говорил. Фальшивый паспорт – не редкость. Многие годами ездят с поддельными документами. А этот Ланнек…

– Кстати об имени: я хотел тебе кое-что сказать…

– Говори!

– Персонаж по имени Эмиль Ланнек, уроженец города Руана, есть в романе Сименона. Как видишь, то же имя и место рождения. Вдруг пригодится?

– Не знаю. Слушай, могу я оставить его у себя?

– Ненадолго. Недели хватит?

– Да.

– Что ты собираешься делать?

– Хочу посоветоваться с французским коллегой, большим специалистом в таких делах.

– Отправишь его во Францию?

– Нет необходимости.

– Но как твой коллега поймет, бумага там, штемпели…

– Паспорт – это не банкнота, Сальво! – Джеремикка улыбнулся. – Как правило, мошенники используют украденные документы или чистые бланки, незаконно похищенные в соответствующих организациях. Вот почему я сказал, что это, на мой взгляд, работа настоящего профессионала. А если моему французскому коллеге понадобится информация, мы воспользуемся интернетом. Не беспокойся, недели мне хватит.

Вернувшись в комиссариат, Монтальбано первым делом пригласил к себе Фацио.

– Карабинеры вернули нам Шайкри?

– Да, комиссар. Он здесь.

Не успел Монтальбано попросить привести задержанного, как зазвонил телефон.

– Подожди минутку, – поднял он трубку.

– Комиссар! Матерь Божья! Прокурор Томмазео на проводе, хочет поговорить…

– Хорошо, давай.

– Монтальбано?

– Слушаю вас, синьор Томмазео.

– Я вот по какому вопросу: вчера вечером ко мне ворвалась разъяренная синьора Джованнини, хозяйка яхты «Ванесса»… интересная, замечу, женщина… вы в курсе?