Не улыбайся незнакомцу - Наталия Левитина

Тем не менее через полчаса, когда Нонна и Борис уже познакомились, мы втроём отправились в «Синюю башню». По дороге риелтор, узнав, что подруга управляет кофейней, нахваливал атмосферу и сервис «Золота». К счастью, наш красавчик ограничился дифирамбами в адрес заведения и удержался от комплиментов в адрес самой Нонны (например, её фигуры), иначе это прозвучало бы фальшиво.

А «Золото» на самом деле было достойно похвалы. Мы поработали на славу! И по Нонниным подсчётам, ежедневная выручка достигала практически максимума. В «Шоколаде» дела тоже шли отлично – вот вам и мировой финансовый кризис!

Охранник в «Синей башне» кивнул нам – уже знал в лицо Бориса и меня – и впустил в подъезд. Надо бы познакомиться с ним поближе, спросить имя.

Ведь я собираюсь частенько здесь бывать!

Вновь зайдя в квартиру, я ощутила приятное волнение. Предчувствие, что апартаменты скоро станут моими – если проявить определенную сноровку и ловкость, – кружило голову… Именно здесь, в этой квартире, должна наконец-то исполниться моя мечта: родится наш с Никитой ребёнок. Ведь для ребёнка тут столько места! Возможно, у нас только потому не получается младенец, что в подсознании крепко засела мысль: нам некуда его принять, мы едва-едва помещаемся вдвоём в моей однокомнатной.

Да уж, если б в жизни всё было так просто: переехали в квартиру попросторнее и сразу же получили ребёнка…

Но я всё равно это загадаю.

И тогда моя мечта сбудется!

– Что ж, недурно, – заявила Нонна, прохаживаясь по апартаментам. – И сколько ваша фирма готова сбросить? Как насчёт десяти процентов, а?

Я затаилась, ожидая ответа Бориса. Тот растерянно попятился, роскошные ресницы задрожали. Рядом с моей подругой – матёрой бизнес-вумен – он смотрелся сущим ребёнком.

– Вы шутите, – мягко улыбнулся Борис. – Десять процентов? Совершенно невозможно!

Я загрустила. Нонна презрительно поморщилась.

– Впрочем, ничто не мешает мне переговорить с начальством, – вдруг вспомнил Борис.

Это я и сама могу – переговорить с его начальством.

Я тут же представила нашу встречу с Кунгуровым, его горячие взгляды, жар, распространяемый темпераментным мужчиной, – словно включили электрический нагреватель в и без того тёплой комнате…

Да, Ярослав весьма темпераментен!

Нет, ну хорошо, пусть с Кургуровым сначала поговорит сам Борис. И выбьет мне скидку в десять процентов.

– А пять вас не устроит? – неуверенно осведомился риелтор.

– Десять, Боря, десять, – покровительственно похлопала парня по плечу Нонна. – И только тогда можно будет начать переговоры…

– Честно говоря, я в недоумении, – задумчиво произнесла Нонна на обратном пути.

– А что не так?

Мы ехали в её служебном автомобиле, и я страшно завидовала подруге, что сейчас за рулём сидит она, а не я. С тех пор как я научилась водить, пассажирское кресло просто обжигает не одно место, просто невозможно усидеть. Хочется самой влиять на процесс, хочется крутить руль и давить на педали. Я превратилась в настоящую автомобильную наркоманку. День без машины – и меня уже ломает.

– Они продают такую конфетку по более чем разумной цене, – объяснила Нонна. – А где сейчас разумные цены? Алчность – бич российских предпринимателей. Все стараются урвать побольше и сразу.

Я заволновалась:

– Постой, минутку! Значит, квартира стоит вовсе не дорого?

– Дорого. Но другая фирма накрутила бы сверху в три раза больше.

– Нонна, зачем же ты гундела насчёт десяти процентов?! – возмутилась я. – Сказала бы честно: цена хорошая, Юля, начинай действовать. И я бы принялась обрабатывать Никиту. А то квартира в два счёта улетит и мы останемся ни с чем. И всё из-за тебя!

– Сколько текста! – усмехнулась Нонна. – Не суетись. Во-первых, ясноглазый малыш уже мысленно отдал тебе квартиру. Он не будет искать других покупателей, пока ты окончательно не откажешься от сделки. Во-вторых, нельзя же не поторговаться! В-третьих, а вдруг Борис сумеет выбить десять процентов скидки – тебе деньги, что ли, лишние?

– Так, я прямо сейчас поговорю с Никитой, – сосредоточенно сказала я. – Он начнет сопротивляться, не иначе. Но я буду непреклонна. Нам нужна эта квартира. В противном случае мы останемся и без квартиры, и без денег.

– Но меня волнует, почему агентство недвижимости не взвинчивает цены.

– Кризис, Нонна, ты забыла? Видимо, не так уж много покупателей. Особо не разгуляешься.

– У-у… – отрицательно покачала головой подруга. – У других цены гораздо выше, и хозяева их держат, не сдаются, плевать им на кризис. Слушай, а агентство не левое? Ты проверила его историю? В прошлый раз ты мне что-то говорила про владельца…

– Нонна, это же «СуперСити» – фирма Ярослава Кунгурова! Помнишь его?

– Кунгуров? – Нонна задумалась, копаясь в памяти и вызывая мысленные образы. Вдруг её лицо озарилось радостью узнавания. – Ах, Кунгуров! Орангутанг с потрясающим обаянием и вулканическим либидо… Вспомнила, вспомнила! Опасный мужчина… Вы когда-то плотно общались. Но потом он куда-то исчез с твоего горизонта. И слава богу!

– Вот именно. Учитывая его обаяние, с ним было не так-то легко общаться. И вот нас опять свела судьба. Его фирма, как видишь, процветает. Торгуют квартирами в шикарном комплексе.

– Конечно, если фирма Кургурова, то тут всё чисто, – согласилась Нонна. – Его агентство не будет проворачивать махинации с недвижимостью. Тогда, безусловно, надо начинать обработку Никиты. Вы сумеете найти необходимую сумму?

– Я прикинула – если забрать деньги из инвестфонда и вытрясти все заначки, то не хватит совсем чуть-чуть. Ну, каких-то полмиллиончика… Придётся взять кредит. Или у тебя займу, но без процентов, конечно. У тебя есть?

– Откуда? – горько вздохнула Нонна. – Ты же знаешь мою ситуацию. Теперь живу на зарплату. Снимаю квартиру. Езжу на казённом автомобиле.

– Всё ясно. Возьмём кредит. А ты, подруга, чего раскисла? Я тебя не узнаю: съёмная квартира, казённый автомобиль… Подумаешь! Держи хвост пистолетом! Всё вернётся, и с лихвой. У тебя просто не может быть иначе. Ты человек не из того теста, когда смиренно опускают руки и говорят «на всё воля божья». У тебя скоро будет и новый «Крузер», и собственная квартира.

Нонна посмотрела на меня с грустью и надеждой. Видимо, ей очень хотелось приобщиться к моему оптимизму. Однако не получалось.