Не улыбайся незнакомцу - Наталия Левитина

– Так ты не расстроилась?

– Что ты, я просто летаю! – призналась Женя, схватила меня за плечи и начала трясти. – Юлька! Весна! Солнце! И я – красавица! Не узнаю себя в зеркале!

– Да, преобразилась ты капитально, – подтвердила я. – Подумать только – выставила мужа за дверь и превратилась в роскошного махаона.

– В махаона? Это такая красивая крупная бабочка? Хм… Постой, а кем же тогда я была раньше? – задумалась Женя.

Надо полагать, раньше она была бледной дряблой гусеницей. Ну да, именно так Евгения и выглядела до трансформации. Но я благоразумно промолчала. Зачем вспоминать прошлое?

– Денис приходил в садик, – сказала Женя и тут же нахмурилась.

– Чего вдруг? – удивилась я. – Папаша соскучился по деткам?

– К Кириллу на день рождения. Принёс подарок – машину. Сейчас покажу.

Женя метнулась в детскую комнату и притащила огромный красный автомобиль – слегка уменьшенную копию «БМВ».

Имея достаточное количество подопечных (имеются в виду дети моих подруг), я хорошо ориентируюсь в ценах на игрушки. Модель стоила почти столько же, сколько колесо от настоящей машины.

– Остаётся только порадоваться за Дениса – он явно не бедствует, – с сарказмом произнесла я. – Чего не скажешь о его семье.

Женя вздохнула.

– А вот что он передал Свете, – продемонстрировала подруга куклу «Братц» ростом с саму Свету. – Впечатляет, да? Дети были, конечно, в восторге.

– И как это сопоставить с суммой алиментов? – зло пробормотала я. – Истратил на игрушки тысяч пятнадцать, не меньше, а тебе перечисляет в месяц по две тысячи. Шикуйте, транжирьте!

– Угу, – кивнула Женя. – Я-то сыночку на день рождения раскраску подарила за шестьдесят рублей и китайскую машинку за сто. А тут «БМВ»! Кириллу, конечно, счастье… Но мне-то каково? Да чтоб ему провалиться с его подарками! Теперь Света просит купить для чёртовой куклы новое платье. За полторы тысячи, между прочим. И как ей объяснить, что мне оно не по карману? Получается, папа добрый, на детей денег не жалеет, а мама злая.

– За полторы тысячи я и себе прекрасное платье куплю! – возмутилась я. – У куклы рожа-то не треснет?

Мы с ненавистью посмотрели в сторону пластмассовой красотки. У неё были огромные карие глаза и перламутровые губы. Она ответила нам высокомерным взглядом: что вы, мол, понимаете, я – девушка дорогая…

– Скотина твой Денис.

– Уже не мой.

Мы примолкли, задумавшись. Женя, не сомневаюсь, травила себя картинами чужого быта. Вот её бывший муж сидит на кухне рядом с хорошенькой брюнеткой, и они оба с удовольствием уплетают пиццу… Вот валяются на кровати в спальне, смеются, катаются среди подушек… Вот разлучница садится в красный «Гольф» и опускает стекло, чтобы напоследок ещё раз поцеловать Дениса. Он засовывает голову в салон автомобиля, жадно целует подругу, машет рукой на прощанье и идёт к своей машине…

– Лучше бы вообще не приходил, – с болью в голосе выдавила Женя. – С подарками своими… Да пошёл он! С деньгами, конечно, туго. Но я же как-то справляюсь.

– Надолго ли тебя хватит – жить в таком темпе?

– Ничего, я сильная.

– Но как же у него хватает совести давать тебе две тысячи в месяц? Уж не позорился бы.

– Платит алименты с официальной зарплаты. У них «серая» бухгалтерия, основную сумму получают в конверте, мимо кассы.

– И ты с двумя детьми тоже пролетаешь «мимо кассы».

– Да, именно так. Спасибо, хоть с квартиры пока не гонит.

– Получается, он вам квартиру оставил?

– Я вообще-то не очень надеюсь. Вряд ли. Каждый день боюсь – сейчас заявится и скажет: освободите жилплощадь.

– Это невозможно! Надо быть натуральной свиньёй!

– А то, как он со мной поступил, – разве не свинство?

– И что ты будешь тогда делать?

– Не представляю. Я не смогу платить за съёмную квартиру по восемь тысяч в месяц.

– Конечно, не сможешь… А дети сильно скучают?

– Они уверены, что папа в очередной командировке. Привёз подарки – и снова умотал. Привыкли к его отсутствию. А я теперь думаю: вдруг каждая его вторая командировка была не в Нижний Тагил и Новотроицк, а на улицу Танкистов? Как ты думаешь?

– Не знаю. Теперь ничего уже не выяснишь. Правды не добьешься.

– Вот, вспомнила… Как-то раз достаю из сумки чистую рубашку – мол, в командировке не надел, не понадобилась. Смотрю – а она поглажена не так, как я глажу. Рукава заутюжены насмерть, я никогда таких стрелок не делаю. И на кармане складочка. Чтобы я складочку оставила? Да ни за что на свете! Спросила – кто тебе рубашку в гостинице-то погладил? Отмахнулся: не говори глупости, я вообще её из сумки не доставал… Теперь постоянно то одно вспомню, то другое…

– Лучше забудь. Ты его выставила за дверь, ну и не терзайся. Живи дальше.

– Я живу. Однако как подумаю про его стерву – сразу миллион иголок в мозги впивается.

– А ты не думай.

– Легко сказать. Знаешь, она ведь красивая. Просто кукла! Типа этой. Только глаза светлые. Голубые.

– Ничего особенного, – заверила я, – пигалица разукрашенная.

– Да нет. Мисс Совершенство. Я же видела её без косметики, в одном коротеньком халате – когда ворвалась к ней в квартиру. И лицо, и фигура у нее… Куда уж мне! Понятно, почему Денис на неё клюнул.

Я открыла было рот, желая сказать, что всё может быть гораздо сложнее. И Денис не просто купился на хорошенькую фигурку и личико, а вдруг стал задыхаться в семейном уюте, созданном Женей, утратил ощущение полноты жизни и движения вперед. Всё уже было, всё в прошлом. Впереди – только хорошо поджаренные котлеты, редкий супружеский секс, предсказуемый, как таблица умножения, и выращивание детей. Этого так мало для мужчины!

Я всё понимаю. В такую ловушку попадают, наверное, семьдесят процентов супругов. Но ведь ещё существует любовь до гроба, нежность, преданность, ответственность друг за друга. Именно то, что ждёт нас с Никитой!

Ведь правда?

– Женя, просто запрети себе думать о нем, – сказала я, оставив при себе пространные рассуждения. Незачем травмировать подругу своими психологическими изысканиями. – Тебе нельзя вспоминать о Денисе и его подружке, нельзя рисовать всякие картинки на тему их совместного существования – что да как у них там сейчас происходит. Подобные мысли и фантазии тебя разрушают. А ты должна оставаться сильной.

– Я стараюсь. Но не всегда удачно, – вздохнула Евгения.